На главную страницу
ЧЕЛОВЕК
№29 (5932) 16 - 22 июля 2003 г.

СОВРЕМЕННЫЙ ОЧЕРК


КОМПЬЮТЕРНЫЕ АСЫ

Эти мальчишки знают, чего хотят от жизни

Им по пятнадцать–девятнадцать лет. Учатся в гимназиях, школах, двое стали студентами…
Я их люблю, совершенно разных, необязательных, неумелых.
Только это позволяет возиться с ними каждодневно.

Александр ЦУКАНОВ, ВОЛГОГРАД

НА КРАЮ ПРОПАСТИ

На улице Краснознаменской давний приятель бедует у машины над выломанной из панели автомагнитолой. Выговаривает: “Убил бы гада!” А “гад этот” – пятнадцатилетний мальчишка. Почему он залез в машину, я не знаю. Могу лишь предположить, что ему очень понадобились деньги. И способа заработать честно он не знает либо не умеет.

Желание иметь собственные деньги у подростков неискоренимо. Во времена повального дефицита подростки торговали жвачками, кассетами, джинсами. Ныне дефицит лишь то, что запрещено законом. И в первую очередь наркотики.

Что можно противопоставить этой беде?.. Как остановить от этого шага в пропасть?.. Только общением с подростком. Его увлеченностью чем-то, что помогает ему самоутвердиться в мире взрослых.

В нашем Центре поддержки молодежи это стало реальностью – здесь можно не только освоить компьютер, но и заработать. Хотя судьбы всех тех, с кем я здесь общаюсь, не из легких. Они все из нашей нынешней жизни со всеми ее трудными проблемами.

Александр КАРЗАНОВ…Раннее утро, спешу на работу. Встречная машина мигает фарами и отчаянно сигналит. Останавливаюсь. Из темно-синей “шестерки” с затемненными стеклами выскакивает майор Дмитрий Маликов.

Маликова знаю давно. Он не поет. Он воюет. Когда-то с угонщиками автомобилей. Позже с бандюками. Ныне с незаконным оборотом наркотиков.

– Николаич, привет! – Тут же без предисловий вбивает: – Надо помочь. Задержали сбытчиков наркоты. Нужны понятые, а где их взять в частном массиве, сплошь заселенном цыганами?

Он широко улыбается и так энергично вводит в курс дела, словно приглашает на пикник. Ему трудно отказать. Едем в район по прозванию Дар-гора.

Цыганку взяли с поличным, расплатились десятирублевками с крупно выведенной надписью “НАРКОТИКИ”. Обыск идет по полной программе. Перетряхивается весь дом, надворные постройки вплоть до туалета. Здесь же дает предварительные показания Раб – наркоман, выполняющий в этом семействе грязную работу “за дозу”. С виду ему за тридцать. Паспорта у него нет. Имеется только затрепанный пропуск на завод “Баррикады”. С фото смотрит симпатичный подросток с вытаращенными глазами, запомнивший с детства команду: “Замри, щас вылетит птичка”.

– Двадцать один год парню, – поясняет оперативник. Бесцеремонно задирает у парня рукав куртки, показывает всем синюшную исколотую руку.

Когда такое видишь в кино, не цепляет. Здесь все грубее, жестче и пробирает до мурашек. А рядом визг детей, вопли пожилой цыганки, злые окрики милиционеров. Парням из этого отдела не позавидуешь, жуткая работа. Они вторые сутки без сна. То готовили “подставу”, то ждали потаясь, а теперь вот многочасовой обыск… А потом протоколы, протоколы. А результат хилый: несколько доз “дури” да куча ворованных вещей, телевизоров, видеомагнитофонов.

Хуже всего в финале: в милицейский “уазик” помещаются задержанные, начальник отдела и омоновцы, а двум операм с кучей “вещдоков” впору ловить такси. Мне надо на работу, но я все одно везу их в своем авто в городской отдел милиции, где мне еще предстоит подписывать протоколы в качестве понятого.

Майор Маликов выносит мне устную благодарность лично от себя. Я, чертыхнувшись, отвечаю:

– Служу родному Отечеству!

Позже мы встречаемся по поводу и без. Каждый раз у Дмитрия Маликова проблемы: нет бумаги для протоколов, сломалась машина, как бы обустроить новый кабинет… Ему бы махнуть рукой, заболеть от этих бесконечных проблем. Ан нет, Маликов каждый раз загорается, когда начинает рассказывать об удачном задержании, быстро раскрытом преступлении, о подростках, которых удалось остановить, а значит, уберечь от рокового шага. Он не ноет, не ворчит, он действует, потому что иначе в нашей жизни нельзя.

КОМПЬЮТЕРНЫЕ АСЫ

Мы живем бедно и нелепо, потому что не любим по-настоящему собственных детей. А то, что называем любовью, в большинстве своем откровенный родительский эгоизм.

Я не хотел о грустном. Я не хотел вспоминать приятеля своего Влада, у которого сын наркоман и который теперь рвет на голове волосья с бесконечным своим “Ну почему?”. А даже я помню, как сын уговаривал его прийти на городское первенство по футболу, где играл за “Олимпию”. Но Владу надо было с мужиками на рыбалку. Потом сын просил при мне денег на поездку в Москву, а он пожадничал, отговорился пустячно. Позже сын просил на компьютер. Просил с отдачей: мол, заработаю летом и отдам.

И было это всего два года назад. Мне неловко его укорять, он и без того обескуражен, готов теперь продать машину и заложить черту душу, лишь бы вытащить пацана из болота. Дай-то Бог. Но не вспомнить об этом не могу – вдруг у кого-то дома вот сейчас идет разговор о покупке компьютера?

…Виктор Л-ов пришел в Центр поддержки молодежи одним из первых. Спокойный крепкий парень. Компьютер привлекает лишь как игротека, за что я Виктора ворчливо поругиваю. Он, как и многие подростки, доверчив – однажды поверил телевизионной рекламе, что нет ничего лучше пива “Клинское” и сигарет “Мальборо”. Затем за тройки был отчислен из гимназии, а осенью перестал посещать наш молодежный центр. Родители запретили. Мои доводы о полезности приобщения к труду, а тем паче интеллектуальному, оказались тщетны.

– Успеет еще наработаться! – отвечали они.

Я решил, что парень теперь замелькает в милицейских сводках. Но Витя месяца через два вернулся к нам, нарушив родительский запрет. Ходит теперь постоянно. В нем, отстраненном и замкнутом, стали вдруг прорастать бизнес-идеи.

Лидер среди ребят вот уже третий год Денис. Для меня это странно. Вроде бы слабоволен, начатое не доводит до конца, разбрасывается. Но, видимо, я чего-то не разглядел. Помню, однажды заспорил с ним о припаркованном автомобиле, решив, что это английский “Ровер”. А Денис уверенно возразил: “Это “японец” фирмы “Тойота”-“Лексус”. Я стал горячиться, шуметь и в итоге проспорил бутылку колы. Позже не раз удивлялся умению этого парня безошибочно определять модель автомобиля, его характеристики.

Вообще-то лидером должен бы стать Степан С-ев. Сегодня ему семнадцать. У него счет в банке, и он может многое, если захочет. Про таких еще говорят – “похватной парень”. А главное – с характером. Специализация – рекламный бизнес. Первый серьезный заказ по нанесению логотипов для фирмы Wrigley’s выхватил у провайдера так безбоязненно и сноровисто, словно давно этим уже занимался.

Степан первым научился разговаривать по телефону “под взрослого” – с тягучей басовитой ленцой. Правда, иной раз голос сорвется, выдаст такое “ля”, что и сам расхохочется, прикрыв трубку рукой.

И все же не лидер. Он в команде главный добытчик с задатками настоящего менеджера, который, поставив цель, может часами висеть на телефоне, выискивая минимальную цену на товар, отыскивать по городу заказчиков, получать отказы и стойко их переносить с улыбкой на лице. Как-то он вышел на контакт с пивоваренным заводом и целый месяц для него делал с друзьями всевозможные рекламные разработки, а пивовары ни за эскизы не заплатили, ни образцы футболок с нанесенными логотипами не вернули. Обидно, а надо двигаться дальше.

Прошлой осенью Степан решил покончить с мелочовкой и заняться ни много ни мало продажей через Интернет торгового оборудования. Я не стал отговаривать. Пробуйте. И тут началось: прайсы, каталоги, дилерские договора с заводами-изготовителями на поставку оборудования. Ворохи бумаг, длинные счета за телефон… За год им удалось продать всего лишь пару грилей и фритюрниц. Но тут ведь главное не масштаб, а уверенность в себе! Эта уверенность у них появилась.

