(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Первая полоса

Лезгинка на Лобном месте

ЗАМЕТКИ НЕСОГЛАСНОГО

Юрий ПОЛЯКОВ

Полная версия статьи.

Сокращённый вариант напечатан в «Российской газете» 1 февраля с.г.

1. ОТ КАКОГО НАСЛЕДСТВА МЫ ОТКАЗЫВАЕМСЯ?
Мы относимся к дружбе народов так же, как и к другим ценностям, доставшимся нам от советской цивилизации: заводам, нефтяным скважинам, газопроводам, ракетам, плотинам… Пользуемся, пока они вдруг не начинают ломаться, взрываться, прорываться… Только тогда и спохватываемся: ах, ведь надо ж было чинить, латать, модернизировать – вкладываться! А почему не вкладывались? Экономили, наверное: Абрамовичу – на яхту, а Прохорову на Куршевель копили…

И вот теперь рванула дружба народов. Гибель болельщика Егора Свиридова, застреленного «кавказцем», вывела на площади толпы молодёжи с лозунгами: «Россия для русских!» Отечественные либералы, отбросив ролевые игры в державников и демократов (ради рейтинга чего не сделаешь!), дружно запели свою строевую песню о русском фашизме. Патриоты заговорили о «пробуждении нации». Власть удивилась: почему здоровье русского, невежливо обошедшегося с Кораном, не стоит и десяти копеек, а вот кавказцы, приезжающие вглубь России, позволяют себе такое… Ну, дальше вы помните! Не успели остыть «манежные» страсти, как страну потряс взрыв в «Домодедово». Следы ведут, как обычно, на Кавказ. Мне, русскому человеку, есть что сказать по этому поводу. И я скажу. Но сначала давайте взглянем на происходящее в стране глазами тех, кого при советской власти не слишком почтительно величали «националами».

РИА «Новости»Россия столетиями была империей. Неважно: царской, романовской или советской, сталинско­брежневской. Да, в какой-то мере это была «перевёрнутая империя», где метрополия жила беднее и бесправнее «колониальных окраин». Но всё-таки империя! Нынешняя Россия, именуясь Федерацией, унаследовала почти всю имперскую проблематику и прежде всего межнациональную, что совершенно нормально. Вон в Бельгии фламандцы с валлонами никак не договорятся, а у нас вместе живут более ста народов, которые сошлись в единое государство разными путями. Одни прискакали как завоеватели, а стали подданными. Другие сами слёзно попросились под крыло двуглавого орла, истребляемые безжалостными соседями. Третьи сопротивлялись, но были покорены и присоединены. Четвёртые вообще не сопротивлялись, а достались вкупе с землями, отвоёванными у других империй, начинавших войну, как правило, первыми. Пятые просто «проснулись» в России, которая расширялась стремительно: многие «сущие в ней языки» стали своего рода архипелагом, затопленным русским потоком, хлынувшим, перевалив Урал, на Восток. Сейчас трудно поверить, но в ту пору русские рожали больше, чем китайцы. Население России и Франции к моменту похода Наполеона было примерно одинаковое, а к концу столетия нас было уже много больше, чем французов.

Подсознательное отношение «малых» этносов к «метрополии» и «имперскому народу» определяется тем, при каких обстоятельствах зажили вместе: волей или неволей, бескровно или с кровью, давно это случилось, как с финно­-уграми, или сравнительно недавно, как с народами Северного Кавказа. Что приобрели, а что потеряли, попав под скипетр. Национальный вопрос, если помните, клокотал во всех бунтах и смутах, потрясавших державу, однако не разнёс её вдребезги, подобно Австро­Венгрии или Османской империи. Почему? Наверное, потому, что почти каждый «язык» имел прежний опыт подчинённого сосуществования с другими, более мощными этносами, входил в другие государственные образования. И на крутых поворотах истории коллективный разум народа подсказывал: а с русскими-то получше будет! От добра добра не ищут!

Конечно, случалось всякое, но хорошего было больше. Когда больше плохого, жаловаться некому. Не в том смысле, что нельзя обратиться в ООН или в Страсбург. Можно. Но кто будет обращаться? На территории современной Германии ещё в XVIII веке обитало не менее десятка крупных славянских племён со своими наречиями, культурой, традициями, верой… Где они? Их нет. А где калмыки, оставшиеся в пределах Китая? Я уже не говорю о кровавой резне армян, живших на византийских землях ещё до турок­османов. Посещение Музея геноцида в Ереване – одно из самых страшных впечатлений моей жизни… Зато народы, ставшие частью Российской державы, за редчайшим исключением, не только не исчезли, но расплодились, развились, обзавелись письменностью (у кого не было), приобщились к плодам русской цивилизации, может быть, не самой передовой, но и не самой отсталой. Впрочем, самая передовая в ту пору Британская империя вытворяла со своими колониальными холопами такое, что крепостнику Николаю Палкину в кошмарном сне не могло привидеться. Это информация к размышлению о том, «что такое хорошо и что такое плохо» в межэтнических отношениях.

Опыт межнациональных отношений, нерешённые проблемы многоплемённого устройства страны, накопленные Российской империей и переданные по наследству СССР, остались во многом не осмысленны. При советской власти они считались решёнными в ходе «революционного очищения», что верно лишь отчасти. К тому же, на смену иллюзии, что нательный крест стирает племенные различия, явилось куда большее заблуждение, будто партбилет отменяет национальное самосознание. Официальная марксистская наука изучала национальную проблему со стыдливой опаской, как невинная медичка заспиртованный фаллос. Ну а в минувшие 20 лет, когда государственный антисоветизм приравнял Октябрьскую революцию к грязному гешефту пассажиров опломбированного вагона, о 74-летнем государственном опыте одной шестой части суши как-­то и говорить было не принято: совок.

История повторяется. И мы сегодня в известной мере сталкиваемся с тем, с чем наши деды столкнулись после Октября. Любая революция – это попытка с помощью направленного взрыва разрешить бесчисленные противоречия, копившиеся долгие годы не только в социальной и производственной, но и во всех иных сферах жизни, включая культуру. Но разные заинтересованные силы стараются направить взрыв в нужную им сторону, в итоге гибельная волна может ударить туда, куда никто не ожидал. В известной степени так и случилось в России… Как написал Волошин:

И зло в тесноте сраженья
Побеждается горшим злом.


Революция и Гражданская война были не только братоубийством на классовой почве. Всё смешалось в доме Романовых… Малевич чуть не с маузером гонялся за «академиками живописи». Ведомство Луначарского готовило переход с кириллицы на латиницу для лучшего контакта с мировым пролетариатом. Горцы с одобрения интернационалистов жестоко квитались с казаками, а сектанты и старообрядцы сурово поминали обиды «никонианам». Поощряя сведение вековых счетов, большевики думали скорее очистить стройплощадку, разрушить прежние устои, девальвировать святыни, подорвать государственную религию, прижучить имперский народ – русских. Уж тут порезвились… Кстати, «Дни Турбиных» сняли из репертуара по жалобе украинских письменников, обвинивших киевлянина Булгакова в глумлении над мовой. И хотя Сталин любил этот мхатовский спектакль: в основном-то на сценах шла сплошная революционная «новая драма», но отказать не мог. Политика! «Борьба с великодержавным шовинизмом» стала вообще навязчивой идеей нескольких поколений советских руководителей, и «русскую партию» карали даже суровее, чем «космополитов».

Нам с вами, пережившим гражданскую войну 90-х, не надо объяснять, как это бывает. Мы помним, как в эфире ругались словом «патриот», как рассуждали о рабской природе русских. Когда в дни октябрьских событий 93-го я вечером возвращался домой на Хорошёвку, меня несколько раз останавливали омоновцы, обыскивали, проверяли документы. И вот что интересно: все омоновцы были не местные, не московские, а командированные, причём из «национальных» регионов страны. Странно, не правда ли? Кстати, первый, кто предложил Ельцину вооружённую помощь против мятежного парламента, был Дудаев. Русская столица вызывала традиционные опасения. Напомню: приток гастарбайтеров, изменивший ныне этническое лицо города, ещё только начинался.

Но вернёмся в начало ХХ столетия. Завоевав власть, новые лидеры многое поняли: свои портреты они стали заказывать «крепким реалистам» вроде И. Бродского, а не «черноквадратникам». Видимо, для узнаваемости. Жёстко был пресечён национализм, перерастающий в сепаратизм. Тех, кого особенно грела формулировка «вплоть до отделения», отправили остыть на севера. Позже умерили гонения на религию (в самую последнюю очередь на православие, из-за войны), занялись восстановлением межэтнической толерантности. Например, в конце 20-х объяснили «украинствующим» товарищам, что одна-един­ственная русская газета на всю «неньку», в основном русскоговорящую, – это явный перебор. Появились «советский патриотизм и пролетарский интернационализм», которые так и ходили парочкой, словно Берман и Жандарёв, до самого развала СССР. Советская власть осознала: это только в теории у Маркса классовые интересы выше национальных, а религии потихоньку отомрут. Сам же автор «Капитала», между прочим, был тронут до слёз, когда младшенькая дочь Элеонора увлеклась верой предков…

2. ЭТО ДИАЛЕКТИКА, ДУРАЧОК!
О ленинской национальной политике в СССР стоит поговорить отдельно. С одной стороны, извещалось о триумфальном формировании новой исторической общности людей «советский народ». Я в десятом классе даже писал реферат на эту тему и не мог уяснить, как это возможно, чтобы одновременно успешно шли два противонаправленных процесса: расцвет национальных культур и стирание межнациональных граней. Ну какой же может быть расцвет при стирании? Окончательно запутавшись, я пошёл за помощью к учителю. Он снисходительно похлопал меня по плечу и весело сказал: «Это и есть диалектика, дурачок!» Но глаза у него были грустные-грустные…

О том, что народы и народности не спешат превращаться в новую историческую общность, я убедился, попав в 1976 году в армию. У нас, в 9-й самоходной батарее, на 70 бойцов приходилось 15 национальностей. Многие воины, особенно из Средней Азии, с Западной Украины, из Прибалтики, едва говорили по-русски, не понимая, чего от них хотят офицеры, которые, кстати, уже тогда с чеченцами и ингушами, образовавшими в полку свой «тейп», старались лишний раз не конфликтовать. Впрочем, должен заметить: к концу службы все без исключения бойцы овладевали «великим и могучим», предпочитая крупнокалиберные казарменные идиомы. Эти подробности, нашедшие позже отражение в моей повести «Сто дней до приказа», вызвали едва ли не самое лютое раздражение цензуры, запретившей в 1982 году публикацию в «Юности», несмотря на героические усилия главного редактора Андрея Дементьева.

