(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Совместный проект ЛАД

Тихий голос родной земли

ПРЕМИЯ СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА

Мастер-классы «Союзное государство – молодым талантам XXI века», 2009Можно не только сочинять в два пера, но и рисовать в две кисти. У братьев Ткачёвых это получается. Они всю жизнь неразлучны. Исключением стали только годы войны, когда один из братьев воевал на фронте, а другой стоял у станка в глубоком тылу. Но с тех пор, как каждый из них отложил оружие, один – винтовку, другой – токарный резец, и взяли в руки кисти, их тандем год от года становился только крепче. И на премию Союзного государства в 2009-м братьев Ткачёвых – Сергея и Алексея – номинировали вместе. И цикл картин «Родная земля», удостоенный этой высокой награды, художники считают не итогом своей творческой жизни, а лишь новым этапом. И продолжают писать, радоваться жизни и строить планы на будущее.

– Когда появилась ваша первая совместная картина?

Сергей Ткачёв: В самом начале пятидесятых. Мы ещё в 48-м начали делать эскизы к картине, которую назвали «Детвора».

– К той самой, что потом в школьных учебниках воспроизводилась? Там девчонки на мостике стоят – мы по ней изложение писали по русскому языку классе в шестом.

Алексей Ткачёв: Она самая.

– А могли бы вы всё-таки попробовать объяснить, как это – вдвоём писать одну картину? Ведь художник потому и художник, что он – индивидуальность, то есть личность, обладающая только ему присущим творческим почерком.

С.Т.: Попробовать, конечно, можно, только вряд ли получится. Во всяком случае, словами. Вот если бы вы за нами в мастерской понаблюдали, может, и сами ответили бы на этот вопрос. А может, и нет…

А.Т.: Понимаете, тут дело не только в том, что мы родные по крови. Нас одна земля вырастила и одним даром на двоих наделила. Одному слишком много было бы… А если серьёзно, всё дело, наверное, в любви. Правда, в любви к земле своей сейчас вслух признаваться не принято.

– Но «земля» – это как-то уж очень общо. Все люди корнями в землю уходят, только чувствуют её по-разному.

С.Т.: Это вы хотите разговор повернуть на то, что горожане землю чувствуют хуже. Ну так они же не виноваты, что в городе родились. Да и не важно, где именно ты на свет появился. Нашей родной деревеньки Чугуновки, это под Брянском, на карте сейчас не найдёшь – поля там. Но родиной нашей эти места всё равно быть не перестали. А разве в городе дома не на земле стоят? Но и тот клочок, что у тебя перед подъездом, тоже любить можно. Нужно даже. Тут ведь как – либо чувствует человек свою связь с землёй, либо нет. А это уже от воспитания зависит.

– А вас родители как воспитывали?

А.Т.: Да как всех крестьянских ребятишек воспитывали, так и нас. Только места у нас особенные – имение Тютчева неподалёку, так что отец не упускал случая подчеркнуть – тютчевские мы!

С.Т.: Крестьянскую жизнь принято называть трудной. Но труд не бывает лёгким! Иначе какой же это труд. При этом он может быть радостным. Вот, собственно, умению работать, сохраняя где-то в глубине души радость просто от сознания того, что живёшь, нас родители и научили. Да и война им помогла: те, кто знает, что такое смерть, умеют ценить жизнь. Я только не знаю, стоит ли это печатать. На бумаге такие фразы кажутся высокопарными, неискренними.

– Ну вас в неискренности никто не заподозрит, достаточно взглянуть на ваши картины.

С.Т.: У нас были хорошие учителя. Мы ведь с братом оба окончили Суриковский институт. Брат туда попал из знаменитой Московской художественной школы, он туда в 39-м году поступил. А в 44-м весь его выпуск был зачислен на первый курс института. Очень талантливые были ребята. А меня война застала в Витебске. Я там в художественном училище учился и к 41-му как раз третий курс окончить успел. Так что в институт я только после войны поступать пошёл. А потом мы оба, каждый в свой срок, получили распределение в Минск: разрушенный войной город на наших глазах возвращался к жизни. Это время никогда не изгладится из нашей памяти. Война, отразившаяся в судьбах и тех, кто воевал, и тех, кто трудился в тылу, – одна из самых важных для нас тем. Не зря же говорят, что медаль за бой и за труд отливают из одного металла.

А.Т.: Белоруссия тоже стала для нас родной землёй, как Брянщина. Мы ведь перед войной в Брянске жили, но дом разбомбили, и, вернувшись из эвакуации, наши родители обосновались в деревне Низок под Минском, у родственников жены нашего старшего брата Виктора. Вот там, собственно, мы и делали свои первые самостоятельные шаги в творчестве.

– Заговорила генетическая память?

С.Т.: Да кто его разберёт, что это за штука такая – генетическая память. Её ведь руками не потрогаешь. Сердце заговорило – вот так правильно будет. Нам захотелось рассказать всем о том, какие замечательные – добрые, сильные, щедрые – люди работают на земле.

А.Т.: А для меня Низок начался с эскиза «Суворовец едет на каникулы». Он теперь в коллекции одного американского миллионера.

– А что, у американских миллионеров в чести реализм?

С.Т.: Вас это удивляет? Конечно, когда наше государство практически совсем не поддерживает реалистическое искусство, в это трудно поверить. Но тем не менее это так. Когда мы в советские времена сетовали на то, что культура финансируется по остаточному принципу, мы и представить себе не могли, что сегодня о тех скромных трёх процентах, которые выделялись на эти цели из государственного бюджета, мы будем вспоминать как о манне небесной. Я в течение десяти лет возглавлял правление Союза художников России, так что знаю ситуацию изнутри. А сегодня нам кажется, что время повернуло вспять, и мы оказались где-нибудь в 20–30-х годах минувшего века, когда русскую школу реалистической живописи как минимум игнорировали, а то и просто пытались уничтожить. А ведь это неотъемлемая часть русской культуры.

А.Т.: Конечно, сегодня какие-то локальные меры предпринимаются, но именно локальные. Ситуацию в корне они переломить не могут. Но ведь культура – это фундамент любого государства, то, что делает отдельных граждан народом. Без поддержки культуры никакая модернизация не даст ожидаемых результатов.

– Премия Союзного государства как раз и призвана поддерживать единое культурное пространство, которое теперь разделено границами.

Май. 1945 г.С.Т.: И это замечательно. Потому что премия эта действительно не только выражает признательность художнику за его труд, но и напоминает всем нам о том, что как бы мы ни перекрашивали географические карты, какие кордоны ни возводили бы, всё равно нас сплачивает не география, а история. Великая история, которую сегодня, к сожалению, пытаются переписывать, пересматривать. Этого ни в коем случае нельзя допустить.

А.Т.: У нас не получается делить землю по возникшим двадцать лет назад территориальным границам. И все наши работы, независимо от того, посвящены они войне или миру, – это попытка сохранить кусочек нашей истории, сохранить лица людей, которым довелось жить в переломные её моменты.

– Цикл картин «Родная земля» тоже об этом?

С.Т.: Конечно. Молодые художники сегодня редко употребляют слово «призвание», когда говорят о своём творчестве. А ведь человек на эту землю приходит не просто так. Он предназначение своё исполнить должен. Вот мы и пишем родную землю – её неброские, с виду такие простенькие поля да холмы, белые церкви. И простых людей, что на ней живут – хлеб убирают, коров доят, сено косят. Вот этот простой труд и есть основа человеческого бытия. Не будет у тебя хлеба в доме, никакие абстрактные конструкции в голову не полезут.

А.Т.: Жизнь – это загадка. Вроде всё просто, но в этой простоте такая глубина. Надо только уметь её разглядеть. И услышать. Жизнь ведь, если что-то сказать тебе хочет, говорит еле слышно. Шёпотом. Вот и услышь, если можешь! Сколько художников над тайнами жизни бились! До конца её никому не раскрыть. Только приблизиться можно. В меру отпущенных тебе природой способностей. Вообще сейчас художники больше думают о том, как о себе громче заявить. Словно до них искусства вообще не было. И, похоже, это не только у нас в изобразительном искусстве такая тенденция наблюдается. А ведь мир стоял до нас. И после нас стоять будет. Значит, художник о нём говорить должен. Потому что он – вечен.

Беседу вела Виктория ПЕШКОВА

Статья опубликована :

№30 (6285) (2010-07-28)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
0,0
Проголосовало: 0 чел.
12345
Комментарии:

Виктория ПЕШКОВА

 

 

 

 

 


Выпуски:
(за этот год)