На главную страницу
СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ “ЛГ”
И ПОСТОЯННОГО КОМИТЕТА СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА
№19 (5924) 21 - 27 мая 2003 г.

НАШИ ГОСТИ


«НЕМИГА ЛИТЕРАТУРНАЯ»

"Немига..." – единственный "толстый" журнал в республике, целиком посвя-щенный творчеству литераторов, пишущих на русском языке. Журнал молод, ему пошел четвертый год. Рассказать об издании более подробно мы попросили главного редактора "Немиги…", поэта, члена белорусского и российского писа-тельских Союзов Анатолия Аврутина.

Итак, "Немиге…" живется непросто?..

– Мягко сказано! Мы ведь повторно стали выходить совсем недавно, когда на помощь пришло минское издательство "Технопринт", до этого свыше года про-стаивали. А все потому, что очень многие не хотят понять элементарной вещи: великая русская литература не может считаться полной без учета созданного писателями зарубежья, пишущими на русском языке, к которым, увы, с некото-рых пор относимся и мы. Во-вторых, без учета созданного теми же писателями не будет полной и национальная культура республики. По состоянию русской культуры вообще и литературы в частности можно судить и о прогрессе (или, наоборот, регрессе) всей культуры страны. В Советском Союзе при всех идео-логических вывертах той поры прекрасно понимали, что держава наша много-национальна и развивать следует культуру всех народов, ее населяющих. Именно тогда наивысшего своего расцвета достигла и белорусская литература. Сейчас в Беларуси поддерживается лишь литература на белорусском языке.

А вы не сгущаете краски? Ведь можно неделю ходить по Минску и не услы-шать белорусского слова?

– Это еще одна беда национальной культуры. Страна говорит и думает на од-ном языке, а небольшая группка людей, во многом паразитирующая на пробле-мах белорусского языка, под шумок захватила власть над всей культурой. Ли-тераторы, пишущие на русском языке, оказались между двух огней: с одной стороны неприкрытая неприязнь местных литераторов (вот уже два съезда под-ряд всех пишущих на русском демонстративно вычеркивают из состава правле-ния СП), с другой – безразличие и отчужденность российской литературной среды.

Но ведь ваши стихи недавно опубликовала санкт-петербургская "Нева", ваше имя включено во все белорусские энциклопедии. А сколько самых авторитет-ных изданий публиковали стихи минского поэта Вениамина Блаженного…

– Речь не обо мне. Того же В. Блаженного, некогда причисленного "Литератур-кой" к числу лучших поэтов ХХ века, дома издали всего один-единственный раз, а составленный вашим собеседником томик его избранных стихов вот уже который год пылится в издательстве "Мастацкая лiтаратура"… Более того, бы-тует мнение, будто русской литературы в Белоруссии не было и нет. Откуда же, позвольте спросить, появились наставник Петра Великого Симеон Полоцкий, "отец" русского символизма Николай Минский, баронесса эмигрантской поэзии Ирина Сабурова, автор знаменитого "Старика Хоттабыча" Леонид Лагин, отку-да в русской литературе имена Игоря Шкляревского, Бориса Ласкина, Ивана Бурсова, Дмитрия Ковалева? Это для меня "больная" тема – я много лет инте-ресуюсь судьбами наших земляков, внесших заметный вклад в мировую куль-туру. Солидный список получается. Другое дело, что почти всем этим людям пришлось по разным причинам покинуть Белоруссию. Даже символы белорус-ского возрождения – Франциск Скорина и Микола Гусовский творили, соответ-ственно, в Праге и Риме. Кстати, неофициальный гимн США "Боже, храни Америку" написал выходец из Белоруссии Ирвинг Берлин. А все потому, что тогдашняя творческая серость была ничуть не менее агрессивна, чем нынеш-няя. Ведь и сегодня в Минске в полнейшей бедности прозябает блистательная Светлана Евсеева. Недавно возвратился из Москвы в Минск поэт и драматург Михаил Шелехов. Яркий талант, да вот не заладилось у Михаила в белокамен-ной… А сколько у нас самобытных русских литераторов, чьи имена вообще ничего не говорят россиянам! Костя Михеев, Яков Есепкин, Аня Павловская, Юрий Фатнев, Изяслав Котляров…

