На главную страницу
ИСКУССТВО
№2 (5908) 22-28 января 2003 г.

ФЕСТИВАЛЬ


ЛЮБОВЬ КАК СВИДЕТЕЛЬСТВО РЕАЛЬНОСТИ

На VIII Международном фестивале “Лики любви”

Это и есть главная героиня фильма “Я – Таране...”Еще раз о пользе непредсказумости. Наверняка идеей фестиваля “Лики любви” мы обязаны коммерческому расчету. Мелодрамы всегда давали неплохие сборы, благо сложные отношения между прекрасной половиной человечества и сильной – тема, во-первых, неисчерпаемая, во-вторых, всегда актуальная. Но, видно, таким же расчетом руководствуются и художники. Любовь для многих из них – удачный повод представить свою модель мира, а отношения мужчины и женщины – метафора, позволяющая облечь размышления о мире в идеальную для сбыта форму. Неудивительно, что среди фильмов конкурсной программы “Ликов любви”, собравшей если не фестивальные хиты 2002 года, то ленты, замеченные жюри и критикой в Венеции, Канне, Берлине, Карловых Варах, мелодрама оказалась исчезающим жанром.

Романтики, герои которых в ХIX веке с энтузиазмом обнаруживали родственные души за границами привычного им социального круга, могли бы быть довольны. Их идея превратить встречу влюбленных в столкновение двух миров остается актуальной и в ХХI веке. Более того, Восток и Запад по-прежнему остаются двумя полюсами, о встрече (или невстрече) которых продолжает говорить современное кино. Разница в том, что в жизни нынешней Европы такая встреча перестала быть экзотичной. В сущности, она давно уже обыденность, которая равно дает повод как для мелодраматического сюжета, так и для анализа социальных проблем. Самый яркий тому пример – датская картина “Халалабад блюз” (режиссер Хелле Рислинге). Ее герои чуть ли не весь фильм дебатируют о проблеме иммигрантов – весьма болезненной для Дании, обнаружившей не без удивления, что ее готовы считать своей родиной турки, арабы и другие хорошие люди, пользующиеся европейской политкорректностью хозяев иногда довольно бесцеремонно. Дебаты эти, впрочем, неизбежное приложение к сюжету, который в ином случае был бы идеальной иллюстрацией трюизма, что все бабы дуры (в том числе и эмансипированные красавицы фотографы), все мужики сволочи (турки-зеленщики не исключение). Гораздо интереснее, что встреча датчанки и турка, Востока и Запада в фильме Хелле Рислинге сопровождается жанровым сдвигом. Социальная драма плавно дрейфует то к комедии, то к мелодраме, охотно вспоминающей танцующее индийское кино, “Тысячу и одну ночь” с ковром-самолетом, а заодно и классический мюзикл. Под конец действие стремительно движется к криминальной драме индийского образца с кровной местью за честь сестры, выстрелами в упор (правда, непонятно, почему именно в возлюбленного датчанки), трогательной мизансцене с умирающим на пороге дома любовником. Восток в коммерческом варианте европейского кинематографа, таким образом, неожиданно оживляет штампы жестокого романса (с поправкой на место и время, разумеется).

Любопытно, что та же тема культурного взаимовлияния становится интересной не только западному, но и восточному кинематографу. Отчасти, признаемся, этот интерес прагматический. Скажем, в китайском фильме “На другой стороне моста” (режиссер Ху Мэй) появление нежной австрийки Фанни Эбнер в качестве главной героини, возможно, объясняется очень просто: тем, что фильм Ху Мэй – австрийско-китайская копродукция. Соответственно, съемки в Австрии и австрийская же актриса – естественное следствие договора продюсеров, которые рассчитывают привлечь внимание к фильму европейских зрителей. То, что дело обстоит именно так, доказывает сюжет фильма, где превращение европейской героини в образцовую китайскую жену, делящую с семьей мужа все невзгоды, не влечет за собой практически никаких внутренних психологических или культурных конфликтов. После того как выбор сделан и Фанни едет в Китай, чтобы выйти замуж за любимого, ее отношения с Юнлоном практически не меняются. Ху Мэй, в сущности, снимает традиционную для китайской литературы историю о верной жене и преданном ей муже. Для нее этот лирический сюжет – лишь повод для эпоса, рисующего историю Китая с 30 по 90-е годы. Фанни же должна сделать эту историю интересной для европейцев.

