(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Первая полоса

Интересное кино

СОБЫТИЕ

Московский международный: меньше, чем фестиваль категории «А», больше, чем просто фестиваль

Москве международный кинофестиваль? Вопрос, казалось бы, из разряда категорически риторических. «Конечно, необходим!» – скажет всякий любитель экранного искусства, а уж тем более его творец. Правда, далее, скорее всего, последует оговорка примерно следующего характера: другое дело, какой именно фестиваль приличествует иметь столице нашей родины и одной из общепризнанных – пускай сегодня в большей степени в историко-теоретическом плане – киностолиц мира. С мощным и представительным конкурсом, а также составом жюри, с впечатляющим воображение числом всяческих иноземных звёзд на красной фестивальной дорожке, с заполненными под завязку залами и толпами алчущих пробиться на вожделенные сеансы… С активно функционирующим кинорынком – возможно, добавят профессионалы, а больше, кажется, и добавить-то нечего; в принципе отличительных признаков состоятельности, успешности смотров подобного рода не так уж и много, и они, что называется, не бином Ньютона. Канны, Венеция, Берлин – большая тройка «чемпионатов мира по кино», как их любят эффектно характеризовать в прессе, – давно и чётко демонстрируют на практике, что есть всемирный смотр фильмов так называемого класса «А».

На первый взгляд 33-й ММКФ, несмотря на красивую порядковую цифру, не изменил общей ситуации, благополучно (а точнее, не вполне благополучно) сложившейся в последние годы, в период президентства Никиты Сергеевича Михалкова, взявшего фестиваль под своё крыло в 1999-м и продолжающего разменивать президентские сроки, невзирая на все те волны критики, обрушивающиеся на него (и по этой части) ежегодно, в разгар лета. Всё то же не слишком впечатляющее, увы, число по-настоящему крупных режиссёрских имён, дерзнувших вступить в спор за «Золотого Георгия» (четвёртая часть от всех участвовавших в основном конкурсе картин явилась дебютными для их постановщиков в игровом полнометражном кино – и это при наличии отдельного состязания под названием «Перспективы», специально, по идее, предназначенного для делающих первые, пусть даже чрезвычайно многообещающие шаги в профессии). Всё столь же неприлично куцый, прямо выражаясь, в количественном отношении состав судейского ареопага: Джеральдина Чаплин в качестве председателя жюри – это само по себе эффектно и замечательно, но то, что под её началом трудились всего-то четверо, словно бы с бору по сосенке собранных кинематографистов, чести смотру, безусловно, не прибавило (в советское время численный состав данной институции Московского международного неизменно представлял солидную двузначную цифру; о «качественном» же её весе даже не говорим).

Что же до культовых актёрских фигур, которые, хочешь не хочешь, должны осенять своим присутствием в качестве почётных гостей всякое амбициозное кинематографическое мероприятие, именующееся международным фестивалем, то они в Москве имеют место быть. Но краткосрочные их визиты, как правило, жёстко увязаны с вручением специальных пышных призов, чьи наградные формулировки обязывают к торжественному выходу на сцену «Пушкинского» на церемониях открытия и закрытия смотра.

Одним из самых ярких, а для кого-то и беспрекословно самым ярким фильмом фестиваля стала картина Сергея Лобана «Шапито-шоу», одна из двух представлявших в конкурсе страну-организатора (при том, что непримиримые противники у ленты, как у всякого глубоко своеобразного явления также не замедлили обнаружиться). Получившее в итоге вторую по значению награду смотра – спецприз жюри «Серебряный Георгий» – это трёх с половиной часовое «полотно», снятое, что немаловажно, без копейки государственных денег, настолько дерзко ломает все устоявшиеся представления о том, что такое кинофильм вообще, и современный российский кинофильм в частности, что заслуживает, конечно же, отдельного обстоятельного разговора. В отличие от прочих лауреатов ММКФ «Шапито-шоу», надо полагать, всё же выйдет в какой-никакой прокат и предоставит возможность обсудить всё его ликующее своеобразие, в том числе галерею замечательных образов и удивительных сюжетных поворотов. Например, сцену охоты на кабана с участием Петра Мамонова.