Вступив в литературу, я обнаружил, что там-то ленинская национальная политика торжествует вовсю. На VII Всесоюзном совещании молодых писателей (1979) сразу бросалось в глаза: свежие дарования, прибывшие из союзных республик (реже из автономий), уже выпустили в весьма юном возрасте первые книжки на родных языках. Надо понимать, что для советского начинающего литератора первая книжка была чем-то вроде первого миллиона (долларов, конечно) для современного бизнесмена. Многие талантливые русские стихотворцы ждали своих первых сборничков до тридцати, а то и до сорока лет. Такая была установка Центра: прежде всего продвигать национальных авторов. А русская литература и так великая – подождёт! Одним Рубцовым больше, одним меньше – не забеднеем! Когда началась перестройка, многие из взлелеянных национальных талантов встали в первые ряды народных фронтов… Интересно, что некоторые национальные писатели (как правило, из смешанных семей) начинали сочинять по-русски, но потом, помаявшись, переходили на титульные языки и сразу издавали книжки. Мой сверстник, пострадавший кандидат в президенты Белоруссии поэт Владимир Некляев именно таким путём пришёл к «матчыной мове».

Когда советские историки перечисляли главные преступления царизма, они непременно поминали политику русификаторства. А была ли русификация при советской власти? Конечно, была, не могло не быть, ведь, как и до революции, общесоюзное административное, информационное, научное пространство было в основном русским – избежать этого влияния, особенно в городах, было невозможно. Нельзя сказать, что все относились к этому спокойно. Ведь любой этнос, как организм, борется за существование до последнего вздоха. В конце 80-х меня, молодого секретаря правления СП РСФСР, отправили в Йошкар-Олу представлять, так сказать, Центр на съезде марийских писателей. Мы крепко выпили с местным писательским начальником Николаем Фёдоровичем Рыбаковым, по совместительству, между прочим, председателем Верховного Совета Марий­ской АССР. Он, разоткровенничавшись, сказал в сердцах: «Ты пойми, Юра, мы, марийцы, и так утрачиваем свой язык, культуру. И мы утратим, не волнуйтесь, к этому всё идёт. Но не надо нас торопить! Давить не надо!» Вот так, с одной стороны – расцвет, а с другой… Диалектика, дурачок!

Как всякая женщина, даже самая неброская, в душе хочет быть царицей бала, так и любая народность, даже самая маленькая, мечтает о суверенной державности. На этом играли большевики, обещая «самоопределение, вплоть до отделения». А если в истории народа был опыт государственности, пусть и неуспешный, то в своих геополитических снах он видит себя не иначе как от «моря до моря». Это нормально и, подобно буйно­-многофигурным эротическим фантазиям, редко осуществляется наяву. Хотя бывает всякое: взять то же Косово! Но надо понимать: чем крупнее, мощнее этносы, тем больше у них шансов выпорхнуть из имперского гнезда, особенно когда его треплет и разоряет «свежий ветер перемен», который так дорог подвижному певцу Газманову. Массовый вылет возмужавших союзных птенцов из советского гнезда мы наблюдали в конце 91-го года. Правда, есть достаточно аргументированная версия, что всех остальных, кроме легкокрылых прибалтийских горлиц, просто силой вытряхнули… Но пусть в этом разбираются историки.

Тут пора вспомнить ещё об одном советском «грехе», благодаря которому мы живём сегодня в большой Российской Федерации, а не в маленьких уютных независименьких державочках, о которых грезил Сахаров. Дело в том, что в СССР были нации «первого сорта» – союзные, и «второго» – автономные. Первые были «вплоть до отделения», вторые «не вплоть». Это и спасло. Пока те, которые «не вплоть», следуя призыву Ельцина, объедались суверенитетом, государство постепенно очнулось от геополитического слабоумия. Конечно, в советские годы вслух никто никогда не говорил о «сортах», но по вовлечённости в руководящие органы, по выделяемому куску из бюджета, по присутствию в информационной риторике всем всё было ясно. Я очень хорошо помню обиды молодых татарских или якутских писателей, вырывавшиеся на наших литературных посиделках под влиянием «огненной воды». Мол, нас больше, чем молдаван, а вот вы… И эта «автономная» обида не забыта, даже приумножена, о чём и пойдёт речь ниже.

Что же делать? Выход один: наше общероссий­ское федеративное гнездо (ОФГ) должно стать таким уютным, надёжным, обильным, чтобы никому не хотелось выпасть из него, милого, в какой-нибудь этнофеодализм или в какую-нибудь новую «руину». И ещё очень важно! Каждый обитатель гнезда должен твёрдо знать: здесь никогда от него не будут требовать, чтобы он забыл трели предков и запел так, как поёт «ответственный гнездосъёмщик». И никогда никто не прикажет, чтобы из разноцветных и разнокалиберных яиц вылуплялись одинаковые двуглавые орлята. Такое коммунальное гнездо устоит при любых ураганах истории.

3. АХ, ВОСТОЧНЫЕ ПЕРЕВОДЫ!
А теперь про умножение обид. Если вы полистаете учебники по литературе советского периода, то сразу заметите, сколь почётное место отведено в них творчеству писателей «народов СССР и РСФСР». Тут вам: Чингиз Айтматов, Эдуардас Межелайтис, Василь Быков, Олесь Гончар, Кайсын Кулиев, Рыгор Бородулин, Петрусь Бровка, Павло Тычина, Мирзо Турсун­-заде, Сильва Капутикян, Нодар Думбадзе, Ираклий Абашидзе, Джамбул, Юрий Рыт­хэу, Расул Гамзатов, Олжас Сулейменов, Давид Кугультинов, Габдула Тукай, Юхан Смуул и т.д. и т.п. Не берусь судить, действительно ли они самые лучшие в своих национальных литературах того периода, но думаю, уверен: из лучших. По моим наблюдениям, «оперативной канонизации», как правило, подлежат авторы своевременно талантливых книг, как сейчас сказали бы, «мейнстрима». Очень большие (не будем бросаться эпитетом «великие») писатели чаще идут поперёк течения, поэтому их канонизируют уже по­сле смерти, когда утихнут политические и окололитературные страсти. Особая статья писатели, которые начинают бороться с собственным государством. Их мгновенно при жизни «пьедесталит» Запад и отсылает нам в виде заказной общечеловеческой бандероли. Против импорта у нас противоядия никогда не было и нет. Впрочем, гляньте, какими мелкими тиражами выходят нынче книги даже самых крупных писателей-диссидентов, и вы убедитесь: История – не фраер!

А теперь возьмите современные, так сказать, общероссийские учебники по литературе! Вы очень удивитесь, но национальных писателей там почти не осталось. Раз, два и обчёлся. Так, остатки былой советской роскоши. Неужели, получив свободу слова и суверенитета от пуза, сбросив путы пролетарского интернационализма, русификаторства и «старшебратства», национальные авторы стали писать хуже и не выдвигают теперь из своих рядов общефедеральных титанов? Да, разрушение советской культурной политики с её целевой поддержкой национальных литератур не могло не сказаться. Но чтобы будто корова языком слизала… Так не бывает! Ведь горы Дагестана, снега Якутии, луга Марий Эл продолжают вдохновлять хранителей национального слова! Мастера есть – мы просто о них не знаем. Чтобы не быть голословным, назову лишь немногих: М. Ахмедов, Б. Магомедов, (Дагестан), Х. Беш­токов, З. Толгуров (Кабардино-Балкария), Ю. Чуяко (Адыгея), Л. Харебаты, Н. Джусойты (Осетия), Р. Бикбаев (Башкирия), Э. Эльдышев (Калмыкия), Р. Харис, Р. Файзуллин (Татарстан), Г. Раднаева (Бурятия), В. Ар­Серги (Удмуртия), Н. Ахпашева (Хакасия), Н. Харлампьева (Якутия), Б. Бедюров (Алтай), А. Попов (Коми), Л. Иргит (Тыва), А. Токарев (Марий Эл)… Нет, мастера не перевелись, их просто не переводят, и потому они отсутствуют в общероссийском информационном пространстве.

Вспомним: в прежние годы сотни русских писателей вкладывали свой талант и усидчивость в то, чтобы стихи аварки Фазу Алиевой или проза манси Ювана Шесталова сделались явлением всесоюзным и даже мировым благодаря русскому языку. Государство не жалело средств, понимая, чтό вкладывает в дружбу народов, даже закрывало глаза на то, что вокруг кормится немало бездарей и прохиндеев. Это было своего рода «вербальное донорство», ведшее к кровному родству разноязыких культур. Вспомним, какие мастера посвятили себя переводу: Н. Заболоцкий, Н. Тихонов, Б. Пастернак, Д. Самойлов, С. Липкин, Я. Козловский, В. Цыбин, Ю. Мориц, И. Лиснянская, В. Соколов, Б. Ахмадуллина, А. Преловский, Э. Балашов, Р. Казакова, Ю. Кузнецов, Св. Кузнецова, М. Синель­ников… Евтушенко перевёл огромный том грузинской поэзии «Тяжелей земли». «Ах, восточные переводы, как болит от вас голова!» – написал не кто-нибудь, а сам Арсений Тарковский. Да, этот пир литературного толмачества стоил недёшево! А вы думаете, небоскрёбы «Газпрома», под крышу набитые высокооплачиваемыми клерками, обходятся дешевле? «Так ведь мы на газе с нефтью и держимся!» – скажете вы. «А на дружбе народов, значит, не держимся?» – спрошу я. На чём экономим? На фундаменте Державы.

