На главную страницу
ПОЛИТИКА
№17 (5876) 24 апреля- 30 апреля 2002 г.

РОССИЯ И ВТО:ТИШЕ ЕДЕМ, ДАЛЬШЕ БУДЕМ

Александр КАРЗАНОВНЕЛЮБОВЬ С ПЕРВОГО ВЗГЛЯДА
В конце сороковых годов западноевропейские страны решили искоренить экономические причины войн и локальных конфликтов первой половины ХХ века, связанные с жесткими односторонними ограничениями в торговле. С этой благородной целью было создано Европейское объединение угля и стали – предшественник Европейского сообщества. В то же время прошли переговоры по выработке многосторонних правил мировой торговли, которые завершились подписанием Генерального соглашения о тарифах и торговле, и в 1947 году возникла новая организация – ГАТТ. Ее правопреемником и стала созданная в 1995 году Всемирная торговая организация – ВТО.

Еще в 1946 году Советскому Союзу предложили присоединиться к создаваемой ГАТТ. Но мы, естественно, на это не пошли и в пику мировому сообществу учредили собственный дубликат ГАТТ – СЭВ, который должен был регулировать экономические отношения между странами социалистического лагеря. Но СЭВ с этой задачей справлялся плохо, при поддержке США и ЕС многие наши союзники в 1961–1979 годах перешли в стан врага.

В 1979 году Политбюро ЦК КПСС приняло решение о сближении с ГАТТ и о получении СССР статуса наблюдателя. Однако такой статус был предоставлен СССР только в 1990 году после преодоления жестокого сопротивления со стороны США и других ведущих западных стран.

Россия унаследовала этот статус с 1992 года.

В 1993 году РФ обратилась с просьбой о присоединении к ГАТТ, которая в 1994 году была переоформлена на просьбу о присоединении к ВТО.

Переговорный процесс об условиях этого присоединения идет восьмой год.

НЕ ДОГОВОРИЛИСЬ НИ О ЧЁМ
Переговоры идут по нескольким направлениям. Первое из них – пожалуй, самое полезное для России – касается системных условий вступления. От нас требуют изменения законодательства страны, приведения его к общему мировому знаменателю: введение в России цивилизованных правил коммерческой игры, гарантии соблюдения авторских прав во всех областях интеллектуальной деятельности.

Другая тема поиска компромиссов, тоже очень важная для всей экономики страны, – это принятие системы национальных стандартов, общих для производителей в ВТО технологического и экологического качества продукции. Опыта в этой деятельности нам не занимать – общемировых стандартов около семи тысяч, а в Советском Союзе их было более двадцати двух тысяч. Мы регулировали даже размер гребешка у булочки за семь копеек.

Следующее направление переговоров касается таможенных пошлин. Необходимо договориться о трех цифрах. Первая определяет начальный размер пошлины. Допустим, при ввозе в Россию товара Х она будет равна двадцати процентам. Вторая цифра определяет, в течение какого срока этот тариф будет понижаться. Речь идет в среднем о трех – семи годах. И третья цифра – это до какого размера упадет первоначальная пошлина. Участники ВТО заинтересованы в том, чтобы она упала до нуля, мы, естественно, заинтересованы в обратном – в 2002 году на долю таможенных сборов в России приходится тридцать девять процентов доходов бюджета. Участникам ВТО выгодно договориться о том, чтобы на большинство товаров таможенного списка – а их одиннадцать тысяч – тарифы снижались. Мы же должны решить, какие сектора производства следует защитить, чтобы сохранить ценовую конкурентоспособность отечественного производителя.

Способов защиты три. Можно ввести на импортный товар запретительные пошлины (не забывая при этом, что собирать налоги больше тридцати процентов от стоимости товара экспортеров у нас пока не научились). Можно отказаться от пошлин на ввозимое сырье для отечественного производителя (сейчас наши текстильщики, например, платят за хлопок больше, чем на мировых рынках). Можно ввести более высокие национальные стандарты качества (российские люминесцентные лампы, например, на порядок безопаснее импортных – ну кому не захочется поберечь свое здоровье от выделяемого ими свинца?).

Очень болезненны для России переговоры об условиях, на которых после вступления в ВТО будет существовать наше сельское хозяйство. От нас требуют не только постепенного понижения до нуля пошлин на ввозные продукты питания, которые производятся в климатических условиях куда более благоприятных, чем в России. От нас требуют еще и определить начальный уровень государственной поддержки этой отрасли и с течением времени вообще от этой поддержки отказаться. Мы бы и рады, как, например, в странах ЕС, приплачивать своему крестьянину миллиардов сорок долларов в год, но нет у нас сейчас таких денег! В бюджет 2002 года заложили два миллиарда на эти цели, а наскребем их или нет – неизвестно. По правилам же ВТО госдотации – мера исключительная и увеличению со временем не подлежат.

