На главную страницу
ЧЕЛОВЕК
№17 (5876) 24 апреля- 30 апреля 2002 г.

ДРАМАТИЧЕСКАЯ МЕДИЦИНА


УМИРАЕШЬ? НО ТОЛЬКО НЕ ПРИ НАС!

ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ

Уважаемая редакция! В нашей семье произошло непоправимое – скончалась мама моей жены Анастасия Федоровна Кондаурова в возрасте 77 лет. Причем скончалась в присутствии врачей “Скорой помощи”. Возраст есть возраст, но в данном случае ряд фактов заставляет задуматься над случившимся.

Анастасия Федоровна в последние годы серьезными заболеваниями не страдала, у нее лишь постоянно наблюдалось пониженное давление. За два месяца до смерти у нее был микроинсульт, в результате чего была несколько нарушена речь. Но лечение, которое предписали врачи, дало ощутимые результаты: наладилась речь, восстановилась память.

И вот к вечеру 14 февраля она почувствовала сильную слабость и боли в сердце. Мы тут же вызвали “Скорую”, которая добиралась до нашего дома аж 40 минут! Хотя живем мы не на окраине Москвы, а на проспекте Вернадского, рядом с метро. Приехав по вызову, врач “Скорой” кратко спросила о случившемся.

Замерив давление (а оно было довольно низким – мы мерили перед приездом “Скорой” – 120 на 70), врачи сделали несколько уколов, понижающих давление, что нам показалось странным.

Состояние не улучшалось, больная сама им говорила: “Мне хуже, помогите!” После чего врач спросила нас, было ли раньше у нее давление 90 на 60. “Да, бывало, но она никогда не чувствовала себя так плохо”, – ответила жена. Следующим этапом “оказания помощи” было введение лекарства, повышающего давление. Но больной лучше не становилось. (Хочу отметить, что из 10 уколов только один был сделан внутривенно, хотя в справке описаны все уколы как внутривенные. Уколы эти делались в присутствии близких.)

Пошла одышка, зрачки увеличились, врачи “Скорой” вызвали автомобиль – “реанимацию”. И, не дожидаясь прибытия “реанимации”, предприняли свои меры: принесли кислородную подушку, сделали массаж сердца. Больная им в лицо говорит, что она умирает, а врач ей отвечает: “Только не при нас!”

Приезд “реанимации” через 15–20 минут был тщетен – больная оказалась уже мертва. Врачи попросили всех близких выйти из комнаты. После всего происшедшего врачи сделали несколько телефонных звонков и выписали справку с заключением о смерти. На наш вопрос, куда они звонили, нам было сказано: в милицию.

Самое поразительное случилось чуть позже. Не успели врачи “Скорой”, оставив после себя пакет ампул и справку о вызове, выйти из подъезда, как у нас тут же раздался телефонный звонок агента ритуальных услуг, уточнявшего сроки похорон. На наш вопрос: “Как вы узнали, что в доме покойник?”, ответ был лаконичен: “В компьютере”. Кто эту информацию ввел в компьютер? Когда? Неужели те, кто это сделал, не понимали, что такой поспешный звонок только травмирует родственников?

Нас, признаюсь, поразила такая четкая согласованность двух служб. Подумалось: так работают люди, думающие только о своей личной выгоде, а не о душевном состоянии других. Хотя работники “Скорой помощи”, как и агенты ритуальных услуг, обязаны об этом помнить.

Конечно, близкого человека не вернешь. Но мы считаем, что редакция “ЛГ” должна рассказать об этом случае.

Камил ПРОЧАЕВ, МОСКВА

© "Литературная газета", 2002

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ

ПОЛИТИКА

СПОР-КЛУБ
ОБЩЕСТВО
ЧЕЛОВЕК
ЛИТЕРАТУРА
ИСКУССТВО
ЛАД
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ
НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ЧЕЛОВЕК:

Кристина ПОЛЯКОВА
А ЧТО ТАМ,ЗА ЗАВЕСОЙ СЕКРЕТНОСТИ?

Татьяна МОХРЯКОВА
ТАКАЯ НЕСКОРАЯ “СКОРАЯ ПОМОЩЬ” Почему редко слышны слова благодарности в ее адрес?