Власть всячески, при каждом случае подчёркивала значимость национальной творческой интеллигенции в общесоюзном масштабе. Знаете, кто возглавлял Литфонд СССР – могучей тогда организации? Отвечу: крупный кабардинский писатель Алим Кешоков. А сейчас кто? Смешно выговорить… Или помните, у Вознесенского в «Плаче по двум не рождённым поэ­мам»:

И Вы, Член Президиума Верховного Совета
товарищ Гамзатов,
встаньте…


Была и ещё одна очень умная фенечка: в статьях, в докладах, в телевизионных комментариях национальные писатели назывались в одном ряду с русскими, чтобы всем стало ясно: это фигуры равновеликие и в Стране Советов почётен всяк сущий в ней язык: Белов, Гончар, Катаев, Карим, Трифонов, Санги… И это было мудро, ибо издревле в отношениях народов важны ритуалы, знаки уважения, подчёркнутое равенство: между, например, классиком великой русской литературы и акыном народа, который ещё полвека назад не имел своей письменности. Игра, скажете, импер­ское лукавство? Игра. И отчасти лукавство, но гораздо более почтенное и полезное для государства, нежели дорогостоящие игры политтехнологов, именуемые «суверенной демократией».

Примерно то же самое происходило в других сферах, так или иначе касавшихся национальных отношений, но в литературе за этим следили особенно строго – и вот почему. Любой народ, живущий в государственном пространстве, принадлежащем иному языку и другой национальной традиции, к своей родной речи относится с особым пиететом, понимая: утрата языка – прямой путь к ассимиляции, исчезновению. Если «поэт в России больше, чем поэт», то у небольших этносов, «расцветающих стираясь», национальный писатель, который хранит, развивает родное слово, – фигура почти сакральная, сверхавторитет, учитель и законодатель жизни. Именно эти сверхавторитеты, востребованные и обласканные Москвой, транслировали соплеменникам позитивное отношение к многонациональной державе. Скорей все сюда, наш земляк читает на Всесоюзном телевидении стихи вместе с самим Ярославом Смеляковым! Это зрелище насыщало даже самые мнительные и злопамятные души верой в правильное устройство советского этнического ковчега. Почему же союзный ковчег развалился? Хороший вопрос, как любят говорить политики, если не знают, что ответить. Думаю: прочность корабля проверяется в долгом плавании, в мощном шторме, а не в тот момент, когда болтун в капитанской фуражке направляет судно на рифы.

4. ЭФИРНАЯ ЧУЖБИНА
Вы давно видели на центральных каналах российского ТВ поэтов, прозаиков, публицистов из Татарстана, Якутии, Тувы, Даге­стана, Адыгеи, Коми, Осетии, Башкирии? Я вообще не видел. Справедливости ради надо сказать, что и нормальных русских писателей в эфире тоже почти нет. Увы, этническое однообразие «лиц каналов» заставляет иной раз вспомнить скупой ассортимент захолустного сельпо.

Спросите гипотетического Эрнста, и он объяснит: «Какие ещё писатели? Кому они нужны! Рейтинг не позволяет. А рейтинг – это деньги!» Заметьте, на занудные комментарии к банковским заморочкам и судорогам котировок, понятные лишь специалистам, эфира никогда не жалеют и о рейтингах в данном случае не заботятся. Но телезрителей, интересующихся культурой, в том числе и национальной, в природе гораздо больше тех, кто ушиблен сводками с валютных торгов. К тому же следи за этими сводками не следи, а дефолт всё равно упадёт на голову внезапно, словно полутонная сосуля с нечищеной крыши культурной столицы. И скажу прямо: мне как гражданину плевать на рейтинги и заработки телевизионной братии, мне нужно прочное многонациональное государство.

В 87-м году я впервые попал в США, в Чикаго, и нас в рамках модной тогда «народной дипломатии» расселили в американских семьях. И вот как-то хозяин дома, увидав в телевизоре диктора с явной китай­ской внешностью, оживился и стал мне объяснять, что это у них такой порядок: когда число жителей какой-то национальности, допустим китайцев, достигает контрольной цифры, скажем 100 000, в эфире сразу появляется их соплеменник. Чтобы не возникало ощущение дискриминации. Заметьте, это в Америке – стране эмигрантов, приезжих, сознательно, если не считать негров-рабов, покинувших родину в поисках лучшей жизни. И такая забота об их самоидентификации! Кстати, в США давно отказались от «теории тигля», который из эмигрантской массы якобы выплавит новую единую американскую нацию, её заменили концепцией «компота», мол, каждый этнический кусочек сам по себе, но зато всё вперемешку. Остаётся пожелать заокеанцам, чтобы их «компот» не забродил…

А что же тогда говорить о России, где коренные народы проживают на своих исконных территориях, имею уникальную древнюю культуру. Почему их нет на нашем экране? Нас не волнует, что у них появится чувство дискриминации? «Что ж теперь, с калькулятором телевидением руководить?» – спросит тот же воображаемый Эрнст. Да, если надо, и с калькулятором, ибо в противном случае единая Россия сохранится не только на пожелтевших плакатах одноимённой партии. Ведь, поймите, виртуальная реальность во многом заменяет нам действительный мир. Некогда, в давние времена, было так. Видит человек: на его исконной земле всё меньше соплеменников, людей с понятным языком, привычной внешностью, повадками, – и сразу включаются этнические защитные механизмы, появляется настороженность к чужакам, особо трепетное отношение к родному, национальным символам, формируются табу, например на смешанные браки. (Между прочим, в сверхтолерантной Америке межрасовые браки не превышают 3–5 процентов!) Ксенофобия, или «чужебоязнь», надо признать, это всего лишь острое, опасное, порой постыдное выражение естественных внутренних процессов этнического сопротивления, и связано оно не с врождённой агрессивностью, а с тревогой народа за свою будущность. Запрещать ксенофобию – примерно то же самое, что разгонять тучи над Красной площадью перед парадом. Дождь потом всё равно пойдёт, но будет гораздо сильнее, а возможно, и с «градом». Надо устранять причины – источники этнических тревог.

Беру на себя смелость утверждать: нынешнее российское телевидение провоцирует ксенофобию, невольно включая подсознательные инстинкты этнического самосохранения. Глядя на экран и не находя там никаких признаков своей национальной культуры, никаких родственных лиц, или обнаруживая их исключительно в негативно-криминальном контексте, тот же аварец, чеченец или башкир (да и русский иной раз) испытывают ту этническую тревогу, которую ощущали их далёкие предки в пору иноплемённых нашествий. «Но ведь это невозможно, чтобы всех в эфир!» – воскликнет уже изрядно надоевший мне собирательный Эрнст. Всех и не надо, для того прежде и выдвигались знаковые фигуры национальных культур: Гамзатов, Кулиев, Рытхэу, Махмуд Эсамбаев… Они умерли, а смена не пришла. Почему? Говорю, экономили… Два раза одни олимпийские игры оплатить – где ж денег набраться?

Давайте поставим себя на место молодого человека, приехавшего, как неудачно выражались прежде, с национальных окраин империи в Москву. Он слишком часто воспринимает наш город не как столицу общего государства, а как центр сил, чуждых, враждебных его языку, культуре, равнодушных к его национальным авторитетам. «Вы не хотите нас знать? Так получите лезгинку на Лобном месте!»

Это ясно всем, кроме, пожалуй, нашей либеральной интеллигенции, которая, сменив пролетарский интернационализм на общечеловеческие ценности, думает, будто закрыла национальную проблему. Нет, не закрыла. Да, убрали графу «национальность» из паспорта, чтобы не травмировать группу населения, затрудняющуюся с самоидентификацией или делающую из этой самоидентификации секрет. Ну и что? Знаете, у нас множество граждан, затрудняющихся с половым самоопределением или делающих из своей сексуальной ориентации секрет, однако графа «пол» в паспорте почему-то осталась.

5. ЛИТЕРАТУРНЫЙ АПАРТЕИД
Подобно тому, как квартирный вопрос испортил москвичей, вопрос территориальный, мягко скажем, не улучшил характер народов, населяющих просторы России, ибо административные границы у нас проводились под влиянием разных факторов – иногда политических, иногда экономических, иногда застольно-дарственных. Межнациональные конфликты конца 80-х, парад агрессивных суверенитетов, кавказские войны, этнический терроризм – всё это добавилось к давним племенным спорам и сильно пошатнуло межнациональный мир в стране. Этнические глыбы, из которых сложен наш общий дом, лежавшие ранее впритирку, встали кое-где углами друг к другу.

Кто будет сглаживать острые исторические углы, обтачивая политические зазубрины, подгоняя камень к камню? Кто будет совместно вырабатывать общую, устраивающую все стороны картину мира, если хотите, коллективный дружественный миф, который оказывает огромное влияние на взаимоотношения народов? Этим традиционно у нас занималась многонациональная научно-творческая интеллигенция, ибо только ей дано формулировать новые идеи, символы, корректировать с помощью художественных образов национальные коды, целенаправленно изменять комплементарность народов. Попросту говоря: как можно плохо относиться к пастуху кавказской национальности, если его любит наша свинарка Глаша? Большие политики (да простят меня мудрые кремлёвские ели!) всего лишь державно оглашают эти плоды коллективных интеллектуально-нравственных усилий.

