На главную страницу
ИСКУССТВО
№19 (5924) 21 - 27 мая 2003 г.

ТЕЛЕПАТ


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ?

Алексей БАРХАТОВ

Наверное, основное ощущение от ожидания главного события текущих недель – телесериала “Идиот” – можно было определить как настороженную радость.

Радость рождали и сам редкий факт обращения нашего телевидения к высочайшей литературной классике, и память об экранизации Владимиром Бортко “Собачьего сердца”, и высший артистический свет обеих столиц, заявленный в титрах.

Настороженность внушала не столько богатая кинематографическая история романа, связанная с именами и Жерара Филиппа, и Акиры Куросавы, и Ивана Пырьева, глубоко вросшими в сознание блестящими работами Юрия Яковлева и Юлии Борисовой, сколько наша телевизионная реальность, в которой любой князь чувствует себя последним в своем роде. Не скрою, это чувство усиливалось и примитивно коммерческим “I” в названии, и анонсными заявлениями о подлинности лионских кружев, перьев и драгоценностей. Охотно поверил бы и насчет пудры “от Дюрье и Зихлер”, поскольку главное все же – подлинный Достоевский.

Но все не без расчета. Даже неожиданное для многих явление спортсменки и телеведущей М. Киселевой в роли Варвары Ардалионовны Иволгиной стоит расценить как жертву легкой фигуры для доказательства того, что иного “слабого звена” в фильме нет. Ведь не случайно некий “доброжелатель” воткнул киселевский рекламный ролик “Галлина Бланка – сильное звено” прямо в сцену знакомства зрителей с обитателями дома Иволгиных.

Слава Богу, что основное бремя сюжета в этом эпизоде и в последующих взял на себя Алексей Петренко, как всегда, удивительно точно уловив характер и абсолютно естественно расположившись в роли отставного от службы и семейной жизни генерала Иволгина.

Однако не будем забывать, что в первую очередь нас, не понаслышке знакомых с романом, интересовал образ в прямом и переносном смысле титульного героя – князя Льва Николаевича Мышкина. Его, как и предписано Достоевским, мы встречаем в вагоне третьего класса, следующем из Пскова в Петербург. И вот тут начинаются таинства режиссерского замысла, поначалу кажущиеся мелкими отступлениями от авторского текста. “Роста немного повыше среднего” — ну это еще мы легко простим, у нас все среднее, включая и продолжительность жизни, несколько изменилось. “Очень белокур, густоволос, востренькая бородка, лицо тонкое и сухое, со впалыми щеками…”. Да, Миронов не таков. Но ведь хорош же в этом образе возвращающегося из Швейцарии именитого бомжа или, по крайней мере, персонажа репинского “Не ждали”!

Утрирую? Но тогда зачем одевать главного героя вопреки Достоевскому не в “довольно приличный и ловко сшитый пиджак”, а в некий мятый образец защиты отечественного производителя? Тут уже и у нас, а не только у генерала Епанчина зарождается вопрос – да полноте, князь ли это или просто однофамилец героя Юрия Яковлева, при той же внешней бедности являвшего генетическое благородство, породу? А сыграно это было в куда менее демократические времена… Или в этом и есть новейшая трактовка? Князь Мышкин – Солженицын, возвращающийся в родную обитель? При этом, ей-богу, ничего плохого об игре Е. Миронова, актера, несомненно, талантливого, глубоко чувствующего Федора Михайловича, сказать не могу. Воображению человека, далекого от режиссуры, легко перенести его и в “Бедные люди”, и в “Братья Карамазовы”, и в “Преступление и наказание”…

Александр Николаевич Островский, помнится, люто негодовал по поводу качества возобновлявшихся на театре своих пьес. Перед постановщиком классики в сегодняшней ситуации задача стоит куда более сложная. Ставить для тех, кто читал, с бережливым придыханием переводить текст на экран? Или деликатно обращать в лоно отечественной культуры неверных, заблудшие души рыночного книгоклонирования?.. Тут, что называется, знал бы прикуп, жил бы в Сочи. А то, что ищущему выгодного альянса Тоцкому в исполнении А. Смирнова явно не “достоевские” пятьдесят, и Епанчину – не 56, – вовсе не оперная традиция, скорее осознанная примета времени нынешнего.

Пишу, еще не видя последних серий, но не могу не обратить внимания на несомненно удачные работы Владимира Машкова, сумевшего преодолеть азбучный образ Рогожина, при этом ничуть не изменив оригиналу, Владимира Ильина, чутко проникшего в искреннюю мелочность чиновничьей психологии Лебедева, Инны Чуриковой, воссоздавшей противоречивый и трогательный образ генеральши Епанчиной.

Не будем копаться в мелочах, экранизация состоялась, перед нами действительно Достоевский, великий и тем, что у каждого он свой. И тем, что в наш суровый век сумел-таки пересилить сакраментальное “О времена! о нравы!”.

Как хочется быть романтически наивным и воспринять этот показ вкупе с премьерой булгаковского “Театрального романа” на канале “Культура” за благовест! Или все это лишь не случайно совпало с ежегодным Посланием президента?

Начинается предвыборная кампания. А если обойтись без манифестов? В титрах экранизации классики не только я с удовольствием прочту, какая партия реально спонсировала традиционно декларируемое возрождение отечественной культуры. У нас ведь что-то около сорока партий. Достойных произведений в нашей литературе побольше будет. Стало быть, есть выбор.

© "Литературная газета", 2003

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
АНОНСЫ И СОДЕРЖАНИЕ ВЫПУСКА
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
300 ЛЕТ САНКТ-ПЕТЕРБУРГУ
ПЕРЕКРЕСТНЫЙ ДОПРОС
НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ
ЧЕЛОВЕК
ПРЕМИЯ
БЕЗЗАКОННАЯ КОМЕТА
ИСКУССТВО
ИНФОРМАЦИЯ
СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ "ЛАД"
ПОРТФЕЛЬ "ЛГ"
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ИСКУССТВО:
Екатерина АМИРХАНОВА
СИЛА ЛЮБВИ
Дмитрий АБАУЛИН
ДИСКОТЕКА “У РУСЛАНА”
Алексей БАРХАТОВ
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ?