(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Человек

Богатые тоже плачут

ПРЕОДОЛЕНИЕ

Монолог нового русского инвалида

«3 декабря мир отметит Международный день инвалида. Хотя что тут отмечать? Впрочем, вспомнят о нашем существовании, и на том спасибо. В принципе я мог бы прекрасно и сам написать о своей жизни. Не верите? Но вы же видели, как я печатаю на компьютере? Ну, медленно, ну, рука привязана к «мышке», и мышка особенная, рогатая, но печатаю же? А, понимаю, вы сомневаетесь не в технике, а, так сказать, в моих ограниченных умственных возможностях. Да ладно, не извиняйтесь, я привык. Если я заикаюсь, мычу, то кажется, что и мысли мои тоже заикаются и мычат. Но на самом деле мысли у меня летают, как у всех. А может, и получше.

Ну, поехали. Правду и ничего, кроме правды.

Родился я в советском Ленинграде, полнощных стран красе и диве. Только я сам был таким дивом, которое в город почти не выезжало. Родители мои уже тогда жили сильно получше среднего, отец был большим начальником большого производства, мама преподавала в универе. Я был ребёнок поздний, долгожданный, и маму положили «по блату» в самую лучшую клинику, проплатили всем – от главврача до собаки дворника. Но человек проплачивает, а бог располагает. Получилось то, что называется ДЦП. Детский церебральный паралич. Больше всего меня умиляет слово «детский». Даже если бы я стал стариком, врачи продолжали бы говорить про меня – у него детский паралич.

Можно ли было его избежать? Можно. Так же, как можно избежать аварий на дорогах. Нужно только, чтобы все соблюдали правила уличного движения, не превышали скорость, каждый день по три раза проверяли тормоза, в гололёд вообще не выезжали – ну и ещё несколько тысяч условий. А если нарушишь хоть одно, хоть у одного будет кислородное голодание, передозировка лекарства, грипп у матери…

Рок, одним словом.

Ну, горе родителей пропустим, разговор не о них, обо мне. Спасибо им, конечно, за всё. Хотя иногда думаю: а почему меня не спросили, хочу ли я всего этого… Даже, было время, ненавидел их, особенно мать, за все мучения, которым она меня подвергала с врачами и физкультурниками. Только теперь начинаю понимать, каково ей было…

До семи лет я не то что ходить, но и стоять не мог, и даже сидеть не мог, если меня не придерживали. На ноги поставили в одном санатории в Крыму. Родители посылали меня туда каждый год. Не испытываю никакой благодарности ни к врачам, ни тем более к медсёстрам. За свои ноги я заплатил такими страданиями и унижениями, что если бы мог выбирать, то уж лучше сидел бы в коляске. Что там было такого страшного? Ну, представь, что тебя привяжут к холодной доске на три часа, потом будут пару часов выворачивать руки и ноги… И всё время при этом ругать, пугать, обзывать и насмехаться. Хочешь в такой санаторий? Нет? Правильно.

В школу я пошёл на своих двоих. Так же, как хожу сейчас – мотаясь, волоча ноги, этакая дёрганая русалочка на хвосте. Или, если хочешь, дрессированный тюлень. В классе меня прежде всего поразили дети – быстрые, смелые, красивые… До школы я считал, что все дети хромые и мычащие, а стройные и красивые – только куклы. Я ведь с обычными детьми почти не общался, когда мы с мамой выходили во двор, со мной никто не играл. Так же и в школе – на меня смотрели со страхом или вообще не смотрели. С учёбой так ничего и не вышло, хотя папу как раз тогда ещё больше повысили, показывали по телевизору, директорша говорила с ним с большим почтением…

Писать я не мог, учителя не понимали, что я говорю, – да и ты, наверно, не всё понимаешь. Ладно, проехали, у воспитанных людей всё равно ничего не узнаешь… По лестницам ходить я тоже не мог, даже перебраться через порог класса было не по силам. Так что пришлось учиться дома, с приходящей учительницей. Стерва была ещё та. При родителях сюсюкала, а без них щипалась. Мне ужасно хотелось в школу, к тем весёлым детям, дома было одиноко, скучно. Тогда-то я первый раз и осознал, что я не как все, и стал допытываться у мамы: почему я такой?

И как только понял, что я другой, я стал ужасно этого стесняться. Стесняться самого себя, голоса, походки, лица, рук. Чем старше я становился, тем заметнее был в толпе. Хулиган, или пьяный, или просто тётка в магазине могли сказать: «Чего выпучился, чего дёргаешься, чё мычишь, чё выкаблучиваешься, калека, кретин косолапый, чучело кривоногое». Добрых детей и взрослых я почти не встречал. Не замечают – уже и за это спасибо. Вот тогда я и стал таким замкнутым. А что толку быть открытым, если от тебя все отворачиваются? Я понял, что кроме папы и мамы никому не нужен и не интересен. Они меня любили безмерно – и жалели без меры. Bсё, на их взгляд, мне было нельзя, каждая мелочь таила опасность: могу упасть, ошпариться, подавиться…

В общем, родители изо всех сил внушали мне, что я больной и беспомощный инвалид, и я, конечно, не мог им не верить. Когда подрос, начал грубить, а потом был период, когда я вдруг решил, что могу вылечиться. Как раз началась перестройка, родители по-настоящему разбогатели, и вокруг зароились, замельтешили гиены – психологи, целители, профессора, даже академики. Родители стали повторять истории про чудо-исцеления, типа того, как один дэцепэшник стал оперным певцом и получил чёрный пояс по карате. Я тоже поверил, всё мечтал: вот иду я по улице, у меня такая красивая, свободная, уверенная походка, девушки спросят, как пройти, а я им оперным баритоном: пожалста, вот тут Эрмитаж, за углом… Много меня снова помучили, много родители переплатили… Что самое смешное – все эти наукообразные гиены советовали совершенно противоположные вещи и поносили один другого. Знахарь Распутьев поносил целителя Насрулбекова, профессор Шарлатанский академика Козявкера… Как ты думаешь, помогли они мне? Правильно думаешь.