Конечно, мировидение потомка мюридов и отпрыска рязанских хлебопашцев никогда не будет идентичным. И не надо! Но вспомните, что сказал пленный Шамиль, когда его бесконечно долго везли в Санкт-Петербург: «Если б я знал, что Россия такая большая, я бы никогда не стал с ней воевать!» Но для того, чтобы понять, что Россия большая и воевать не надо, следует, как учил Гоголь, по ней проездиться. Увы, канули в Лету традиционные дни братских литератур, которые в прежние времена проводились ежегодно и нарочно в разных республиках, автономиях, областях, когда у разноплемённых участников формировалось чувство единого пространства. Кто теперь бороздит просторы страны? Гастарбайтеры, беспошлинные торговцы да террористы с сумками, полными тротила. А куда теперь ездят московские и питерские писатели? В основном в Америку, Германию, Израиль… Тюркоязычные литераторы зачастили в Турцию, а угро-финны – в Финляндию и Венгрию. Там их привечают, переводят, подкармливают, премируют…

А ведь особым инструментом сбалансированной межнациональной политики в СССР служили именно премии в области литературы и искусства. Высшей была, если помните, Ленинская. Среди её лауреатов: Муса Джалиль, Мухтар Ауэзов, Олесь Гончар, Чингиз Айтматов… Ныне (с 2005 г.) ей по статусу соответствует Президентская премия. За шесть лет таковую не получил ни один национальный писатель. Напомню: все советские годы в списках лауреатов Госпремий СССР и РСФСР непременно присутствовали национальные авторы. Обязательно! А теперь внимание: с 1991 по 2004-й Государственной премии России удо­стоен только один «национал» – чеченец К. Ибрагимов (2003). Он очень хороший писатель, но так и хочется горько пошутить, что вайнахские литераторы отстояли своё право на общефедеральное признание с оружием в руках. Однако, учитывая сложную обстановку на Северном Кавказе, я так шутить не буду. Вместо Госпремии России теперь у нас премия Правительства РФ. За шесть лет с момента её учреждения ни один автор, сочиняющий не на русском языке, этого отличия не удостоился.

Обратимся теперь к общественным премиям, которые, как это ни странно, рекламируются нашими федеральными ТВ и СМИ гораздо активнее, нежели государственные. Ни «Триумф», ни «Большая книга», ни «Нацбестселлер», ни, разумеется, «Букер» ни разу не снизошли до литераторов, пишущих на языках, так сказать, предков. В позапрошлом году я, будучи сопредседателем жюри «Большой книги», обратил внимание организаторов на странный факт: из года в год чуть ли не треть номинантов – это эмигранты, давно покинувшие нашу страну, остальные же – обитатели столиц. Писателей из российских губерний в «лонг-шорт-листах» очень мало, а «националов» вообще нет, словно их в природе не существует. И что? Ничего. На меня посмотрели так, точно я грязно выругался при дамах. Не найдёте вы авторов, пишущих на национальных языках, и среди лауреатов премии «Дебют», а это верный признак того, что литературный «апартеид» у нас в Отечестве установился всерьёз и надолго. На вырост.

Уникальным исключением на этом фоне является работа Фонда Сергея Филатова, который проводит при поддержке Агентства по печати совещания молодых писателей Северного Кавказа и даже выпускает сборники их произведений. К сожалению, у нас такого контакта с ведомством Михаила Сеславинского не получается. Уникальный, не имеющий аналогов на постсоветском пространстве проект – приложение «Многоязыкая лира России», придуманный «Литературной газетой» пять лет назад, – приходится буквально навязывать. Уступив после долгих прошений, агентство выделяет нам в год столько средств, сколько обычно дают на выпуск одной приличной книги с картинками. Однако каждый январь начинается с «молений о транше», агентство державно колеблется, точно мы просим не на «государево дело» – пропаганду литературы народов России, а на выпуск методического пособия по воспитанию хороших мальчиков в лесбийских семьях. Наконец, деньги приходят летом, когда республики буквально забросали газету письмами, такими, например:

«…Писатели и деятели культуры Республики Дагестан обеспокоены ситуацией, сложившейся с приложением «Многоязыкая лира России», которое выходит нерегулярно и в небольшом объёме. В результате прерывается с таким трудом налаженный диалог между республиками России… Не будем забывать, что культура – рельсы политики, и именно проекты в сфере культуры на сегодняшний день особенно актуальны… «ЛГ» предоставляет свои страницы для диалога культур и литератур многоязыкой страны, чтобы национальные писатели почувствовали свою причастность к судьбе единой и великой России. Очень надеемся на понимание и помощь государства в этом деле, важном для поддержания благоприятного политического климата в России…

Председатель правления Союза писателей Дагестана народный поэт Дагестана М. Ахмедов»

Помните про «травму автономии»? Вот так её сегодня усугубляют, вместо того чтобы лечить. Есть и ещё одно важное обстоятельство. Все серьёзные национальные писатели всегда были русскоязычными, прекрасно знали нашу, а точнее, свою вторую культуру, являясь не только выразителями национальных интересов, но и одновременно полпредами русского мира в своих этнических сообществах. Многие переводили на родные языки русскую классику, современных авторов. Повторю: именно они формировали среди соплеменников если не любовное, то лояльное отношение к Москве. Я до сих пор помню слова, полные страстной любви к России, которые на пушкин­ских торжествах много-много лет назад произнёс поэт, переводчик Пушкина Давид Кугультинов – великий калмык, прошедший фронт и депортацию…

А сейчас я выскажу то, ради чего, собственно, и уселся за эти заметки. В России сегодня нет продуманной, скоординированной межнациональной политики в духовной сфере. Более того, идёт постепенное (не хочется верить, что продуманное) разрушение федеральных связей на культурном уровне. Высшая власть говорит о необходимости формирования новой исторической общности – «российский народ». Интересно, как это произойдёт без участия культуры, которая способна, как я уже сказал, корректировать национальные коды? Но коррекция может укреплять дружеские, партнёрские отношения, а может и разрушать… И если это общность, то надо понять, что у нас будет общим, а что должно навек остаться уникально национальным, потому что «общность» – это не «одинаковость»…

6. ГОСУДАРСТВООБРАЗУЮЩИЙ ВАКУУМ
И тут не обойти «русский вопрос», без решения которого никакой новой общности не будет. Прекрасно, что президент Медведев призвал «развивать лучшие черты русского национального характера». Мы, русские, горячо «за». Но возникают вопросы. Как? На какие средства? В рамках каких государственных институтов? А для начала не пора ли отказаться от недоброй многовековой традиции воспринимать русских не как самостоятельный народ, имеющий свои интересы, устремления, устои, проблемы, обиды, наконец, а как некий условный «этнический эфир», «государствообразующий вакуум», в котором идут социально-экономические процессы и осуществляются интересы различных этнических групп и страт… Но русские – это не «этнический эфир», это большой, мощный, хотя и надломленный жестоким веком этнос. И клич, брошенный на Манежной – «Россия для русских!», – надо понимать так: «Россия и для русских тоже!» У русских уживчивость и терпимость в природе, это давнее наследие: славяне традиционно жили соседскими общинами, и при оценке «свой-чужой» кровь никогда не играла для них ведущей роли. Соратничество – совсем другое дело! В этом сила русских, позволившая им сплотить огромную многоязыкую империю. В этом и слабость, наши защитные этнические механизмы слишком слабы и включаются слишком поздно. Но и они включились, когда русские стали чувствовать себя почти чужими в стране, носящей, между прочим, их историческое имя! Давно замечено: смуты и революции в России случаются именно тогда, когда русский народ (а не караул) устаёт от собственного государства.

Впрочем, это тема для отдельной статьи.

Обсудить на форуме

Код для вставки в блог или livejournal.com:

Лезгинка на Лобном месте

Мы относимся к дружбе народов так же, как и к другим ценностям, доставшимся нам от советской цивилизации: заводам, нефтяным скважинам, газопроводам, ракетам, плотинам…

КОД ССЫЛКИ:

Статья опубликована :

№4(6309) (2011-02-02)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
4,7
Проголосовало: 57 чел.
12345
Комментарии:
16.02.2011 15:01:25 - Сергей Константинович Есин пишет:

лезгинка

При всех недостатках нацполитики в СССР тогда не было такого уровня антагонизма, как в постсоветской России. И национализм, и шовинизм не выходили из берегов, как сегодня. Нацполитика в СССР была умнее и уважительнее. Но тогда деньги не обладали такой властью, которую им обеспечил переход к капитализму. И в этом лежит причина многих болезней современной России, а не только национальной вражды. Под националистическими лозунгами идет беспощадная борьба множества "элит" (как национальных, так и имперских) за собственность. Понятно, что избавиться от смертельно опасных болезней Россия может только, устранив их первопричину. Иначе она обречена перейти в новое качество. Это будет уже не Россия со всеми вытекающими последствиями. События последнего двадцатилетия могут оказаться всего лишь началом этого процесса.

09.02.2011 08:41:30 - Николай Григорьевич Степанов пишет:

О "Литературной газете".

О "Литературной газете". Сейчас ЛГ едва ли не единственная дискуссионная трибуна в стране. Это предъявляет новые, повышенные требования к работе коллектива. В частности. В интернет версии отсутствуют необходимые подзаголовки, например "О нравственно-эстетическом опыте декабризма", или "Интервью с Анатолием Карповым". Может быть, иногда использовать рубрику "О газете". Читатели могут подсказать интересные вещи. С уважением, Н.Г.

08.02.2011 17:18:01 - Всеволод Гришин пишет:

Спасибо, что в России есть одна газета, которая не стесняется вступать в дебаты с властьимущими.

Уважаемый редактор Ю. Поляков!

Спасибо, что в России есть одна газета, которая не стесняется вступать в дебаты с властьимущими.

Моя семья читает "ЛГ" уже 30 лет, и кроме статей о литературе внимательно и заинтересованно читем превосходные полемические статьи Ваших замечательных авторов-политологов, социологов и действующих политиков.

Спасибо Вам за порядочность Ваших публикаций.