Не обошлось и без конфликтов. Как-то под вечер слышу тяжелый топот, грохот. Вбегаю: дерутся Денис и Володя. Дерутся по-взрослому – молча и ожесточенно. Разнял. Из-за чего битва, не говорят, лишь выкрикивают: “Сам первый начал!..”

Володя младше и с виду помельче, но неуступчив. Вежливый и добрый парень с затаенной взрывной энергетикой. Хороший рисовальщик, но талант этот притенен, не разработан. Из-за компьютера приходится его выталкивать силком. Минувшим летом возник большой заказ по созданию компьютерных карт, потому что “спеклись” опытные дизайнеры. Работа ведь кропотливая, однообразная. А Володька несколько месяцев подряд ежедневно возился – упорство поразительное, редкостное.

Искра Божья есть почти в каждом человеке, но без упорного труда над собой искра эта чаще всего гаснет, не разгоревшись. Так я думаю, глядя на Романа, парня “продвинутого по железу”, то бишь по компьютерам, но необязательного, легковесного.

…Они все очень разные. Одни приходят, чтобы заработать денег много и сразу, а коль так не бывает, то через пару недель исчезают. Другим важнее попробовать себя в коммерции и доказать этим занудным “предкам и училкам”, что он личность, может зарабатывать себе на хлеб. Третьи приходят пообщаться и невольно втягиваются в процесс, когда некий продукт – подарочная футболка с надписью или рекламный щит – рождается на компьютерном экране на твоих глазах. Больше того, в этом можно поучаствовать. Но и прокол будет отнесен на твой счет под неодобрительное “Ну ты тормоз!”.

По вечерам звонят мамы:

– Да гоните их оттуда!

Я обещаю, что строго до шести. Но, когда они заняты делом, рука не поднимается.

А тут еще они выудили из Интернета ряд брокерских программ: “Боковой тренд, маклер, медвежий рынок, длинная позиция, фьючерсы…” Десятки терминов, связанных с биржевыми торгами, совсем недавно казались странной заумью. А само участие в торгах – фантастикой! Сегодня любой человек с помощью Интернета, счета в банке и программы типа “Гута-брокер” может официально участвовать в биржевых торгах и зарабатывать деньги либо проигрывать их, что тоже не менее увлекательно. Пройдя, естественно, обучение. В этом и есть закавыка. Мне месяца мало, а Денис весь этот мудреный понятийный ряд освоил за два дня. Какая все же прелесть – свежие, незагаженные догматизмом и всяким хламом мозги!

Мне не раз в прошлом году говорили, что мой сын лентяй, балбес, пропускает занятия. Я отводил глаза в сторону, кивал, обещал исправить двойки, проследить, наказать. Хотя знаю, что он не лентяй. Ему просто хронически неинтересно. И я его по-настоящему понял лишь после одной из бесед с учителем литературы в гимназии. Она попросила меня как литератора провести открытый урок в одиннадцатом классе. От ее бестолковости и невразумительности меня потом неделю мутило. Но если вы попробуете попенять учителю или безграмотному участковому врачу, то ответ будет один: “А вы попробуйте поработать за две тысячи в месяц!” Все. Молчу, молчу.

ЕСЛИ МЫ НЕ ПОМОЖЕМ…

Илья прибился к нашему центру случайно. Осенью он сбежал из детдома. Находится в розыске. Живет у “бабули” в частном секторе на окраине Волгограда. По разговору, скованной настороженности ему можно дать лет пятнадцать, на самом деле уже восемнадцать. Выдают большие кисти рук, этакие мужицкие ладони с заусеницами у ногтей, в дурацких неумелых наколках, как это принято и по сей день в детдомах.

Компьютер для него в диковинку. Его едва удалось усадить перед экраном за пульт. Полчаса набивал с подсказками первое предложение. Получилось. Игру – “стрелялку” – освоил уже быстрее.

Пытаюсь устроить его на работу. После долгих переговоров высылают паспорт из Слащевского детского дома для умственно отсталых, откуда он дал деру. Хотя Илья себя таковым не считает, и правильно делает. Илья хочет поступить в ПТУ, чтобы обучиться на каменщика. А его, восемнадцатилетнего парня, не берут. Потому что семь классов образования, потому что до десяти лет его родная мамашка таскала по вокзалам и притонам, пока ее не лишили родительских прав. После чего заботу взяло на себя государство.