В этом плане "Немига…" пришлась как нельзя кстати…

– Только один пример. В Минске живет сегодня 16 членов Союза российских писателей и чуть меньше – Союза писателей России. И практически все они – авторы нашего журнала. Если бы не "Немига…", кто бы знал, к примеру, писа-теля из Барановичей Владимира Хорошко или гомельчанина Феликса Мыслиц-кого? Сегодня у них уже достаточно авторитетные литературные имена. Кста-ти, на страницах нашего журнала мирно уживаются произведения членов враж-дующих между собой российских писательских Союзов: Григорий Бакланов и Юрий Петкевич соседствуют с Иваном Сабило и Николаем Коняевым… Мы ведь публикуем и тех, кто биографически связан с Белоруссией. Кстати, с появ-лением "Немиги…" все ярче проявляется еще одна любопытная тенденция. Ес-ли раньше одаренных русскоязычных авторов всячески подталкивали перейти на белорусский язык, то теперь встречается и обратное. Добротную книжку русских стихов недавно издала известная белорусская поэтесса Ольга Курта-нич, появились произведения на русском у Г. Марчука и А. Масаренко…

– То есть вы оптимист?

– Я верю в перспективы русского слова в Белоруссии…

Беседовал Глеб АРТХАНОВ


Анатолий АВРУТИН

Анатолий АВРУТИН родился в 1948 году в Минске. Окончил Белорусский государственный университет. Главный редактор журнала "Немига литературная".
Автор десяти поэтических книг.

***
Горбатого могила исправит…

Я настолько горбат, что меня не исправит могила,
Я тот черный кобель, что вовек не отмыть добела,
Моя черная кость белой костью себя возомнила,
Нарядившись в крылатку, которой мешают крыла.

И пошел я бродить вдоль садов мимо мельниц и речек,
Ночевать на полатях в заброшенном доме пустом,
Я в свистульку свищу, и какой-то смешной человечек
На меня указует кривым и немытым перстом.

Кто я был? Кто я есмь?
Чем опасен приблудному люду?
Может, жаль им крылатки, горбато стекающей с плеч?
Только чудится мне – стерегут не меня, а Иуду…
А меня-то зачем? А меня-то зачем же стеречь?

И в кармане дыра, и в убогой котомке – дырища,
За подкладкой – глядите! – подкладка-то вовсе худа.
Жаждешь сребреник, друг? Но поверь, ты не там его ищешь,
Поищи у того, кто тебя подсылает сюда.

Ну а я побреду…
Дым Отечества горек и едок.
Полстраны побирушек, но все и не в такт и не в лад.
И крылатку свою просто брошу в траву напоследок –
Я настолько горбат!.. Даже страшно, насколько горбат…


***
Иных пустынь иные миражи
Иные тайны явят по-иному.
И в мир иной с иной шагнешь межи,
Иной тропой бредя к иному дому.

Иное все: общенье с тишиной,
Литые свечи в тусклом абажуре…
Иная тишь… И сам простор иной –
Иные в нем сомнения и бури.

Иная гладь зеркального стекла,
Иное там лицо с твоей морщиной,
Иная складка возле губ легла
От сумрачной тоски небеспричинной.

Знакомых щек совсем иная дрожь,
Иного взгляда быстрое скольженье.
Отступишь ты… Но так и не поймешь –
Где человек, где только отраженье…

***
Есть два понятья – Родина и смерть,
Которые почти неразделимы.
Болезненно любя, быть нелюбимы,
И только смерть принять ты смеешь сметь.

Жить пониманьем – это все всерьез
Взошло на прахе сумрачных столетий.
Быть третьим, где погибших – каждый третий,
От черной черни слышать: "Альбинос!"

И не роптать, не плакать, не корить –
Отчизне что? – Она и так Отчизна.
А ты живи – не нужен и не признан,
А впрочем, можешь даже и не жить.

Почти не жить… Болезненно любя,
Шепча: "Всевышний недругам отплатит…"
Когда Отчизне смертников не хватит,
Тогда Отчизна хватится тебя…

***
Не счесть потерь…
Лишь однорукий
Стучит облезлый тополь в дверь.
Все меньше встреч, одни разлуки.
Не счесть потерь…

Дожди… Покров…
Как мало смеха,
Как нынче малолюден зал!
Где друг? –
Ушел…
Где друг? –
Уехал…
Где друг? –
Предал…

Не счесть потерь…
Рыдай, валторна!
Венки… Распахнутая дверь.
Песок… Зеленый холмик дерна.
Не счесть потерь…

Не счесть…
Беде равновеликий,
За ужасом встает рассвет.
В просветах –
люди,
лица,
лики,
Которых нет…

Вениамин БЛАЖЕННЫЙ

Вениамин АЙЗЕНШТАДТ (Вениамин БЛАЖЕННЫЙ) родился в 1921 году в г.п. Копысь Витебской области. Автор четырёх поэтических сборников. Умер в 1999 году.

***
Я, нищий и слепец, Вениамин Блаженный,
Я, отрок и старик семидесяти лет, -
Еще не пролил я свой свет благословенный,
Еще не пролил я на вас свой горний свет.