08.02.2011 16:40:15 - Вячеслав Михайлович Рыбаков пишет:

Спасибо, но не вполне

За последнюю четверть века мы научились убедительнейшим образом доказывать, что «так жить нельзя». И хороший писатель — действительно хороший и уважаемый мною писатель Юрий Михайлович Поляков — оказался способен в очередной раз доказать это особенно пронзительно. Так, что ком к горлу подступает. Праведные эмоции, однако, не снимают противоречий. Сначала автор рассказывает о том, как в СССР в угоду раскручиванию «братских» талантов подавлялись таланты создавшей государство нации. Затем он говорит, что, как только дошло до дела, все эти искусственно выпестованные миноритарные гуманитарии составили идейный костяк народных фронтов, разодравших страну на лоскутья. И заканчивает хвалой по поводу того, какой правильной и заботливой при СССР была национальная политика в области литературы. Эти противоречия, однако, кажущиеся и как раз они-то в состоянии показать нам, где корень проблемы. На титанов поколения Кугультинова эта политика действительно оказывала положительное воздействие и сплачивала интеллигентов воистину братских народов, а на поколения более поздние стала действовать прямо противоположным образом. Отчего так? Оттого, что политика, направленная на укрепление общих стремлений, может быть действенной только пока есть эти общие стремления. А как только они пропадают, та же самая политика превращается в давящий и всеми презираемый фарс. Не совместные возлияния сами по себе укрепляют единство, но большое общее дело — которое, разумеется, как и у всех нормальных людей, время от времени сопровождается совместными возлияниями. У стариков было такое общее дело: защита социалистического отечества и построение коммунизма во всем мире. Как хочешь к этой иллюзии относись, но пока она светила, пока она была главнее национальных различий и трений, было к чему апеллировать, укрепляя общность и братство. Когда апеллировать становится не к чему, сколько ни говори «халва», во рту слаще не станет. Сколько ни говори «единство», всяк будет сам по себе подсчитывать и расчесывать свои обиды. Вернуть тогдашнюю общую цель невозможно. Следовательно, главная задача состоит в том, чтобы найти ей понятную, манящую, реальную, завораживающе масштабную замену. Проблема ведь не в том, что у Абрамовича дорогая яхта или что на телевидении мало показывают якутских поэтов. Все наши нынешние разнообразные беды имеют одну и ту же причину. Сосульки падают и самолеты падают, ракеты валятся в океан и спутники летят в никуда, судьи судят неправедно и писатели получают миллионные премии за витиеватую бредятину, депутаты брешут и министры брешут, чиновники воруют и бизнесмены на своих дорогущих производствах производят только взятки, менты, перекрещенные в полицаев, строги с нищими старухами и приветливы с бугаями из «паджеро», и нет жилья, и нет в жилье то горячей воды, то холодной, и страна стала царством повальной и поголовной безответственности и халтуры — по одной-единственной причине. Подавляющему большинству нашего интернационального народа стало абсолютно наплевать на общественный результат индивидуальной деятельности. Волнует только личный ее результат — количество получаемых денег и благ. И это не поправишь никакими причитаниями и увещеваниями. Никакими воспоминаниями о том, что при СССР были патриотизм и дружба народов. Никакими укоризнами и разоблачениями. И разоблачение зверств сталинизма может быть превращено в личный либо семейный бизнес, и любовь к Отчизне, и ностальгия по СССР — тоже. Спастись можно одним-единственным способом: отыскать в руинах культурной традиции такую общую духовную ценность, общую несъедобную цель, за которую можно было бы ухватиться, чтобы некогда священную установку на общественно-полезный результат личных усилий выволочь из нечистот, где ее за последние сорок лет с головой утопили, и вернуть, предварительно отмыв, в актуальную для большинства систему жизненных приоритетов. Почему-то эта мысль, такая простая (хотя чрезвычайно сложная для претворения в жизнь), не приходит в голову даже тем, кто вроде бы совершенно искренне говорит вроде бы совершенно правильные слова. Почему? Есть одно неприятное, но вынесенное из жизненной практики подозрение. В конце декабря прошлого года мой добрый знакомый и коллега Дмитрий Николаевич Каралис предложил мне написать что-нибудь для «Литературной газеты»; а то совсем, мол, питерцы стали неактивны и не пользуются возможность выступать на страницах столичной газеты. Просьба товарища — закон. Я написал, особых надежд не питая, потому что подозревал — неформат у меня получится и по форме, и по содержанию. Дима счел текст слишком длинным; два дня я без слова сопротивления его сокращал и тщательно латал, чтобы не видны стали пустоты. Потом отправил ему, а он отправил по инстанциям в «Литературку». Выждав, как разумный человек, неделю, я послал по указанному Димой адресу запрос, причем вполне неназойливо: не с вопросом, публикуете, мол, или нет, но всего лишь — получен ли текст. Ответом была тишина. Я запросил Каралиса; он вскоре честно ответил, что тот человек, которому был послан мой материал, уже переслал его другому человеку, а тот переслал уже третьему, и приложил адрес этого третьего, и под тем странноватым предлогом, что не хочет становиться между редакцией и мной, предложил впредь сноситься с владыками самому. Маститому прозаику, публицисту и организатору даже в голову не пришло, что, подбив меня на некую работу, а потом еще и на ее переделку, он взял на себя передо мной определенную ответственность. Но зато он тут же предложил мне написать для «Литературной газеты» уже другой материал и при том заодно прочесть его, Каралиса, последние опубликованные в «Литературке» работы. И смешно, и грустно. Если даже у давних знакомых, коллег, властителей дум, вроде бы даже единомышленников настолько утрачена культура уважительного взаимодействия — о чем они сетуют? К чему призывают? О каком общенациональном единстве при таком раскладе вообще может идти речь? Впрочем, я, как человек добросовестный, и впрямь написал по всем предложенным мне адресам, продолжая вопрошать лишь об одном: действительно ли мой текст получен, или в силу каких-то недоразумений еще нет. Не ответил мне никто. Конечно, в порядке бреда можно предположить, что Дмитрий Николаевич меня дружески разыграл, или с какой-то целью послал неработающие электронные адреса, или, скажем, второпях написал их с опечатками. Но, к сожалению, по нынешним временам куда более вероятным представляется то, что и борьбу с экстремизмом, и публичное радение за Отечество с его культурой тоже можно превратить в узкий междусобойчик для своих. Мы последние защитники Родины! Нас очень мало! И поэтому у нас кормушка очень маленькая! Много вас тут, патриотов неучтенных, бродит, на фиг вы нам; проходи, проходи, не заглядывайся. Какие уж тут общие ценности... Я понимаю, что такое предположение звучит оскорбительно, и мне самому это в высшей степени неприятно. Отчасти оправдать меня может лишь то, что это вынужденное, ответное оскорбление. В заключение добавлю, что с полным вариантом предложенного мною «Литературной газете» текстом можно ознакомиться здесь. http://rybakov.pvost.org/?page_id=744

08.02.2011 16:40:00 - Вячеслав Михайлович Рыбаков пишет:

Спасибо, но не вполне

За последнюю четверть века мы научились убедительнейшим образом доказывать, что «так жить нельзя». И хороший писатель — действительно хороший и уважаемый мною писатель Юрий Михайлович Поляков — оказался способен в очередной раз доказать это особенно пронзительно. Так, что ком к горлу подступает. Праведные эмоции, однако, не снимают противоречий. Сначала автор рассказывает о том, как в СССР в угоду раскручиванию «братских» талантов подавлялись таланты создавшей государство нации. Затем он говорит, что, как только дошло до дела, все эти искусственно выпестованные миноритарные гуманитарии составили идейный костяк народных фронтов, разодравших страну на лоскутья. И заканчивает хвалой по поводу того, какой правильной и заботливой при СССР была национальная политика в области литературы. Эти противоречия, однако, кажущиеся и как раз они-то в состоянии показать нам, где корень проблемы. На титанов поколения Кугультинова эта политика действительно оказывала положительное воздействие и сплачивала интеллигентов воистину братских народов, а на поколения более поздние стала действовать прямо противоположным образом. Отчего так? Оттого, что политика, направленная на укрепление общих стремлений, может быть действенной только пока есть эти общие стремления. А как только они пропадают, та же самая политика превращается в давящий и всеми презираемый фарс. Не совместные возлияния сами по себе укрепляют единство, но большое общее дело — которое, разумеется, как и у всех нормальных людей, время от времени сопровождается совместными возлияниями. У стариков было такое общее дело: защита социалистического отечества и построение коммунизма во всем мире. Как хочешь к этой иллюзии относись, но пока она светила, пока она была главнее национальных различий и трений, было к чему апеллировать, укрепляя общность и братство. Когда апеллировать становится не к чему, сколько ни говори «халва», во рту слаще не станет. Сколько ни говори «единство», всяк будет сам по себе подсчитывать и расчесывать свои обиды. Вернуть тогдашнюю общую цель невозможно. Следовательно, главная задача состоит в том, чтобы найти ей понятную, манящую, реальную, завораживающе масштабную замену. Проблема ведь не в том, что у Абрамовича дорогая яхта или что на телевидении мало показывают якутских поэтов. Все наши нынешние разнообразные беды имеют одну и ту же причину. Сосульки падают и самолеты падают, ракеты валятся в океан и спутники летят в никуда, судьи судят неправедно и писатели получают миллионные премии за витиеватую бредятину, депутаты брешут и министры брешут, чиновники воруют и бизнесмены на своих дорогущих производствах производят только взятки, менты, перекрещенные в полицаев, строги с нищими старухами и приветливы с бугаями из «паджеро», и нет жилья, и нет в жилье то горячей воды, то холодной, и страна стала царством повальной и поголовной безответственности и халтуры — по одной-единственной причине. Подавляющему большинству нашего интернационального народа стало абсолютно наплевать на общественный результат индивидуальной деятельности. Волнует только личный ее результат — количество получаемых денег и благ. И это не поправишь никакими причитаниями и увещеваниями. Никакими воспоминаниями о том, что при СССР были патриотизм и дружба народов. Никакими укоризнами и разоблачениями. И разоблачение зверств сталинизма может быть превращено в личный либо семейный бизнес, и любовь к Отчизне, и ностальгия по СССР — тоже. Спастись можно одним-единственным способом: отыскать в руинах культурной традиции такую общую духовную ценность, общую несъедобную цель, за которую можно было бы ухватиться, чтобы некогда священную установку на общественно-полезный результат личных усилий выволочь из нечистот, где ее за последние сорок лет с головой утопили, и вернуть, предварительно отмыв, в актуальную для большинства систему жизненных приоритетов. Почему-то эта мысль, такая простая (хотя чрезвычайно сложная для претворения в жизнь), не приходит в голову даже тем, кто вроде бы совершенно искренне говорит вроде бы совершенно правильные слова. Почему? Есть одно неприятное, но вынесенное из жизненной практики подозрение. В конце декабря прошлого года мой добрый знакомый и коллега Дмитрий Николаевич Каралис предложил мне написать что-нибудь для «Литературной газеты»; а то совсем, мол, питерцы стали неактивны и не пользуются возможность выступать на страницах столичной газеты. Просьба товарища — закон. Я написал, особых надежд не питая, потому что подозревал — неформат у меня получится и по форме, и по содержанию. Дима счел текст слишком длинным; два дня я без слова сопротивления его сокращал и тщательно латал, чтобы не видны стали пустоты. Потом отправил ему, а он отправил по инстанциям в «Литературку». Выждав, как разумный человек, неделю, я послал по указанному Димой адресу запрос, причем вполне неназойливо: не с вопросом, публикуете, мол, или нет, но всего лишь — получен ли текст. Ответом была тишина. Я запросил Каралиса; он вскоре честно ответил, что тот человек, которому был послан мой материал, уже переслал его другому человеку, а тот переслал уже третьему, и приложил адрес этого третьего, и под тем странноватым предлогом, что не хочет становиться между редакцией и мной, предложил впредь сноситься с владыками самому. Маститому прозаику, публицисту и организатору даже в голову не пришло, что, подбив меня на некую работу, а потом еще и на ее переделку, он взял на себя передо мной определенную ответственность. Но зато он тут же предложил мне написать для «Литературной газеты» уже другой материал и при том заодно прочесть его, Каралиса, последние опубликованные в «Литературке» работы. И смешно, и грустно. Если даже у давних знакомых, коллег, властителей дум, вроде бы даже единомышленников настолько утрачена культура уважительного взаимодействия — о чем они сетуют? К чему призывают? О каком общенациональном единстве при таком раскладе вообще может идти речь? Впрочем, я, как человек добросовестный, и впрямь написал по всем предложенным мне адресам, продолжая вопрошать лишь об одном: действительно ли мой текст получен, или в силу каких-то недоразумений еще нет. Не ответил мне никто. Конечно, в порядке бреда можно предположить, что Дмитрий Николаевич меня дружески разыграл, или с какой-то целью послал неработающие электронные адреса, или, скажем, второпях написал их с опечатками. Но, к сожалению, по нынешним временам куда более вероятным представляется то, что и борьбу с экстремизмом, и публичное радение за Отечество с его культурой тоже можно превратить в узкий междусобойчик для своих. Мы последние защитники Родины! Нас очень мало! И поэтому у нас кормушка очень маленькая! Много вас тут, патриотов неучтенных, бродит, на фиг вы нам; проходи, проходи, не заглядывайся. Какие уж тут общие ценности... Я понимаю, что такое предположение звучит оскорбительно, и мне самому это в высшей степени неприятно. Отчасти оправдать меня может лишь то, что это вынужденное, ответное оскорбление. В заключение добавлю, что с полным вариантом предложенного мною «Литературной газете» текстом можно ознакомиться здесь. http://rybakov.pvost.org/?page_id=744

