На главную страницу
12 СТУЛЬЕВ
№ 17 - 18 (5832) 25 апреля - 1 мая 2001 г.

ЛАВКА БУКИНИСТА


В “ЛГ” № 5 начитанная администрация предупредила, что не весь еще Зощенко обнаружен, перепрочитан и заучен наизусть. Сегодня – продолжение изысканий.

ПОЧЕТНЫЙ ГРАЖДАНИН

Михаил ЗОЩЕНКО

Говорят, что буржуям живется худо. Вздор. Ерунда. Отлично живется.

Я, по правде сказать, и сам раньше сомневался относительно ихней хорошей жизни, но, спасибо, один знакомый управдом рассеял мои сомнения.

Вот чего он мне рассказал.

– Дом наш не маленький, – начал управдом, – на три улицы выходит. Население людей в нем плотнющее. Сто квартир. Из них – 700 жильцов, 230 детей и, кроме того, много домашних животных: кошек, например, собак и курей. Козы тоже есть. Сорок три козы.

А несмотря на это, дом наш ужасно какой бедный и недоходный.

Все, как на грех, живет в доме мелкий жилец, некрупный в смысле денег – рабочие, скажем, служащие и безработные. А большой ли с них доход? Доход такой, что не только какой-нибудь ремонт ремонтировать, а и водопроводного крантика не починить.

И какая, глядите, полная несправедливость наблюдается! В одном доме хороших жильцов – буржуев – очень множество напихано, а в нашем доме чисто. Всего-навсего единственный один почетный квартирант – торговец Василий Васильевич Кучкин. На нем, голубчике, только дом и держится.

А он, шельма, Василь Васильевич, премного это чувствует. “Я, – говорит, – вас, чертей, пою и кормлю”.

Ну а мы действительно оберегаем его, голубчика. Дышать на него боимся. Дворнику Игнату я велел прямо-таки во фронт становиться, ручки по швам велел ему брать, когда, например, Василь Васильевич по двору проходит.

Окошки тоже ему через неделю моем, безработную поденщицу нанимаем.

Все боимся, как бы он, единственный буржуй наш Василь Васильевич Кучкин, не рассердился на нас и не съехал бы с квартиры.

Бывало, я самолично начищу медную ручку на парадной двери, а он, Василь Васильевич, все же морщит личико.

– Что, – говорит, – ручка да ручка. Что, – говорит, – ручек, что ли, я не видел? Я, – говорит, – единственный буржуй в вашем доме, а вы – ручка. Ванну, – говорит, – мне становите.

Ладно. Поставили ему ванну. А он, голубчик, все будто скучный ходит, ручки назади держит и носик морщит.

Как увижу я его в такой позе – сердце зайдется. Не надумал бы чего.

– Чего вы, – спрашиваю, – Василь Васильич, ваше степенство, столь грустные ходите и ручки позади себя держите? Все, – говорю, – хорошо и прекрасно. Ванну вам поставили, дворник Игнат уважение вам оказывает. Чем, – говорю, – недовольны?

А он, голубчик, печальным тоном отвечает:

– Что вы, – говорит, – мне в нос ванну тычете? Плевать, – говорит, – я хотел на вашу ванну. Меня, – говорит, – налоги третируют. И вообще, – говорит, – недоволен я государственной политикой... Вот, – говорит, – съеду от вас – поплачете.

– Батюшка, – говорю, – Василь Васильич, побойся бога... Не иначе, – говорю, – как это финансовый инспектор вас третирует. За что ж, – говорю, – дому-то страдать?

А он руками махает и все стращает: дескать, съеду.

Но все же не съехал. Живет и посейчас. И даже наше уважение принимает.

А живет он у нас больше года. За это время я ужасно как похудел и осунулся. Желтизна у меня даже разлилась. Желчь. Меня жильцы даже узнавать перестали. А которые узнают, те еще издеваются, зачем, дескать, такое уважение мелкой домашней буржуазии оказываю.

А как же не оказывать? Как же его, голубчика, не беречь? А вдруг он, тьфу-тьфу, заболеет?

Он и то однажды заболел. Сегодня еще был здоров, а тут случилась погода мокрая. А он, Василь Васильевич, без галошек вышедши. Я, конечно, сразу дворника Игната послал с галошками. А Василь Васильич заартачился. Пустяки, говорит, не горазд мокро.

Пустяки пустяками, а дом страдай.

Заболел наш Василь Васильевич и слег.

Ну, переполох в доме. Врача вызвали. После – консилиум.

А он, голубчик наш, буржуй единственный, при сильном жаре и при расстройстве всего организма, капризничает:

– Помру, – говорит. – Замучили вы меня, черти. Пущай весь дом пропадает и рушится.

Но помереть ему не удалось. Отстояли. Поставили его на ноги.

А теперь желаем его на Черноморское побережье отправить, для полного поправления здоровья. А то он, голубчик, еще кашляет и носик у него заложен.

Только бы согласился.

“Смехач”, 1924 г.
Публикация Р. СОКОЛОВСКОГО

© "Литературная газета", 2001

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
ПОЛИТИКА
ОБЩЕСТВО
ЛИТЕРАТУРА
ИСКУССТВО
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
Читайте в разделе
"12 СТУЛЬЕВ":

ЮБИЛЯРИЙ
АНДРЕЮ ЯХОНТОВУ - 50!

КЛУБЧИК "12 МЫСЛЕЙ"

ВЕРНИСАЖ
БУРАТИНЫ МЫ ВСЕ

СО СТОЛА ЕВГ. САЗОНОВА
БОЙ УВЕЕНА С ТАРАКАНОМ

М. ЗОЩЕНКО
ПОЧЕТНЫЙ ГРАЖДАНИН

Е. САГАЛОВСКИЙ
ИЗ НЕСУЩЕСТВУЮЩИХ ЦИКЛОВ

СТИХОДРОМ

А. ВОЛОВНИК
О МРАМОРНОЙ ДОСКЕ