На главную страницу
ЧЕЛОВЕК
№33 (5936) 13 - 19 августа 2003 г.

ЛИТЕРАТУРА В ЯЩИКЕ


ЖАРЕНЫЕ УТКИ СПЕШАТ НА ТВ

Юрий ЧЕХОНАДСКИЙ

На повторную повестку дня очередного “лучшего ток-шоу российского телевидения” “Культурная революция” для обсуждения был поставлен афоризм “Современному человеку воспитание вредит”. Два кинодраматурга, писателя и Аркадия – Инин и Вайнер, авторитетнейшие эксперты по этой проблеме под руководством М.Швыдкого при участии публики провели по этому случаю дискуссию. В результате почти часового времяпрепровождения участники остались каждый при своем: Инин, что “вредит”, а Вайнер, что “не вредит”. Ведущий же, который по определению должен стоять “над схваткой”, на этот раз как-то расслабился. Он больше склонялся к мысли, что воспитание все-таки “не вредит”. Отчего так? Что это – результат усвоения более убедительных, чем у Инина, толкований аргументов Вайнера? В таком случае, получив поддержку ведущего, Вайнер, если говорить на научном языке, может претендовать на должность инженера человеческих душ, а Инин – всего лишь лаборанта-практиканта. А может (чем черт не шутит?), тезис о “невредящем воспитании” нашел себе место среди самостоятельных убеждений министра, явив картину его незаурядного и богатого внутреннего мира? Есть и еще одна возможность: поддержать этот тезис министра обязала исполняемая им должность. То есть он проявил соглашательство. Но об этом не хочется думать. Ведь в таком случае конфликт внутри человека, а тем более внутри главы российской культуры может привести к непредсказуемым последствиям. И не придется ли тогда перепрофилировать само министерство? Все это в целом осталось неясным. Вот какую огромную проблему поставила перед зрителями интереснейшая эта программа и на сей раз. Почти такую же, как и запомнившаяся надолго своей непредсказуемой поэтичностью передача “Графоман” с И. Иртеньевым.

Ведущий А. Шаталов спросил гостя: “Есть Москва булгаковская, можно говорить о Москве Чехова. А можно ли говорить о Москве Иртенева?” Поэт скромно ответил: “Даже в самых смелых мыслях я себя через запятую в этот ряд не могу вставлять. Можно говорить о городе, где я вырос”. И в подтверждение своей любви к столице прочитал навеянные, видимо, творениями скульптора Ц. стихи, которые заканчивались так: “Лишь Георгий святой, в мыслях весь о своем, безучастно в носу ковыряет копьем”. Ведущий заметил: “Хорошая нота. Думаю, на этой благородной ноте мы и закончим сегодняшнюю беседу”.

И тут интересный момент. Говоря словами Пушкина, “недавно в Пекине случилось очень забавное происшествие”. Произошло это не нарочно, просто совпало. Один китайский поэт, воспевая красоту столицы Поднебесной, написал, что, когда он проходит по площади Тяньаньмынь, ему всякий раз чудится Конфуций, который в задумчивости ковыряет свитком Лао Цзы в носу. Согласитесь, тоже хорошая и благородная нота. Однако, как ни пытается этот поэт донести свои строки до китайского населения, как ни старается почитать эти стихи на ТВ, почему-то никак не удается.

Прямо колдовство какое-то: то софиты в студии не горят – пробки перегорели, то пробки загорелись и подожгли телебашню, то пробки на дорогах, потому как по ним спешат на телепередачу утки пекинские, жареные, то ведущий, которого утка клюнула, в результате пробкой от шампанского в глаз себе попал, то просто почему-то не пускают. Тысячи препятствий. Хотя, казалось бы, что тот, что этот герой ковыряют одинаково. Задумчиво. Ан нет! Притчу о Георгии услышали миллионы россиян, а о Конфуции – только жена поэта. Она и посоветовала ему никому стихи эти не показывать. Что, в общем, тоже правильно. В чем тут дело? Как постичь? Хотя, конечно, что наш поэт, что китайский для своего художественного творчества взяли, прямо скажем, не самые звездные моменты в жизни своих героев. Трудно сказать, как отнеслись бы китайцы к такому поведению Конфуция, но Георгий за применение холодного оружия в нештатных целях у нас в Отечестве мог бы и под суд попасть. За членовредительство. И проводили бы потом ему психиатрические экспертизы.

Поэтому тут стоит посоветовать обоим поэтам: друзья! А не вернуться ли вам хотя бы частично к принципам реализма? Хотя бы такого, который Салтыков-Щедрин характеризовал так: “Вижу забор – говорю “забор”, вижу поясницу – говорю “поясница”. Вы скажете: а разве не реалистично то, что мы описали? Очень реалистично. Но дело в другом: писатель-реалист если уж показывает нетипичного героя, то хоть изображает его в типичных обстоятельствах. А что типично для святого Георгия? Правильно. Копьем колоть змия. А для мудреца Конфуция? Правильно. Наставлять учеников. Таким образом отвергнутый и поруганный модернистами принцип реализма вашими трудами возродится и явит миру новые и нетленные художественные ценности. И тогда можно будет по праву занять место в сериале “Современный мир: десять великих писателей”, один фильм из которого, посвященный Ф. Кафке, был показан в связи со 120-летием со дня рождения автора “Процесса” по каналу “Культура”. Ведь зрителям осталось неизвестно, кого зарубежные создатели этого сериала включили в число остальных девяти великих писателей. Будем думать, что нашим героям со временем там тоже найдется место.

 

Роберт ТАХОВИЕВ

© "Литературная газета", 2003

НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ
АНОНСЫ И СОДЕРЖАНИЕ ВЫПУСКА
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
СОБЫТИЯ И МНЕНИЯ
НОВЕЙШАЯ ИСТОРИЯ
ТЕМА НОМЕРА
ОБЩЕСТВО
ЧЕЛОВЕК
ЛИТЕРАТУРА
ИСКУССТВО
ЛЮДИ КАК РЕКИ
ЧИТАЛЬНЫЙ ЗАЛ
ПОРТФЕЛЬ "ЛГ"
КЛУБ 12 СТУЛЬЕВ
АРХИВ
НАПИСАТЬ ОТЗЫВ
ВЫСТУПИТЬ НА ФОРУМЕ
Читайте в разделе ЧЕЛОВЕК:

Александр ЦУКАНОВ

Юрий ЧЕХОНАДСКИЙ
ЖАРЕНЫЕ УТКИ СПЕШАТ НА ТВ

Татьяна КУЗНЕЦОВА