Живу я с родителями и теперь. Друзей настоящих у меня нет. Приятелей, особенно желающих выпить за мой счёт, прокатиться на моей машине с девочками, – тех хватает, конечно. Но друг у меня один – компьютер. А что я люблю, так это природу. Лес, озеро, поле. Птичек, кошек. Ни одна кошка или собака не заподозрит, что я не такой, как все. И солнце светит мне, как всем, и дождь, и ветер несут мне прохладу, как всем… Если даже заливают, опрокидывают, бьют в лицо – всё равно как всем, без всякой дискриминации.

Я не хочу заводить семью. Зачем? Я вообще удивляюсь, что кто-то решается на это. Ведь всегда есть риск родить больного ребёнка. Такого, как я. Просто безответственно вот так брать и рожать детей. А если получится дэцепэшник? И что потом ты ему скажешь, как в глаза посмотришь? ДЦП не передаётся по наследству? Сам знаю. Да не люблю я детей и смотреть на них не хочу… Ладно уж, признаюсь тебе. Было время, когда я ужасно мечтал о детях, жене, своём доме… Что я для них буду самый лучший – отец, муж, хозяин дома… а потом вдруг понял в один прекрасный день, что этого НИКОГДА не будет. Они же будут стыдиться такого отца, их будут дразнить… Я их и на руки-то взять не смогу, уроню.

Да и кто за меня пойдёт? Даже мама давно поняла, что мне не светит ничего выше девицы из провинции, которая после свадьбы будет в лучшем случае бегать к соседу, а в худшем сдаст меня после смерти родителей в интернат. За среднее вознаграждение это нетрудно.

Хотя вообще-то женщин вокруг меня довольно много. Только радости мало. Ходил я как-то с одной провинциальной красоткой в бар. Подошёл нажравшийся нормальный урод и спросил: «Я чё-то не понял, зачем тебе этот урод, ты чё, нормального не могла найти?» Так что в бары я хожу редко. Во-первых, там везде лестницы. Во-вторых, туалет. Мне ж там самому не справиться… В-третьих, обувь. Понимаешь, я люблю красиво одеться, и костюм себе могу позволить любой, версаче-боссы, что пожелается. А вот ботинки… до чего же я ненавижу ортопедические копыта! Гиены и тут развелись, за пригоршню сотен баксов могут сшить элегантные «испанские сапоги». Но реально-то ходить я могу только в ботинках, которые делает один старый сапожник из артели «Прощай, молодость». Можешь ты выглядеть в баре человеком, если на тебе вверху версаче, а внизу «прощай, молодость»?

Недавно, кстати, в одном дорогом бутике я упал. Никто из этих гиен не додумался убрать пороги и ступеньки, наоборот, дизайнеры хреновы понаделали всяких мостков и постаментов. Не заметил порога, упал, ударился головой, рукой. Всё болит уже две недели, в глазах двоится. В нашей стране общество не подготовлено к такой прослойке, как я. Да и нигде оно не подготовлено. Я был в Испании, в дорогой гостинице, так одна семейка сразу из бассейна полезла, когда меня увидели.

Не все, говоришь, такие? Не все. Но достаточно одного, чтобы надолго отбить охоту.

В последнее время я что-то устал. Думаю уехать. Если тебе скажут про меня… ну, что я… типа умер… ты не сразу верь. Может, я просто в деревню уехал. На природу. Ведь по большому счёту что такое этот мир? Так, суета, мелочность, страдания, насмешки, насилие, грызня… В последнее время ничего не хочется, ничто не интересует. Я в этом мире… как князь Болконский на Сенном рынке. Я ведь внутри добрый, красивый, умный, тонкий. Сначала я думал, что мой мир уже ушёл, а теперь понимаю, что он ещё не пришёл. Я не от этого мира.

Понимаешь? Не кивай, не понимаешь. Этого понять нельзя, пока сам не попадёшь в такую шкуру. Можно, наверно, как-то вчувствоваться, но кто же станет этим заниматься? Это слишком страшно, все прячутся, покуда могут».

Что тут скажешь, конечно, прячемся. Но, может быть, одиночество таких людей смягчилось бы, если бы мы с детства видели их не только рядом с собой, но ещё и на телеэкране и даже во власти?

Записал Александр МЕЛИХОВ, САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Статья опубликована :

№49 (6303) (2010-12-01)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
5,0
Проголосовало: 7 чел.
12345
Комментарии:
23.12.2010 10:14:34 - Борис Семёнович Мисюк пишет:



Александр Мотельевич, есть возможность вылечить героя Вашего материала, выйдите на связь по тел. 89146848788 - Татьяна Николаевна.

06.12.2010 18:53:58 - татьяна Николаевна Полякова пишет:



Это же тонкий лирик,писатель!Пиши,пожалуйста, ещё про людей и гиен... Да, про что хочешь.


Александр МЕЛИХОВ


Выпуски:
(за этот год)