08.02.2011 12:25:18 - Николай Логинов пишет:

.Ю.М.Поляков

Уважаемый Юрий Михайлович! Сообщают, что Кудрин выделит на переименование милиции 200 миллиардов рублей! Считаю, что это - явное исполнение нашими мальчиками на побегушках чьей-то злой воли ! А Вы... о книжках, когда подрываются устои государства!

07.02.2011 21:15:33 - Родамiр пишет:

Вечное обновление: пока и Привет!

Замечательная, отличная статья! Даже и не знаю, где такую ещё можно прочесть. Моя искренняя благодарность. Россия много раз обновлялась, словно открывая второе дыхание. Нынче Россия вновь молодая - ей вновь 20 лет (с 1991 года). Много у России Ликов, как у Божества, понимающего-осознающего каждую личность, человека, отцом которого он, является. Ведь, когда мы кого-то понимаем, осознаем-чувствуем его состояние - мы им в каком-то смысле становимся. Многоликая страна, многоликий Русский Бог: Ярила-Сварог-Дажьбог-Хорс-Яровит---Ярослав-Святополк-Яромир-Сваруна. Наше прошлое всегда с нами! Вечно молодое! Моя искренняя благодарность главному редактору за публикацию аннотаций книг ("Библиоман. Книжная дюжина": о Велесовой книге, о Семаргле и других подобных). Надеюсь, сия линия публикации таких книг не остановится. Это ключик к своей идентичности (начало формирования культуры - культура славян вне ассимилятивных влияний, в чистом виде). Золотой ключик. Страна обязательно расцветёт!

07.02.2011 09:42:17 - Антон Степанович Круглов пишет:

слова - хорошо, а дело - лучше!

Cтатья, как статья – слова. А Вы, уважаемые, на дело посмотрите. Отправляю Вас, ну вот хотя бы к прошлому номеру, к публикации «творчества» г-на Кушнера в данном издании. Вот где образчик «высокой» словесности помноженной на полнейшее отсутствие национальной идеи, национального самосознания. Образчик жгучей ненависти к той стране, в которой сей пиит проживает. Это я Вам от имени педагогов и ветеранов ВОВ говорю. Я уж было совсем собрался за своими «сердешными» таблетками бежать, да тут глаз упал в самый подвал, а там на дне колодца – бриллиант! Девочка, всего-то 22 года, а как ответила всем этим метрам, и всего-то в трёх четверостишьях. Вот оно, наше национальное самосознание, наша гордость – будущее России. Скажете слишком пафосно – соглашусь - но ничего поделать не могу. Эта мысль так прочно уселась, угнездилась, как будто ждала момента – и вот он настал! Почитайте, господа, вам понравится. Девочку зовут Анна Горчилина.

06.02.2011 16:53:50 - ВЛАДИМИР ЮРЬЕВИЧ КОНСТАНТИНОВ пишет:

да и русский иной раз

Как всегда, Юрий Поляков блистательно раскручивает тему и превращает статью в целый манифест, в программу. При этом он, человек "той ещё" школы, мастерски прячет между строк (но так, что и дурак заметит) парочку витающих в воздухе выводов, за которые запросто можно огрести "беруфсферботен" и вылететь из редакторского кресла или вообще... перестать "функционировать". Да... "и русский иной раз" начинает вдруг понимать, что теле и радиоэфир оккупирован некой группой товарищей, далёких не только от "титульного" этноса, но и от любого иного, исконно, тскть, проживающего... Тьфу, вот же напуганы мы все, вот и я начинаю "прятать между строк", боюсь обвинения в анти... язык не поворачивается говорить "анти-чего"! Но может быть в этом то всё и дело? "Не хочется верить, что продуманное разрушение"? Не хочется, но верится, не так ли, уважаемый Юрий? Мне кажется, что в разговоре с автором "изрядно поднадоевший" совокупный Эрнст был не совсем искреннен и многое недоговорил, скрыл. Но оба они - и автор и "Эрнст", понимали всё, хотя и не озвучили. Живо представляю их, значительно подмигивающих друг другу. "В этом то всё и дело". "Назначенцы" на власть в нашей стране весьма специфически относятся к её обитателям. А посмотрите на их либеральных глашатаев? А взгляните лица борцов за права человека? - оговорюсь не шахтёра какого-нибудь придавленного или рабочего, выставленного за ворота,а "человека". "Их человека"! Много там, среди "правозащитников" аварцев, лезгин, тувинцев? А, собственно, русских? Это что - русские лица? И мы хотим от них какой-то "национальной политики"? Зачем она им? У них есть второй (основной) паспорт. А жизнь коротка. А Россия - большая, как мегапицца какая-то, которую надо бегом сжевать, пока не протухла. Развалится? Сожжёт себя в локальных конфликтах? Чёрт с ней! Я не фантазирую, я эти рассуждения слышу уже двадцать лет. И, несмотря на бодрые и патриотичные заявления дуумвирата, мы все видим их реальные дела. Вполне в духе вышесказанного. "Реформы" образования, ЖКХ, фокусы с "нано", куда влили гигасуммы, а теперь "прихватизируют". Почерк и школа видны невооружённым глазом. Тени, которые отбрасывают наши вожди имеют специфический профиль, согласитесь. А статью (повторяю - хорошую!) главреда ЛГ эти ребята не дочитают и до середины. Некогда! Пицца остывает!

06.02.2011 11:27:03 - александр 53 пишет:

Строим на годы, а разрушаем на века!...