Те очи, что меня связали светом с Богом, -
Еще я не раздал их нищим ходокам,
Но это я побрел с сумою по дорогам,
Но это я побрел с сумой по облакам.

И свет мой нерушим, и свет мой непреложен,
И будет этот свет сиять во все века,
И будет вся земля омыта светом божьим -
Сиянием очей слепого старика.


Анна ПАВЛОВСКАЯ

Анна ПАВЛОВСКАЯ родилась в 1977 году в Минске. Студентка Литературного института имени Горького. Автор сборника стихов "Павел и Анна". Обладательница "Илья-премии".

***
Волчьих ягод нарву, и шатаясь отправлюсь в дорогу
Сквозь орешник и вереск, в болоте одною ногой...
Помолись хоть какому-нибудь завалящему богу!..
Я не знаю, куда мне идти за своею судьбой...

Я хотела б как стадо оленей ходить к водопою,
И реветь, запрокинув на спину седые рога,
И бежать от волков незнакомою узкой тропою,
Слыша там, за спиною, слюну от клыка до клыка...

Я же, только родившись, в парном молоке искупалась,
В Сивке-Буркино вещее ухо, как шепот, вошла.
И не видя клыков, я улыбок людских не боялась,
И быть может, вся жизнь моя только частушкой была...

Если встретится леший, я крепко пожму ему лапу.
Если ангела встречу – мы молча с ним выкурим план.
Помолись, чтоб не сразу двоих повстречала хотя бы!..
Не смогу же я сердце, как хлеб, разломить пополам!

Я хотела бы вдруг набрести на такую поляну,
Где стояла бы сказка хрустальным и пыльным дворцом,
Где судьба моя, скажем, царевичем добрым Иваном
Обернулась ко мне своим детским влюбленным. Лицом…

Но пока я бегу, собирая букет ядовитый,
Сквозь орешник и вереск, в болоте одною ногой,
И кому-то стихи декламирую вместо молитвы,
И пугаю оленей безумной своей болтовней…


Яков ЕСЕПКИН

Яков ЕСЕПКИН родился в 1957 году в Мстиславле Могилёвской области. Окончил Белорусский государственный университет. Автор сборника стихов "Космополис архаики"изданного в США (1993) и в Минске.

***
Когда с небес пасхальная вода
Лилась и вечность рушилась впервые,
Пред бездною прощаясь навсегда,
С тобою были мы еще живые.

Двойное отраженье где искать
Безумное зерцало не ответит.
Свечою стал сей образ догорать,
Досель огонь пенатам скорбным светит.

Среди созвездий, в космосе огней
Соль слез кровавых есть святая трата,
Пока не остается и теней
В шкатулке межвселенского заката.

Саднящие мгновенья пронеслись,
На мрамор яд возлег смертельных слогом.
И вспыхнула последней раной высь,
Где мы уже мертвы пред вечным Богом.

Элегия

Зной, терпкий августа воздух заверчен пока что
Ветра фигурами, отблесками золотыми

Нимф фьезоланских, впорхнувших в октавы Боккаччо,
Всех перед ними бредущих иль следом за ними.

Даже в объеме, прощальным днесь залитом светом,
Пристальный взгляд так и не различает пробелы,
Краски горят, осязаема даль и предметы,
Рябь по воде убегает все в те же пределы.

© "Литературная газета", 2002

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
АНОНСЫ И СОДЕРЖАНИЕ ВЫПУСКА
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
300 ЛЕТ САНКТ-ПЕТЕРБУРГУ
ПЕРЕКРЕСТНЫЙ ДОПРОС
НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ
ЧЕЛОВЕК
ПРЕМИЯ
БЕЗЗАКОННАЯ КОМЕТА
ИСКУССТВО
ИНФОРМАЦИЯ
СОВМЕСТНЫЙ ПРОЕКТ "ЛАД"
ПОРТФЕЛЬ "ЛГ"
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ЛАД":

СВЯТОЕ СЛОВО

Игорь ЛУЧЕНОК:
“ЛЮДИ КУЛЬТУРЫ ДОЛЖНЫ ОБЪЕДИНЯТЬ”

Дмитрий ГРЫЗУНОВ
ШКУРНЫЙ ВОПРОС

Любовь ТУРБИНА
ПОСЛЕДНИЙ ГЕРОЙ

ИНТЕРВЬЮ В НОМЕР
ЧЕЛОВЕК ОГЛЯНУЛСЯ...

Алесь КОЖЕДУБ
ВИЛЕНСКАЯ МАДОННА

Александр КРИВОНОС
КОШМАР

ПОЭЗИЯ