Отдельное направление переговоров касается индустрии услуг. Мы должны решить, в каких секторах этой индустрии готовы на собственном рынке конкурировать с иностранцами, а в каких – нет. Законы здесь просты: если мы пускаем в Россию зарубежные фирмы (страховые, банковские, туристические, транспортные, медицинские и прочие), то предоставляем им те же экономические и правовые условия, что и отечественным предпринимателям. Как вы догадываетесь, отечественные предприниматели в ужасе.

Самый главный камень преткновения на переговорах – это цены на товары наших естественных монополистов, которые в среднем в два с половиной раза ниже мировых. Очень не устраивают участников ВТО деньги, которые граждане России платят за уголь, бензин, газ, электричество, воду. И они требуют, чтобы мы эти цены подняли. Хотя Канада и Норвегия, например, со своими внутренними ценами на те же виды товаров делают что хотят. Нас же убеждают в том, что низкая стоимость энергоносителей в России – форма колоссальной государственной дотации собственному производителю, а потому отказываются признать РФ страной с рыночной экономикой. Что вообще лишает переговоры смысла.

НЕРАЗРЕШИМЫЕ ПРОТИВОРЕЧИЯ
Дело в том, что в ВТО действует правило: “Не договорено ничего, пока не договорено все”. И поэтому утверждение участников переговоров с нашей стороны о том, что Россия к 2004 году будет готова к вступлению в эту международную организацию, многим кажется иллюзорным.

Из организации с благородными миротворческими и прогрессивными экономическими целями и задачами ВТО превратилась в оплот глобализма, проводника интересов транснациональных корпораций. Сегодня ее привилегированные участники – США, ЕС, Канада, Англия и Япония – пытаются протащить положение, ущемляющее права тех стран, в которых среднемесячные зарплаты не превышают ста долларов, а расходы на экологию по их мнению недостаточны.

То, что при вступлении в ВТО России придется столкнуться и с противоречиями внутри этой организации, и с несовпадением интересов отечественных и иностранных предпринимателей, – очевидно.

Но есть и скрытые, а потому значительно более острые проблемы. Участие в ВТО разведет по разные стороны баррикад всех участников российского рынка.

Кто определит, что нам выгоднее: пустить на территорию страны дешевые товары и тем повысить уровень жизни обывателя или защитить родного производителя от конкуренции, сохранив не только его допотопное дорогостоящее производство, но и рабочие места, уберечь того же самого обывателя от безработицы?

А как разрешить споры между сырьевыми и производящими отраслями? Первые требуют ввести запретительные пошлины на товары своих иностранных конкурентов, а вторые настаивают на отмене этих пошлин, потому что зачастую российское сырье такого низкого качества, что произведенные из него недорогие одежда, обувь, мебель не пользуются спросом даже на отечественном рынке. А если шить и мастерить все это из импортного сырья, да еще и освобожденного от налогов на ввоз, то наша легкая промышленность за пару лет сможет наконец встать на ноги. Правда, такой подход к делу положит на лопатки сырьевиков. Вот попробуй разберись, кто из них более матери-истории ценен!

Металлурги руками-ногами за вступление в ВТО, автомобилестроители – против. Но если завалится отечественное автомобилестроение, то потеря внутреннего спроса на прокат принесет металлургии колоссальные убытки, и неизвестно, сможет ли эта отрасль остаться на плаву.

С одной стороны, существуют законы рыночной экономики, сложные взаимосвязи внутри нее. А с другой – наше представления о них. В силу объективных и субъективных причин представления пока что довольно поверхностные – и опыта у нас маловато, и дорога, по которой идем к преобразованиям, никем до нас не торенная.

Одни эксперты утверждают, что вступление в ВТО приведет к отмене 121 запрета на экспорт нашей продукции и это принесет в казну от двух до восемнадцати миллиардов долларов. Другие предрекают развал половины отраслей экономики и тридцатимиллионную безработицу.

Степень риска трудно себе представить, ведь важен каждый шаг, который тянет за собой целую цепь последствий. Вот повысили американцы пошлины на сталь – и понеслась: в Европе приняли целый пакет мер, ущемляющих интересы экспортных товаров из США, мы ответили ударами по ножкам Буша. Но это еще не все: у нас снизилось производство стали – снизились доходы угольщиков (шахтеры даже объявили забастовку из-за вынужденных простоев), энергетиков, транспортников. А в результате падают доходы бюджета.

Кто сможет с компьютерной точностью просчитать все последствия изменения нашей экономической жизни после вступления в ВТО, да и возможно ли это? Кто возьмет на себя ответственность за ошибки? Пока не сомневаться можно только в одном: платить по счетам за эти ошибки придется рядовым гражданам России. Остались ли у них на это силы?

ЗАКОНЫ ПИРАМИДЫ
В законах рыночной экономики мы не сильны, а вот про финансовые пирамиды знаем все. И то, что выигрывает тот, кто первым в нее вступает. И то, что со всех следующих членов берут больше, чем с предыдущих. И то, что проигрывает последний.

