На главную страницу
УГЛЫ ЗРЕНИЯ
№9 (5869) 6 марта - 12 марта 2002 г.

ЧУЖАЯ “СВОБОДА”

Намерение станции начать вещание на чеченском языке еще раз высветило ту роль,которую она играет в эфире России

Владимир МАТУСЕВИЧ

Антон МЕНЬШОВКурьезный эпизод приключился на недавней конференции “Власть прессы и пресс власти”. Среди приглашенных организаторами американских наставников обнаружился президент радио “Свобода” – радио “Свободная Европа” (РС–РСЕ) Томас Дайн. И принес он благую весть о свободе прессы. И только один из присутствовавших, обычно учтивый Владимир Познер, не выдержал, задав вашингтонскому гостю жесткий вопрос: “Вы говорите, что ваша радиостанция, финансируемая конгрессом США, является примером общественной и независимой структуры, которая самостоятельно вырабатывает свою позицию. Вы что, выражаясь мягко, держите нас за наивных людей?”

Пока Дайн кормит московскую публику привычными разговорами о высочайших моральных и профессиональных стандартах “частной международной коммуникационной службы” по имени РС–РСЕ, более серьезные люди из Америки режут правду-матку. Чего и кого стесняться супергипердержаве?

Бывший представитель США в ООН, один из архитекторов клинтоновской внешней политики Ричард Холбрук начинает свою статью в “Вашингтон пост” о необходимости реорганизовать и наращивать пропагандистскую мощь безо всяких экивоков: “Называйте это народной дипломатией или международным вещанием, или психологической войной, или – если уж совсем напрямую – пропагандой. Как ни называй, речь – о войне за умы и души”.

Еще решительнее и, что важно, конкретнее планирует информационно-дезинформационную кампанию США в двух статьях на страницах “Нью-Йорк таймс” обозреватель этой газеты Уильям Сэфайр, он же один из наиболее влиятельных “голосов” нынешней администрации. Это его стараниями РС–РСЕ обзавелось в январе дочерним предприятием радио “Свободный Афганистан” вопреки начальным намерениям Белого дома ограничиться усилением уже существующей службы “Голоса Америки”. Об этой радиостанции Сэфайр пишет с откровенным сарказмом: “Голос Америки” более всего заботится о “credibility” (о завоевании доверия аудитории), предлагая нейтрально-объективные новости и отказываясь марать руки посланиями, выгодными для нашего дела”. К счастью, есть, есть охотники марать руки. “Кто из американских правительственных вещателей в состоянии успешно вести психологическую войну? Эту миссию следует поручить радио “Свобода” – радио “Свободная Европа”, которое уже выдвинуто на передовую (frontline) в Праге и готово атаковать и кусать (to snap into action)”.

Итак, запомним сформулированный Сэфайром и не опротестованный ни Дайном, ни другими вашингтонскими вещателями постулат: сегодняшняя “Свобода” – “Свободная Европа” – правительственная организация, инструмент психологической, информационной, дезинформационной (называйте как хотите, следуя совету Холбрука) войны. То есть воинское подразделение, а не то, что принято называть аббревиатурой СМИ.

Когда говорят о линии фронта в мирной Праге, тут есть ироническая символика. Последние пять месяцев центр чешской столицы, к вящему неудовольствию населения, и впрямь походит на театр военных действий: штаб-квартира РС–РСЕ окружена бронетранспортерами, автоматчиками и бетонными надолбами. После 11 сентября руководители фирмы занялись бездарным самопиаром, громогласно объявив, что следующей целью бен Ладена станут непременно они. Просчитались – чешское правительство решило обезопасить РС–РСЕ, выдворив из здания бывшего парламента в сельскую местность, в заброшенные казармы, что, конечно, создало бы для коллектива идеальную военно-полевую атмосферу, но чрезвычайно разъярило Томаса Дайна. Свары продолжаются поныне.

Но вот что здесь примечательно: если Прага – передовая, то русская служба “Свободы”, расположившаяся в центре Москвы, получается, не иначе как десант, заброшенный в тыл врага.

27 августа 1991 года российский президент Ельцин подписал беспрецедентный указ, разрешавший радио “Свобода” открыть московское бюро. Беспрецедентный и потому, что единственный раз в истории мировой журналистики открытие бюро иностранного СМИ состоялось по распоряжению главы государства, и потому, что звучал тот документ как указ о награждении американской радиостанции за вклад в победу демократии в России. Вклад “Свободы” в развал СССР и впрямь существенный. А отсутствие официальной московской аккредитации у радио, на которое уже три года работали многочисленные нештатные корреспонденты по всему Советскому Союзу и к микрофонам которого упоенно рвались писатели, артисты, ученые, политики и общественные деятели, действительно тогда казалось “нелепостью”. Еще и в том повезло московскому корреспонденту “Свободы” Михаилу Соколову, когда подсунул он текст указа кому-то из ельцинского окружения, что, подписывая его, Ельцин показывал большой кукиш Горбачеву с его союзным МИДом, который только и обладал юридическим правом дать аккредитацию иностранному СМИ.

Десять лет спустя тот же Михаил Соколов удостоился публичного диалога со вторым президентом России. Странное дело: разобрав, что называется, по косточкам содержание пресс-конференции Путина в июле прошлого года, московские аналитики единодушно проигнорировали один из самых интересных ее эпизодов. Восполним пробел. Разговор зашел о Доктрине информационной безопасности.