Замечательная, местами, статья и очень умные комментарии! У Достоевского читаем: "...Нет большей беды, большей казни для народа, чем его гибель от "внутренней порчи", рождаемой ненавистью к другим народам". Так вот, для меня культура понятие все-таки производное. У нее есть свои родители-ЗКОНОМИКА и ПОЛИТИКА! Хотя очень трудно бывает определить степень влияния одного на другое. Это как взрослеющие дети, которые могут сделать жизнь родителей или счастливой, или невыносимой. Была, была у нас общая историческая общность - советский народ! Это было метаэтническое образование, сплоченное общей идеологией, многонациональной культурой и общесоветским самосознанием! Но в семье не без урода! Многие детки, родившиеся от "смешанных браков" и благодаря "отцу-режиму" ставшие творческой интеллигенцией, потребовали отделения и выходу на "хутора". Им, великим, надоело есть из общего котла и они захотели сварить свой суп, правда, зачастую, из тех же, общих продуктов. Именно творческая интеллегенция вытащила из Советского Союза советские скрепы, используя как таран, безвольного, слабого Горбачева и мстительного, недалекого Ельцина. Именно "творческая", прости Господи, интеллигенция, напустила вот ту "внутреннюю порчу" и совершила "большую казнь" советскому народу. (И уважаемый автор внес в это дело свою лепту своим "ЧП районного мастаба" Не столько книгой, сколько фильмом! Хотя не помню точно, участвовал ли г-н Поляков в его создании.) И продолжает это делать и сейчас, под установку или молчаливое одобрение "крепких ребят". Почитайте, что они, "интеллигенция", пишут: "...духовная невменяемость, присущая так называемому "советскому человеку"....,далее: "...Коммунистический эксперимент вырастил невиданный по безнравственности и бездуховности "советский народ", который стал пугалом для всего мира...., далее: "Советский человек - это антропологическая катастрофа!..." Достаточно. И что-то никто не спешит привлечь эту интеллигенцию за экстремизм и разжигание розни. Ах да, советских же больше нет! Они стали сразу русскими, татарами и т.д. Но они такими были по рождению, но по воспитанию многие были и останутся советскими. Не было,г-н Поляков, никакого противоречия между стиранием национальных граней и развитием национально-культурных автономий. Это действительно диалектика, переход количества в новое качество, ибо культуры при советской власти не конфликтовали, а обогащались через общение и взаимопроникновение, породив квинтэссенцию - многонациональную советскую социалистическую культуру, где донором и созидателем выступала русская культура, ее язык, ее музыка и литература! Да, русские составляют большинство. Но национальное большинство не значит, что отдельный его представитель больше представителя национального меньшинства, ибо величие нации не определяется ее численностью, как и величие одного человека не определяется его ростом! Поэтому и была у нас одна национальность - ЧЕЛОВЕК! СОВЕТСКИЙ! Но еще дольше убивает культуру ( и литературу, конечно!) нынешнее олигарическо-криминальное государство, стоящее на страже черного передела и порожденной им несправедливости и невменяемая политика "крепких ребят". А ведь прежде, чем разрушать, надо бы знать, а что взамен? Наш земляк, физик-ядерщик Харитон говорил: " Чтобы что-то сделать, знать надо в десятки раз больше!..." А кто из нынешних знает? Может, новые "эффективные собственники"? Вряд ли. Они способны только обострять эту проблему, посколько дивиденты от всего созданного СОВЕТСКИМ народом пополняют не государственную казну, а безразмерные кошельки прохоровых, лисиных, ткачевых и всего остального кагала. Может быь "отцы-экономы" и РПЦ, ставшая офшорной зоной? Может быть, русские националисты или другие? Тоже нет. Тандем с партией "Едим Россию?" Вряд ли и они понимают, что надо делать в этой ситуации. Академик Харитон понимал, с чем он имеет дело, потому так и говорил. Он знал, что если рванет от невежества, то знания потом уже не помогут. Национализм хорош как чувство, но непригоден, как система в многонациональной стране. Еще он хорош для электората и решения шкурных задач. Народ разобщен, его старательно разводят по национальным квартирам, а "элита" сплочена и прекрасно знает, что надо делать. Но только для того, чтобы сохранить и приумножить награбленное. Там один за всех и все против народа! И против народов с их национальными самосознаниями! Потому что капитал не имеет национальности и космополитичен! А посему, в существующей системе координат будет продолжаться политика естественного отбора, вымиранию слабых этносов и замена их более сильными! Но "надломленному" этносу места там будет все меньше и меньше...

05.02.2011 22:10:36 - Светдана Владимировна Дурягина пишет:

всё - правда!

Уважаемый Юрий Михайлович, Вы написали замечательную статью! В ней всё - правда, это я Вам как учитель литературы с 30-летним стажем говорю. Для меня, как и для тысяч моих коллег-сверстников, Расул Гамзатов, Василь Быков и проч. не хуже любого русского писателя, и детям мы рассказывали об их творчестве с неменьшим уважением, чем о творчестве кого-то из русских. Сейчас всё не так. И боюсь, что статья Ваша останется "гласом вопиющего в пустыне", т.к. литература в современной России превратилась из "властительницы умов" в служанку для "жирных", а основная масса народа не читает ничего, кроме телепрограммы. И национальный вопрос у нас в стране, на мой взгляд, сейчас не решается правительством намеренно, из принципа: "Разделяй и властвуй!" Но Вы молодец! Ваши статьи всегда актуальны и умны. Так держать!

05.02.2011 14:47:05 - Сергей Станиславович Костин пишет:

ЧП "литбольного" масштаба...

Литература- культура-национальный вопрос. От чего бы и нет? Но это если литература - она самая, культура хоть с какой-то нравственностью, а национальный вопрос как цель национальной политики. Что имеем? Мясорубочно-морковное чтиво, понятия и нефтяную иглу… Г-н Поляков грустит об утраченном «наследстве». Да разве литературных и прочих «союзов», всяких разных премий мало? Книг не печатают? Чего только нет! «Дружить» перестали… Ах, они такие –сякие, эти «Эрнсты» - чиновники- олигархи-депутаты… А может причина всё-таки в идее? «Замочили идею», вот и литература-культура обмельчали… Но как же проклятый Запад? Живут себе без «идеи» и миллиарды с «поттеров» стригут. Да в том и дело, что есть у нас «идея», всему на свете хребет перешибёт. Антисоветизмом называется. И статья г-на Полякова тому самый что ни на есть пример. Ах, и что такоё чёртов Костин здесь несёт! Ведь не ругает же г-н Поляков «советское», а даже о чём-то хорошем говорит. «Восточные переводы», премии по национальному принципу – кому от этого плохо было, и почему не быть теперь? Но молчит, никак не вспомнит наш автор о главном – о задачах Советской власти в культурном строительстве. Почему? Ведь «простенькая» была задачка, для «дурачков» - впитать в культурное пространство советского человека всё самое лучшее из национальных культур всех народов и не только Державы. Именно лучшее. Для того и «переводы» и премии. И процесс этот никогда не рассматривался как движение «в одну сторону», но и как взаимное обогащение каждой национальной культуры. Вот такая была «дурачковая диалектика», которая только и может превратить культуру в центр взаимного притяжения. Чем «притягивать» сейчас? Лезгинка на Лобном месте не нравится, может тогда гей-парад на Красной площади? А каков ещё выбор? Нет выбора, значит или милиция-полиция, либо скины-сотоварищи. В православной культуре Российской империи и советской культуре Державы при всех антогонизмах был общий фундамент - государственность как единственно возможный способ даже не успеха, а выживания. В этом смысле лозунг «Литература должна быть партийной» - самый актуальнейший. Сейчас самая «выгодная» идея – сепаратизм. За это больше всего из федеральной кормушки и платят. Что могут литература, фонды-союзы-премии? Ничего, если самому литературному сообществу не определить государственность, патриотизм, лучшие традиции великой русской и советской литературы в качестве приоритетов в оценке литературного труда. Именно труда, потому что куда проще расплеваться во все стороны, чем найти среди вакханалии воровства и разврата крупицы человеческого достоинства, создать нравственный художественный образ, привлекательный и для индивида и социума. За это и премии, тиражи, экранизация. Только так литература может способствовать развитию и единству страны. Будем мерить культуру «районным масштабом», ничего не изменится. А другого выхода из нищеты духовной и экономической, кроме пути к успеху у нас нет. Не станем успешными, никакие фонды и премии «по национальному принципу» нас не спасут. И будут читать /если будут/ великую русскую только в китайских переводах…

04.02.2011 19:42:11 - Alexander V Lavrov пишет:

Юрий Михайлович, спасибо за прекрасный анализ современной культуры

Юрий Михайлович, спасибо за прекрасный анализ современной культуры

04.02.2011 11:04:51 - Валентин Иванович Колесов пишет:

Империя, держава...

Политолог О.Матвейчев в журнале «Москва» 12-2010 говорит: «Мы, русские, не особенная нация, а всеобщая. Русские — подвижный народ, мы не боялись изменяться и никаких границ не проводим. Поэтому мы стали громадным народом. Огромной империей, в которую вошли все другие народы. И мы сейчас хотим иметь равные права с другими? То есть стать маленьким народиком? Россия и развивалась потому, что ее народ хотел быть всеобщим, а не особенным. Так вот, должно быть противопоставление империализма и национализма. Я выступаю за то, чтобы этих же татар, тувинцев и проч. делать империалистами. но не татарскими, а русскими империалистами. Чтобы они мыслили в рамках империи, как мы. Не культивировать национализм — ни наш, ни их, никакой другой. Национализм — удел наций-неудачниц, одержимых комплексом исторической неполноценности. Зачем это нам? Социология фиксирует, что лозунг «Россия для русских» поддерживает до 15% населения. Между тем совершенно понятно: национализм - единственная опасность, которая реально может взорвать и уничтожить страну. Если бы сейчас кто-нибудь планировал уничтожить Россию, то есть только один старый принцип «Разделяй и властвуй!» - спекуляция на национальных различиях. Тот, кто желал бы уничтожить Россию, понимал бы, что ему нужно зажечь Кавказ, что ему нужно расшевелить Татарстан, вызвать волнения в Туве, Бурятии, Якутии, спровоцировать беспорядки между несколькими десятками национальных диаспор в Москве. Достаточно поднести спичку, и последствия могут быть самые чудовищные. Это не ясно только «патриотам России», которые усиленно кричат про «засилье черных», про «Россию для русских». Национализм опасен еще и тем, что его проблему нельзя решить с помощью договоров и разговоров. Любое обсуждение национальных и религиозных различий плохо само по себе. Это все равно что сыпать соль на рану и заливать костер бензином. При этом не важно, что говорится: за русских или против, за татар или против. Страшно то, что в итоге исчезнет единственное преимущество России в мире, — величина России. На эту жертву даже националисты не готовы идти. За это преимущество мы платим неким ужиманием прав титульной нации, несем «бремя белого человека». Националисты тычут в лицо статистикой: мол, русских в России 80% и это моноэтничное государство... Да, но на Кавказе их не 80%, и в Туве, и т.д. Но никто не согласится на то, чтобы отдать эти территории Турции или Китаю. Империализм теперь не должен мыслиться как угнетение одной нацией других. Империя — высшая форма государства и общества (предшествующие, более низкие формы — это родоплеменные общества, затем идут «национальные государства», а выше их стоят империи), поскольку империя теперь — это объединение наций для достижения общих исторических целей (выживание, экономическое развитие и т.д.). Звать россиян к национальному государству («Россия — для русских») или к родоплеменному строю, как делают националисты на Кавказе, в Бурятии, Туве и проч., это значит звать назад, вон из истории». Слово «империалист» звучит негативно в традиционном сознании русского, лучше бы говорить «державник». И не империя, а держава. Национальную идею привили мне партия и правительство (коммунистическая партия и советское правительство). http_://lit.lib.ru/o/osxkin_i_w/_____http_ ://lit.lib.ru/k/kolesow_w_i/ ______Перестройка - Летопись 1985 - 1991г.г._____ В годы русской смуты колебался вместе с линией, удержали от греха Кожинов и С.Кара-Мурза. И вот сейчас – О.Матвейчев. На вопрос «что делать» отвечать «ничего не делать». Нового. Делать по старому, как Путин с Чечней. Дороговато (в деньгах), но за державность надо платить. Пляшут лезгинку в Питере? Сам не видел, прошел бы мимо не глядя… Матвейчев говорит резко, жестко, надо еще подумать, но кажется – всё правильно.