Приглядимся к нынешней структуре ВТО. Сегодня ее членами состоят 144 страны, она контролирует девяносто шесть процентов мировой торговли (для справки – на нашу долю приходится около полутора процентов). Вне ВТО среди крупных стран остались Россия, Украина, Казахстан и Саудовская Аравия. И все ведут переговоры по присоединению.

Условия вступления в эту международную организацию ужесточаются с каждым годом, особенно для небогатых стран. В этом на собственном опыте убедились бывшие республики СССР. Латвия, в которую за модными обновками съезжались со всех концов Союза, вынуждена была согласиться с таможенными пошлинами, убившими ее легкую промышленность. Объем внешней торговли Грузии после присоединения к ВТО снизился на тридцать три процента – товары этой страны не соответствуют стандартам этой организации. Уровень жизни в Киргизии заметно упал, так как сократились почти в три раза инвестиции ( с 96 млн. долларов в 1997 году до 36 миллионов – в 99-м).

Это подтверждает известное правило: “деньги не идут в страну, если туда могут идти товары”.

Сегодня в работе комиссии по переговорам о вступлении России в ВТО принимают активное участие около пятидесяти стран, в том числе недавно принятые в ряды этой организации. И свои потери от этого вступления они пытаются отыграть, выдвигая умопомрачительные требования, выгодные только им и неприемлемые для нас.

В этой связи интересен опыт Китая, который пятнадцать лет добивался от ВТО вступления на выгодных ему условиях. Заинтересованные в огромном потенциальном рынке, развитые страны вынуждены были пойти на уступки. Кто торопит нас? Ведь наш внутренний рынок – не меньше?!

Но исключительность российского потенциала и подталкивает страны ВТО к предъявлению нам завышенных требований. Кроме подписания обязательных договоров, от нас добиваются присоединения еще к тринадцати секторальным инициативам, которые для других носят добровольный характер. От нас требуют отказаться от повышения импортных пошлин на время переговоров, а на ряд товаров их вообще отменить (некоторые виды оборудования, сталь, целлюлозно-бумажные товары, мебель, детские игрушки, алкоголь и т.д.).

Точно рассчитав специфику нашей экономики, требуют обеспечить доступ иностранных поставщиков на рынок государственных заказов. Если мы согласимся на это, то в первый же год после присоединения принесем огромные прибыли странам – участницам ВТО. А вот когда сами начнем получать дивиденды и начнем ли вообще – неизвестно.

Дело в том, что, как и многие международные организации, в последнее время ВТО испытывает кризис. Американцы цинично нарушают правила, обязательные для всех: разрешают своим компаниям, работающим в области высоких технологий, регистрироваться в оффшорных зонах, практически освобождая их от налогового гнета, давая им карт-бланш по сравнению с законопослушными участниками мирового сообщества. В одностороннем порядке, без обязательного рассмотрения комиссиями ВТО, которое занимает обычно около полугода, изменяют таможенные пошлины.

Глядя на это безобразие, мудрая Маргарет Тэтчер в последней своей книге призывает английские власти выйти из ЕС, а следовательно, и из ВТО.

Потому что пирамида достроена, доходы падают, противоречия усиливаются.

МЫ ПОЙДЁМ ДРУГИМ ПУТЁМ...
Аргументов против вступления России в ВТО предостаточно. Наши специфические условия известны. Технологический развал промышленности при 65-процентном износе оборудования – это раз. Два – экзотичность частной собственности, ее пересечение с криминалом. Три – двойственность бухгалтерии на всех ступенях экономики, начиная с индивидуального предпринимателя и заканчивая учетом расходов госбюджета. Четыре – отсутствие института кредитования и инвестирования.

Грустный список можно продлить, но и так уже понятно: все это делает присоединение России к международному торговому сообществу мероприятием достаточно бессмысленным. Но кто мешает нам сегодня начать проводить в жизнь программу, которая приблизила бы отечественного производителя к мировому рынку, а российскую экономику – к уровню развитых стран?

Программу эту довольно ясно сформулировали участники прошедшей в Кремле конференции “Россия и ВТО”. Она включает в себя выработку общей стратегии экономических реформ, структурную перестройку промышленности, модернизацию и техническое перевооружение предприятий, переработку законодательной базы под нормы и правила ВТО.

Если удастся в ускоренном темпе, помня о призыве президента срочно присоединяться к ВТО, провести, хотя бы частично, эту программу в жизнь – это безусловно заметно укрепит индустриальную мощь страны, повысит ее международный авторитет, приведет Россию к интеграции в мировое экономическое пространство.

Тогда с позиции сильного и будем решать: стоит ли нам вступать в ВТО. А пока – пока пусть идут переговоры, кому они мешают?

Елена КУРАСОВА

© "Литературная газета", 2002

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ

ПОЛИТИКА

СПОР-КЛУБ
ОБЩЕСТВО
ЧЕЛОВЕК
ЛИТЕРАТУРА
ИСКУССТВО
ЛАД
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ
НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ПОЛИТИКА:
Александр РОСЛЯКОВ
ГРАЖДАНСКАЯ БОМБА
Зарыта в дачной грядке с луком