(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Cовместный проект Евразийская муза

Единство жизни

СОБЫТИЕ

Л. Полищук, С. Щербинина. КолесоВ Центральном Доме художника в рамках торжеств, посвящённых 65-летию Победы в Великой Отечественной войне, прошла юбилейная выставка к 85-летию ветерана Великой Отечественной войны, участника Парада Победы в 1945 году, члена-корреспондента Российской академии художеств, заслуженного художника РФ Леонида Полищука и к 80-летию члена-корреспондента Российской академии художеств, заслуженного художника РФ Светланы Щербининой.

На вернисаже, где ряд работ был впервые представлен зрителям, состоялась и презентация книги Л. Полищука «Леонид. Записки великого тайного художника» – искренний рассказ о жизни и творчестве.

Монументальное творчество Леонида Полищука и Светланы Щербининой уникально. И эта неповторимость созданных ими образов проистекает из самой природы монументального искусства, природы, основанной на своеобразии взаимодействия образа и зрителя, воплощаемого художниками с предельной точностью. Дело в том, что сам механизм восприятия монументальной мозаики и, скажем, живописного полотна или скульптуры совершенно различен. Холст, изначально «выстригая» свою плоскость из пространства вообще, концентрирует тем самым внимание на себе, восприятие скульптуры невозможно без рассматривания, смены ракурсов. Тогда как у монументального произведения, строго говоря, есть в распоряжении всего несколько мгновений, даже – одно-единственное, за которое оно должно успеть послать импульс такой силы и направленности, какая обеспечит особого рода «намагничивание», максимальный контакт со зрителем. Шансов на точное попадание, вообще-то говоря, очень мало. Когда проходящий мимо человек бросает взгляды вокруг, он как бы сканирует пространство и вовсе не настроен на восприятие искусства. Он в контексте улицы, двора, аэропорта. Он решительно настроен на функциональное, практическое отношение к миру. И переключиться на эстетическое его может побудить только нечто неожиданное, сверхординарное. Предельно ёмкое и цельное.

Именно таковы монументальные образы, созданные за более полувека работы Полищуком и Щербининой.

Павлоцкий В.Я. 1944 год. Землячки. 1975, Туркмения. Из фондов МКСХВсе их основные творения в сфере монументалистики созданы в советский период истории. И все без исключения с огромным трудом пробивали возможность быть реализованными в материале или долго находились под дамокловым мечом угрозы разрушения. Сейчас, спустя без малого двадцать лет после завершения советской эпохи, размышляя о причинах трудной судьбы этих шедевров, больше понимаешь и эмоциональный фон минувшей эпохи, и особенность социально-политического устройства, заинтересованного в упрощённом человеке. Парадоксальность ситуаций, возникавших вокруг работ Полищука и Щербининой, заключалась в том, что в этих мозаиках не было ни грана антисоветскости. Да и можно ли было в те времена даже помыслить о том, чтобы на всеобщее обозрение, не на некоторое время как билборд, а, что называется, на века, было выставлено то, что этим самым подразумеваемым векам не вполне соответствует. Так что же в них было такого, что заставляло напрягаться членов художественных советов и партийных функционеров разных уровней?

В них, в летящей на пределе человеческих сил к финишу бегунье («Бегущая олимпийка», стадион, Ташкент), в обобщённых образах мозаики на библиотеке 2-го Московского медицинского института, в лике «Сургутской мадонны» (аэропорт, Сургут), были предельно высвечены корневые человеческие качества, берущие начало не в 1917 году, а издревле присущие человеку. Борьба, но не классовая, а с самим собой, преодоление внутренней инерции, косности, стремление к свету, совершенству, неведомому… Во всём мире все эти проявления обобщались понятием гуманизма, человечности. А у нас с приставкой-тавром – если гуманизм, то буржуазный.

Были ли у гвардии рядового Леонида Полищука, участника того самого легендарного Парада Победы в 45-м, причины стать антисоветчиком? Да, и ещё какие. Потому что советская власть отняла у него самых близких людей – отца и мать. Отняла дважды – сначала душевно и духовно, сделав их фанатами идеи стремительного построения самого справедливого общества на земле, а его лишив отеческого и материнского тепла, а потом и физически – накатив на них каток репрессий. Но он не встал на путь отрицания.

На той войне, где он никак не мог воспринимать слова «немец» и «фашист» синонимами, потому что впервые осознал себя именно в предвоенной Германии, где жил с родителями, он понял, почувствовал, что в самом устройстве жизни есть что-то такое, что много важнее и глубже идеологических распрей. Полищук на войне ощутил во всей полноте силу мгновения и личной ответственности за то, как оно будет прожито. Того спрессованного времени, когда жизнь вдруг обретает невероятную плотность и высоковольтность, когда именно от тебя зависит – будет следующее и другие мгновения в твоей и других людей жизни или нет. Тот сгусток жизни, когда ему пришлось стрелять и попадать по врагу из пушки с разбитым прицелом, обернулся спустя годы другой «стрельбой». Фронтовик, ставший мощным и бескомпромиссным художником, принялся «стрелять» в людей, но, упаси Господь, не пулями и снарядами, а зарядами любви, доброты, сострадания, поднимающими просто человека до высоты Человека…

Но, пожалуй, главной приметой «несоветскости» творений Полищука и Щербининой стало их острое чувство формы, филигранное владение ракурсами и способами выражения эмоциональных состояний героев – одновременно узнаваемо конкретных и максимально обобщённых, в которых феномен времени являет ещё одну свою загадочную грань – оно и спрессовано до мгновения, и растянуто в бесконечность вечного.

В последние десятилетия художники работают в основном как станковисты. Но по силе воздействия, символичности обобщения, сконцентрированной экспрессии, точности эмоционального посыла их работы эпичны, монументальны. Во взаимодействии с этими полотнами зритель, попадая в поле их магнетизма, испытывает катарсис.

В широком смысле творчество Полищука и Щербининой автопортретно и автобиографично. В создаваемых ими образах нет, разумеется, прямых коннотаций, но главный принцип, по которому «живут» их герои, применим в полной мере и к авторам. Жить в полную силу, на пределе и порой за пределами, своих сил и возможностей, когда каждое мгновение может, должно и будет прожито настолько искренне и всерьёз, что даже мысль о двойных стандартах или жизни под сурдинку представляется кощунственной.

В известной сказке Киплинга «Кошка, которая гуляет сама по себе» представлен принцип распределения ролей между мужчиной и женщиной, где первый – охотник, эвристик, а вторая – хранительница очага, берегиня. Долгие годы, перечитывая и вспоминая эту сказку и отдавая дань культурологической проницательности английского классика, я был убеждён, что это – идеальная модель жизнеустройства, включающая на равных идеи развития и сохранения жизни, но в реальности так не бывает.

Жизнь и творчество Леонида Григорьевича Полищука и Светланы Ивановны Щербининой, знакомство с этими удивительными людьми решительно поколебало привычный для нынешнего восприятия жизни скепсис. Бывает. Есть. Потому что эти двое, вместе, в нерасторжимом единстве жизни и творчества, являют собой феномен совокупного человека. У которого нет в силу его уникальности типологического обозначения.

Может быть, имя ему – Homo Present, человек настоящий?

Юрий ПОДПОРЕНКО

Статья опубликована :

№20 (6275) (2010-05-19)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
0,0
Проголосовало: 0 чел.
12345
Комментарии:

Юрий ПОДПОРЕНКО


Выпуски:
(за этот год)