На главную страницу
ИНФОРМАЦИЯ
№9 (5914) 5 - 11 марта 2003 г.

ЗЛОБА ДНЯ


ПРОЦЕНТ ПО ВКЛАДУ

Нас всех пролонгируют, но не предупредят

Уж сколько раз я откладывал эту тему! Но недавняя истерика какой-то женщины у окошка одного из отделений Сбербанка Москвы доконала.

Уважаемый Андрей Ильич Казьмин, президент Сбербанка Российской Федерации, я хорошо помню, как вы приходили в “Литературную газету”, как мило и долго мы беседовали c вами, какой хороший резонанс вызвала у читателей публикация беседы. Помню и основную вашу мысль, высказанную в ходе той встречи: главная задача Сбербанка – обеспечить интересы каждого вкладчика.

Ах, если бы все так! Если бы действительно интересы каждого вкладчика были максимально учтены. Но... Как пел незабвенный Высоцкий: “Нет, ребята, все не так, / Все не так, ребята!”

Я, как и все москвичи, регулярно посещаю ваши ставшие теперь такими уютными, а некоторые и роскошными отделения родного Сбербанка. А как же не родного, если большинство из нас других банков не знали и не знают вовсе? Вы ведь недаром упомянули в той беседе, что 68 процентов всех вкладов российских граждан хранятся у вас. Сейчас, может, и того больше. По вашим отделениям народ судит и обо всей банковской системе, да и о власти в целом. Почта, телеграф, милиция, районная поликлиника, собес и старая добрая сберкасса – все это приметы государства российского.

Но я – только о сберкассе, о Сбербанке России.

Итак, на свои последние сбережения, те, что удалось сохранить после дефолта 1998 года, вы открываете вклад в одном из отделений под определенный процент годовых. Это и будет вашим доходом, на который вы и рассчитываете. В определенный срок вы приходите в свое отделение и получаете, к своему удивлению, сумму гораздо меньшую, чем предполагали.

В чем дело? – естественно, возмущаетесь вы. Но сотрудники банка вежливо объясняют: за это время изменились (уменьшились) проценты по вашему вкладу. Вы, конечно, продолжаете возмущаться. И тогда вам указывают на пункт в договоре, который вы заключили при открытии вклада.

Но тут уже приходится озвереть всем.

Извините, дорогие читатели, я вынужден цитировать.

“Пролонгация производится на условиях и под процентную ставку, действующую в БАНКЕ по данному виду вкладов на день, следующий за датой окончания предыдущего срока хранения вклада. Проценты за очередной срок хранения начисляются на сумму вклада вместе с доходом, исчисленным за предыдущий срок хранения. В течение пролонгированного срока хранения процентная ставка также не подлежит изменению”.

Вам что-нибудь понятно? Мне – нет. Потому что я привык изъясняться на русском языке. Тут же язык особый, думаю, изобретенный для того, чтобы запутать вкладчика и дать возможность банку накапливать за счет него дополнительные суммы, которые можно пустить и на благое дело, а можно и на строительство новых дворцов-сбербанков, и на повышение окладов своим сотрудникам. Вот и вся забота о вкладчике.

Да и ключевое слово какое-то дурацкое – пролонгация. Я не поклонник проекта нового думского закона о языке и знаю, что некоторые иностранные слова ничем не заменишь. Но пролонгация? Продление – если употреблять русский язык.

Что надо бы написать в договоре по-русски, чтобы баба Маня, отдавшая свои “гробовые” деньги, могла понять? Написать, полагаю, надо так: “БАНК имеет право в любое время и на любую величину изменить процентную ставку по данному виду вкладов без согласования с ВКЛАДЧИКОМ”.

Вот тогда будет обидно, но понятно, Андрей Ильич.

Очередной приступ бешенства, по моим наблюдениям, у вкладчиков начинается тогда, когда они заявляют: а почему вы нас не предупредили об изменении ставки? Не бегать же каждый день к вам! И слышат все тот же спокойный ответ: договором это не предусмотрено.

А что надо было бы сделать Сбербанку, если он так заботится о своих клиентах? Да написать просто в договоре: “БАНК не берет на себя обязательств по своевременному информированию каждого ВКЛАДЧИКА об изменении процентной ставки по данному виду вкладов”.

Тогда будет опять обидно и, на мой взгляд, несправедливо, но хотя бы понятно, уважаемый Андрей Ильич. И не будет ненужных истерик ваших вкладчиков.

И если бы это было все! Вот, к примеру, не хотите ли открыть вклад, прийти через несколько месяцев, чтобы получить деньги и услышать: деньги мы вам, конечно, выдадим, но такой вклад уже не существует (или переименован), так что берите бумаги и пишите – открывайте новый вклад. И опять никто не предупредил, не позвонил по телефону, который зачем-то указывается в каждом договоре, заключаемом с вкладчиком. А бумаг знаете сколько, а писать, знаете, еще больше! А времени нет, а злость на нашу вечную недоговоренность и недоделанность все душит и душит.

“Нет, ребята, все не так, / Все не так, ребята!”

Ну ладно. Ну немного остыли. Садимся писать – и о ужас! Опять надо выводить десятки цифр и не ошибиться ни в одной. Иначе – сызнова.

И когда это кончится! Приходишь в Сбербанк – платить ли за квартиру, за паспорт или за техосмотр в ГАИ – и заполняешь квитанцию за квитанцией. Да в каждой по два десятка цифр, да в двух экземплярах. Какие-то “бины”, “бики”, просто номера счетов. Попробуй не ошибись. Чувствуешь себя как в сумасшедшем доме.

Сосед справа переписывает в третий раз, а соседка слева – в четвертый. С бабушкой, что напротив, плохо – вызывают “скорую”.

Андрей Ильич, ну придумайте что-нибудь. В наш век, когда даже войны можно вести виртуально, не верю, что нельзя уничтожить эту безумную писанину. Спасите народ. Он еще для чего-нибудь пригодится России.

Аркадий УДАЛЬЦОВ

© "Литературная газета", 2003

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
РУССКИЙ ВОПРОС
ТЕМА НОМЕРА
ОБЩЕСТВО
ЧЕЛОВЕК
ЛИТЕРАТУРА
ПОЭЗИЯ
ИСКУССТВО
ИНФОРМАЦИЯ
СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ "ЛАД"
ПОРТФЕЛЬ "ЛГ"
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ИНФОРМАЦИЯ:

Аркадий УДАЛЬЦОВ

ВЫСТАВКИ

Андрей ЧИСТОВСКИЙ
О МОРЕ И СКАЛАХ

ВАС БЕСПОКОИТ “ЛГ”

В. РОМАНОВ
НЕНАВИСТЬ ПЕРЕШЛА В ДОВЕРИЕ