В. Путин: – Что же касается информационных барьеров с нашими основными партнерами, прежде всего с западными странами, то я их просто не вижу, их просто не существует, этих

барьеров просто нет... Напротив, я бы сказал, что мы уж совсем открыты, полностью, а вот нам иногда и создают некоторые препятствия. Вот, допустим, наверняка здесь есть представители радио “Свобода”. Радио “Свобода” действует здесь у нас как национальное средство массовой информации, но когда наше Министерство печати обратилось к официальным властям Соединенных Штатов с просьбой предоставить возможность на таких же условиях работать “Радио России” либо радио “Маяк”, нам отказали. Поэтому если барьеры и создаются, то только не нами.

М. Соколов (корреспондент “Свободы”): – Не буду полемизировать относительно возможностей вещания российских радиостанций в США. Насколько я знаю, официально такой просьбы не было, но я думаю, что все будет замечательно...”

Сперва о детали – была просьба или не была? В декабре 2000 года министр по делам печати Михаил Лесин рассказал на страницах “Комсомольской правды”: “Как-то мы задумались: если радио “Свобода” работает в России, почему радио “Маяк” не может работать в Америке? Направили госпоже Олбрайт обращение, что просим нас тоже запустить. А нам сказали: до свидания”.

Теперь о существенном. Лесин продолжает: “У нас же радио “Свобода” свободно получило регистрацию как средство массовой информации и лицензию на радиовещание. Поэтому заложенный в Доктрине информационной безопасности принцип равных условий для российских и иностранных СМИ я понимаю в первую очередь как принцип взаимности”.

Почти одновременно председатель думского Комитета по информационной политике Константин Ветров заявляет: “В основе взаимоотношений с западными СМИ, действующими в России, должен лежать принцип паритетности. То есть если американская радиостанция, финансируемая конгрессом США, работает в России, то логично было бы, чтобы в США на английском языке вещала одна из государственных радиостанций. Например, “Голос России” или “Маяк”.

Итак, есть желание покончить с этим не самым драматичным, но уникально патологичным наследием ельцинского десятилетия – американской радиостанцией, действующей в России как национальное средство массовой информации.

Московское бюро “Свободы” превращалось в московскую “Свободу” исподволь, тихой сапой, явочным порядком. Неестественная эта имплантация проходила невинно-естественным образом. Смены поколений не избежишь, правда ведь? А где новых сотрудников найти, если не среди московских мальчиков и девочек. Все передачи, за исключением культурных, делаются в Москве. А зачем их за рубежом делать, если официальная концепция “Свободы” – альтернативное местным СМИ так называемое суррогатное вещание. Здесь, правда, возникает более неприятный вопрос: кому потребен суррогат, коли натурального продукта вдоволь?

В 1992 году радиостанцию, вещавшую только на коротких волнах, слушало двадцать процентов населения. Ныне “Свободу”, покупающую на многие миллионы долларов возможность ретранслировать свои программы в диапазонах FM и средних волн в тридцати городах, слушает лишь 0,8% процента россиян.

Семь лет назад ныне покойный обозреватель “Общей газеты” поделился занятными соображениями: “Конечно, “Свобода” превращена в российскую политическую радиостанцию. Сознательно превращена: американцы сочли это нехлопотным способом поддержки Ельцина”. Логически продолжая эту мысль, можно сказать, что ныне американцы считают деятельность “Свободы” нехлопотным способом давления на Путина.

А два года назад ныне здравствующий член Совета попечителей международного вещания США выступил с предложением создать чеченскую службу радио “Свобода”, дабы, как он изящно выразился, “взбесить Кремль”. Сказано – сделано. Немного лоббирования на Капитолийском холме, и годом позже конгресс США предписывает РС–РСЕ начать вещание на чеченском и еще двух северокавказских языках. В бешенство Кремль не впал. Реакция была внятной и предсказуемой. Помощник президента РФ Сергей Ястржембский недвусмысленно связал грядущую судьбу московской “Свободы” с содержанием пражских программ на чеченском языке: “У них сохраняется лицензия, которую они получили в свое время от Министерства печати. В случае нарушения закона против представительства радиостанции в России могут быть применены предусмотренные этим законом меры. Первая мера – предупреждение. После вторичного нарушения – отзыв лицензии на вещание в России и закрытие корпункта. Никаких иных возможностей, кроме правовых, у нас нет”.

Вашингтон все-таки внял. 27 февраля, за день до того как новообразованная северокавказская редакция РС–РСЕ должна была выйти в эфир, Госдепартамент США все-таки скомандовал строго засекреченной роте чеченских пропагандистов “вольно, разойдись”. Надолго ли? Или до поры до времени?

Есть же, помимо доктрин и правовых хитросплетений, здравый смысл и национальное достоинство, которые делают попросту немыслимым функционирование на территории, скажем, Норвегии, Кореи или Сенегала американской радиостанции, устами местных журналистов, хорошо оплачиваемых, денно и нощно разъясняющей населению, как жить, кого и куда избирать, на кого гневаться, чему молиться. Не пора ли десантникам домой на пражскую передовую?

ВАШИНГТОН

© "Литературная газета", 2002

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
ПОЗИЦИЯ
УГЛЫ ЗРЕНИЯ
ОБЩЕСТВО
ПРАВО
ЛИТЕРАТУРА
ПОЭЗИЯ
ИСКУССТВО
ЭКСКЛЮЗИВ
НАУЧНАЯ СРЕДА
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ
НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе УГЛЫ ЗРЕНИЯ:

Владимир МАТУСЕВИЧ
ЧУЖАЯ “СВОБОДА” Намерение станции начать вещание на чеченском языке еще раз высветило ту роль,которую она играет в эфире России

Александр ЦИПКО
ПРАВАЯ АНОМАЛИЯ