04.02.2011 01:25:51 - юрий дмитриевич шатунов пишет:



Ну что же, эмоционально, хлестко, особенно про фаллос, но, к сожалению,на уровне обыденного сознания. Школьный учитель, хоть и был, похоже, ушиблен хрущевщиной, но о диалектике дело говорил.Именно нарушение законов диалектики и самонадеянная попытка забежать вперед в решении сложнейших вопросов /ХХ!! съезд, программа КПСС/, привели к негативным явлениям в межнациональных (и не только) отношениях в СССР.Эти явления не были по настоящему осмыслены, в результате и не было принято адекватных мер противодействия. Вот и автор, в те времена достаточно крупный деятель культурно-идеологического фронта рассказывает, как кто-то там проводил декады искусства, организовывал публикации, нагрждал и выдвигал лучших и т.д. А интеллигнеция была тут как бы и не причем. Конечно, приятно было получать награды и премии,ездить в творческие командировки, безбедно обретаться в госдачах переделкиных. Где уж тут задумываться о серьезном: о каких-то общественных законах , о марксизме,об опыте Сталина, о войне, хоть и холодной, о своей ответственности за дарованный судьбою талант и данное народом образование.Так и живем.Классики у нас не в чести, но похоже те, кто стоит за спиной швыдких, авдеевых, фурсенков и пр., изучали их всерьез и не на тройку - грамотно работают. А мы пытаемся допроситься изменить чего-то , русский вопрос решить. Так ведь тогда государство должно другим стать, а кто ж вам это позволит?

03.02.2011 23:07:34 - Владимир Павлович22 Ромов пишет:



Статья отличная и злободневная. Представляю как возопят враги России... в этническом эфире и этнически сформированных СМИ.

03.02.2011 11:36:34 - Алексей Александрович Бархатов пишет:

Sapienti спят

Отличная статья. Но сегодняшняя власть работает по методу пожарного датчика - на слово не реагирует. А на пожар реагирует в стиле классической ельцинской "загогулины" - последнее назначение столбового гаишника тому пример. И не единственный. Кадровый резерв - либо двое из ларца, либо двенадцать из Зимнего дворца.Тургенев и не догадывался, что однодворец станет высшей привилегией в России. А популизм наверху государственной вертикали надежно подкреплен жопулизмом внизу - это такой уникальный социальный лифт. Впрочем, Собянин вознамерился в столице все лифты поменять. Может, и этот?

02.02.2011 20:46:08 - Александр Иванович Чехонин пишет:



Хочу привести пример к сразу двум постулатам автора. Первый–об отношении наших СМИ к национальной проблематике. Мы же сбросили гнёт цензуры, мы свободны и независимы в выборе тем и трактовок. Нам никто не указ! Второй: "Как можно плохо от носиться к пастуху кавказской национальности, если его любит наша Глаша?!" И вот пример. В последнее время идут один за другим героические "блокпосты", "перевалы" и пр. боевики кавказской темы. Вроде всё правильно. Да? Но в каком качестве предстают перед зрителем всей России жители Кавказа? Непримиримые жестокие боевики, лживые, лицемерные враги: обнимаются с русскими солдатами, выпивают с ними, а за стеной–русские пленные, связанные, с кляпами во рту. И вот количество этих "героев" переходит в качество. И я, воспитанный в советском искреннем интернационализме, вдруг ловлю себя на том, что я уже НЕНАВИЖУ тех людей. Да что там–ту "национальность"! Потому что "знаю" только таких. А что, спросят, ставить лживую туфту? Не надо туфту! Просто снимайте о жизни людей. Работающих, любящих, о чём-то мечтающих. Мирных людей! Как хорошо пишет автор: "Лукавство? Пусть лукавство. Но оно лучше..." Не просто лучше. Оно–спасение. Но ведь этого нет! Мой вывод: СМИ, по крайней мере государственные каналы, НЕ МОГУТ быть коммерческими. В них всё–политика. Хорошие передачи–хорошая политика; плохие передачи–плохая политика. И равнять их с цехом по производству ширпотреба–преступление перед Будущим.

02.02.2011 16:45:50 - Stanislav Alexandrovich Krechet пишет:

Замечательная, своевременная !

Уважаемый Юрий Михайлович, всё чаще возникает ощущение, что наших высших, уважаемых мною руководителей снабжают некачественной информацией о положении в стране, хотя они сами часто ездят повсюду и общаются с людьми. Либералы(самодемократы) успели сломать почти всё в нашей России, а приближенные чиновники уверяют в прогрессе. Понятно, на все пока не хватает денег, деньги схвачены, но ведь очевидно и то, что от прошлого хорошего опыта непрактично отказываться, тем более заплевывать период советский, оскорбляя тем самым миллионы граждан..

02.02.2011 16:28:56 - Петър Петров Райчев пишет:

Кому труднее: имперскому или малому народу

Юрий Михайлович, Ваша статья очень хорошая. Надо все таки сказать, что трудно имперскому народу, но и малому народу тоже трудно. А надо жить вместе. Особенно в России. Панко Анчев - Болгария, г. Варна

02.02.2011 16:16:28 - Скиф Фикс пишет:



Юрий Михайлович, эта статья - крик для глухих, которые еще и слепые, т.е. неспособные читать по губам... С уважением

02.02.2011 09:29:42 - Леонид Серафимович Татарин пишет:

ОТЛИЧНО!

Юрий Михайлович, спасибо за прекрасный анализ современной культуры! Чётко просматривается, но стыдливо завуалировано засилье сионизма на всех каналах и страницах СМИ.
Подчёркиваю - не евреев, а именно сионистов.
Посмотрите, сколько сионистов сейчас получают звания "народный ... России"!
Один попрыгунчик Газманов чего стоит!
Его мама, Зинаида Абрамовна, прекрасный человек, врач-терапевт Калининградской больницы рыбаков, разрушенной и уничтоженной впоследствии демократами-сионистами, оставила о себе добрую память у рыбаков Калининграда, но сынок ...
Это не секрет - история многократно доказала, что следующим этапом после победного шествия сионизма обязательно наступает эра фашизма! Не дай Бог такого кровавого повторения Истории!
Тема, которую Вы рассматриваете, очень хорошо отражена в статье Алексея Прозорова "ИСТОРИЯ ПРОТИВ РОССИИ"
http://zhurnal.lib.ru/t/tatarin_leonid/msword-12.shtml/
Все факты имеют документальное подтверждение - в статье есть ссылки на конкретные исторические документы.


Юрий ПОЛЯКОВ

Главным редактором “Литературной газеты” решением Совета Директоров от 19 апреля 2001 года назначен известный писатель и публицист Юрий Михайлович Поляков.

Юрий Михайлович Поляков родился 12 ноября 1954 года в Москве, в рабочей семье. Окончил Московский областной педагогический институт, факультет русского языка и литературы. Кандидат филологических наук. Член Совета Директоров ОАО “Издательский дом “Литературная газета”. В “Литературной газете” публикуется с середины 70-х годов. Лауреат премии “Литературной газеты” в области публицистики за 1988 год.

Поляков Ю.М. автор многих популярных произведений, таких как: “ЧП районного масштаба” (1985), “Сто дней до приказа” (1987), “Апофегей” (1989), “Демгородок” (1993), “Козленок в молоке” (1995), “Небо падших” (1997), “Замыслил я побег …” (1999) и др., автор многих статей в прессе.
 
Поляков Ю.М. вел авторские колонки в газетах “Собеседник”, “Московский комсомолец”, “Труд”. Автор сборников статей “От империи лжи – к республике вранья” (1997) и “Порнократия” (2000).

Произведения Полякова Ю.М. входят в школьную и вузовскую программы, переведены на многие языки мира. 

По сценариям Полякова Ю.М. поставлены фильмы “ЧП районного масштаба”, “Сто дней до приказа”, “Работа над ошибками”, “Игра на вылет”, “Левая грудь Афродиты”, “Поцелуй на морозе” и др. 

Как сценарист Поляков Ю.М. принимал участие в работе над фильмом С. Говорухина “Ворошиловский стрелок”. 

Ю.М. Поляков член Союза писателей с 1981 года. В 1986-1991 годах был секретарем Союза писателей по работе с молодыми писателями, избирался кандидатом в члены ЦК ВЛКСМ. Член ПЕН-клуба. Ю.М. 

Поляков возглавлял газету “Московский литератор” (1981-1986), был заведующим отделом литературы и искусства в журнале “Смена”, был членом редколлегии журнала “Юность” (1986-1992), издавал журнал “Реалист” (1995-1997). 

Был автором и ведущим телевизионных программ “Стихоборье”, “Ни слова о политике” (“Российские университеты”), “Подумаем вместе !”, “Дата” (ТВЦ).

Свои наблюдения над жизнью современного общества Юрий Поляков отразил в книгах "Демгородок", "Апофегей", "Козленок в молоке". Одна из последних работ писателя - любовно-детективная повесть "Небо падших".

Женат. Имеет дочь.


Выпуски:
(за этот год)