Гораздо более интересно сделана иранская картина “Я – Таране, мне 15 лет” (режиссер Расул Садр-Амели). Конфликт между восточным менталитетом и западным здесь завуалирован и осознается как внутренняя драма иранского общества, практически незаметная для постороннего глаза. Драма, которая не имеет однозначного решения. Перед зрителем разворачивается мелодраматическая по сути история девочки, преданной семьей мужа и оставшейся с ребенком на руках. Но она снята поразительно сдержанно, внятно и лаконично. “Я – Таране…” – едва ли не единственная картина фестиваля, в которой присутствует цельный и очень сильный женский характер. То, что этот характер редкого обаяния смогла создать такая юная актриса, выглядит почти чудом. Таране Алидусти, сыгравшая роль иранской школьницы, – одна из очевидных претенденток на приз за лучшую женскую роль на этом фестивале.

Образ самостоятельной юной женщины, способной не сдаться под напором обстоятельств, отстоять себя и права своего ребенка, – традиционно прерогатива западного кино. С другой стороны, инфантилизм мужа Таране, жесткая позиция его матери, отказывающейся признать внука, мотивируются не только социальными различиями или и влиянием западного образа жизни. Муж Таране учится в Германии. Его мать ведет активную деятельность по защите прав женщин, снимая для ТВ феминистские сюжеты. Но Восток, как и Запад, охотно прибегает к лицемерию, если это в его интересах. И ни культура, ни цивилизация тут ни при чем. Режиссер Расул Садр-Амели оказывается тонким наблюдателем нравов, способным передать без нажима психологические мотивировки и точно расставить акценты.

Наконец, самым загадочным, самым раздражающим, самым удивительным фильмом фестиваля стала картина “Благословенно ваш” (копродукция Таиланда и Франции). Режиссер Апичатпонг Вирасетакул соединил тайскую экзотику с модной европейской стилистикой. Даже, пожалуй, слишком модной. Дело не в том, что титры в этой картине появляются где-то в середине показа. И не в том, что изображение тягуче, медлительно, заставляя зрителя почти физически ощутить течение времени. И даже не в том, что основной саспенс фильма носит чисто визуальный характер. Течение жизни трех персонажей: нелегального иммигранта из Бирмы, влюбленной в него девушки, работающей на местной фабрике, и женщины, сдающей им жилье, – на первый взгляд не несет решительно никаких тайн. Зрителю открыто все: и разговор с врачом, и сцены близости, и переговоры с начальником на фабрике. Но чем дольше зритель смотрит это кино, тем больше загадок возникает. Это загадки отношений, связывающих трех людей, их эмоций, желаний, стремлений. Их не прояснят ни рисунки Мина (главного героя), появляющиеся прямо поверх кадра, ни даже финальные титры. Объяснив ситуацию, Мина (ожидание работы в районе бирманско-таиландской границы), эти титры вводят (это в финале-то!) новых персонажей, вроде бой-френда девушки, к старым загадкам прибавляя новые.

Неудивительно, что первое чувство, которое рождает этот фильм, – раздражение. Но проходит день, второй, и ты обнаруживаешь, что думаешь не о стильных “Куклах” Такеши Китано и даже не о жутковатом “Пауке” Кроненберга (они были специальными событиями фестиваля), а об этом странном фильме. Откровенность изображения здесь – оборотная сторона закрытости. Авторы сделали все, чтобы идентификация зрителя с героями была невозможна. Перед нами не love story, не эпос, а опыт антропологического анализа, основной итог которого – непознаваемость, закрытость чужой жизни. При этом вместо стратегии соблазнения (обычной в обществе потребления) авторы выстраивают стратегию отторжения, чтобы не сказать, отвращения. Они одновременно манят зрителя и демонстративно словно не замечают его. Фрагментарность, открытость финала, мучительная физиологичность фильма должны стать свидетельствами реальности, которая выламывается из виртуальности киноэкрана. Свидетельство получилось убедительным.

Жанна ВАСИЛЬЕВА

© "Литературная газета", 2003

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ
ОБЩЕСТВО
ЧЕЛОВЕК
ЛИТЕРАТУРА
ПОЭЗИЯ
ИСКУССТВО
ИНФОРМАЦИЯ
КНИЖНЫЙ САЛОН
ПОРТФЕЛЬ "ЛГ"
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
Читайте в разделе ИСКУССТВО:

Геннадий ДЕМИН