В городском центре занятости готовы помочь Илье, но при условии, что у него будет городская прописка.

Звоню раз и другой инспекторам по охране прав ребенка в Городище, откуда он был отправлен в Витютневский детский дом и где ему по закону обязаны предоставить жилье и прописку. Разные тети и дяди в инспекции мне говорят: “Мы разберемся и перезвоним”, хотя я по опыту знаю, что никто перезванивать не будет – волна борьбы с сиротством, поднятая президентом и подхваченная депутатами, давно схлынула.

Звоню заместителю председателя областного Комитета по образованию Козыреву раз и другой с просьбой помочь парню с пропиской и устройством в ПТУ. Собрав от своего издательства книги и вещи для детского дома, снова заезжаю в областной Комитет образования, оставляю свою визитку. Тишина. Этот парень, что, государству не нужен?..

Витютневский детский дом поражает заезжий люд красивым белоснежным фасадом, евроокнами. Да и внутренняя отделка под стать. Ведем с директором Ниной Николаевной Левицкой неторопливую беседу об Илье Н-ве, о других детках, о том, что детдому выделили по бюджетной статье на весь год полторы тысячи рублей на медикаменты, и потому невольно приходится эти статьи нарушать. Благо спонсоры помогают. В этом году обещают пару компьютеров подарить.

В кабинет беззастенчиво влетает девчушка лет четырнадцати, чмокает Нину Николаевну в щеку, что-то щебечет, искоса поглядывая на меня. Левицкая выговаривает ей сердито за то, что она забежала босая. Потом поясняет: “Обувь и носки – первейшая у нас болячка”.

Для себя с удивлением узнал, что капитальный ремонт здания, автономной котельной сделали, завезли мебель и прочее опять же по инициативе не государства, а компании ЛУКОЙЛ. Мне даже захотелось познакомиться с этим редкостным управленцем Николаевым, который сумел выделить на ремонт восемнадцать миллионов рублей без показной шумихи. И продолжает ежегодно помогать детдому, за что ему искренняя честь и хвала.

Вот и получается, что сегодня с сиротами, подростками, инвалидами в большей мере занимаются частные компании и общественные организации. А чиновный люд только и смотрит, как бы отбояриться от проблем тех же беженцев да урвать миллион-другой в собственный карман из скудных бюджетных средств. Свежайший пример: арестовали командира Волгоградской миграционной службы; присвоил всего ничего – миллион рублей! Сумел. Как сумел до этого зам. губернатора, и председатель Комитета по делам молодежи, и директор фонда поддержки предпринимательства при администрации области, и директор офсетной фабрики… Список огромен, не ворует в области только ленивый или кому просто взять уже нечего.

А сироты из Слащевского, Витютневского и прочих детских домов чиновникам не нужны. Поэтому статистика об этих выпускниках столь печальна: спился, бомжует, сидит в тюрьме. Завтра там будет и Н-ев Илья, если мы ему не поможем по-настоящему сегодня.

Я ВЕРЮ В НИХ

…На Московской межбанковской бирже снова торги. Снова вверх подскочили акции Мосэнерго, самой спекулятивной ценной бумаги. А вот акции ЛУКОЙЛА пошли вниз.

Кто-то из моих парней режет визитки, кто-то гоняет очередную суперновую “стрелялку”. Володя создает новый программный продукт на основе карты города Волгограда. Денис расчерчивает на экране графики курсовой стоимости акций за неделю и пытается объяснить мне, почему на акциях РАО “ЕЭС” нужно встать в “короткую позицию”. А я не понимаю. Ему пытается помочь новичок – четырнадцатилетний Борис. Даже он “въехал”. Потому что для них прост и привычен сей реально-виртуальный мир.

Они другие. Они лучше нас. Сегодня я верю только в них. В этих шестнадцатилетних героев будущего времени.

© "Литературная газета", 2003

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
АНОНСЫ И СОДЕРЖАНИЕ ВЫПУСКА
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ
МИР И МЫ
ОБЩЕСТВО
ЧЕЛОВЕК
ЛИТЕРАТУРА
ИСКУССТВО
ПАНОРАМА
ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ
ПОРТФЕЛЬ"ЛГ"
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ЧЕЛОВЕК:
Александр ЦУКАНОВ

Александр ЯКОВЛЕВ

Игорь ГАМАЮНОВ
“ПРИСТРУНИ МОЮ ЖЕНУ, ПРЕЗИДЕНТ!”