В этом году в первом случае – «За вклад в мировой кинематограф» – чествовали Джона Малковича, а во втором – с помощью специальной статуэтки «Верю!», осенённой великим именем К.С. Станиславского (задумку эту следует по справедливости обозначить в качестве блистательного ноу-хау Н.С. Михалкова по привлечению зарубежных экранных кумиров в Москву; попробуй не получить такое), – воздавали должное замечательной британской актрисе Хелен Миррен, кроме всего прочего, русской по корням.

Идём дальше. Зрительская активность. Она, как отрапортовал президент фестиваля в ходе заключительного его мероприятия, по сравнению с прошлым годом как раз возросла. На десять тысяч зрителей. Что, стало быть, должно внушать всем позитивные настроения, надежду и всё такое… Однако кто-то из въедливых кинокритиков уже не поленился подсчитать: если разделить озвученную Михалковым цифру в 60 тыс. зрителей на общее число фестивальных сеансов, а их – опять же по официальной информации – было проведено 488, то мы в итоге получаем весьма и весьма скромное среднестатистическое присутствие публики на показах ММКФ. Кроме того, осталось непонятным, вошли ли в общий «зрительский вал» те с точностью до единицы сосчитанные президентом 7138 аккредитованных гостей и прессы. Если да, то с учётом как минимум трёх-четырёх посещений фестивальных показов (на деле их у подавляющего большинства было, разумеется, на порядок больше) со стороны каждого из них мы приходим к совсем уже невыразительным в цифровом выражении показателям интереса «простых любителей кино» к «главному событию года».

Да, на фестивале порой возникала непременно обязательная для него атмосфера лёгкого ажиотажа – но благодаря чему? Вот, скажем, практически никаких шансов не было попасть (в том числе и вышеупомянутым семи с гаком тысячам персон с аккредитационными бейджами на груди) на единственную демонстрацию последнего творения Ларса фон Триера «Меланхолия» – ещё накануне, с самого утра дня, предшествовавшего объявленному сеансу, на двери билетной службы на сей счёт было вывешено соответствующее объявление-отлуп. Ясно, что места на сию статусную акцию были заранее распределены между представителями кинематографического бомонда, многочисленными спонсорами фестиваля, а также друзьями и родственниками его непосредственных организаторов. Но, как говорится, не очень-то и хотелось. Очередной шедевр – как характеризуют его немногие видевшие пока счастливчики – от датского возмутителя спокойствия уже на этой неделе преспокойнейшим образом выходит в российский прокат и сможет удовлетворить (или опровергнуть) все связанные с ним чаяния без всякой суеты за сравнительно небольшую (если отправиться в кинотеатр пораньше) плату.

А вот на тех картинах, которым какая бы то ни было прокатная судьба на широких экранах нашего Отечества, скорее всего, не грозит (имея некоторое представление об особенностях современного российского кинодела, об этом можно судить с громадной долей вероятности), по ходу фестиваля аншлага, напротив, не наблюдалось. Так, ставшая в конечном итоге главным триумфатором 33-го Московского международного испанская лента «Волны», будучи продемонстрированной в том же, что и «Меланхолия», главном, полуторатысячном зале «Октября», привлекла совсем незначительное внимание – сужу как очевидец: лишь процентов 15, от силы 20 кресел на этом сеансе оказались заполненными.

И здесь самое время вернуться к вопросу, вынесенному в самое начало настоящей статьи, некоторым образом его переформулировав. А именно: кому нужен ММКФ в том виде, в котором он пребывает сегодня? Ответ, кажется, также достаточно очевиден. Он нужен прежде всего Михалкову и его команде, год от года предпринимающей поистине героические усилия (о чём нам всякий раз недвусмысленно дают понять), чтобы собрать более или менее убедительную конкурсную программу, чтобы осенить смотр присутствием хоть каких-то кинематографических персон всемирного масштаба (чего ради выдающийся режиссёр и видный общественный деятель взвалил на себя эту обузу, понятно не до конца, но следует со всей очевидностью признать: если уж у Никиты Сергеевича, с его международным авторитетом, процесс организации выходит пока не самым блистательным образом, то вряд ли кто-то другой смог бы сделать сие лучше).

Фестиваль, конечно же, нужен нашим кинокритикам, в особенности тем из них, кто не имеет возможности разъезжать по каннам да венециям: на протяжении десяти прекрасных летних дней они имеют счастливую возможность почувствовать, чем живёт и как дышит – непосредственно сегодня – мировой и в первую очередь европейский кинопроцесс, а не только голливудское образцово-показательное хозяйство и наш родимый по большому счёту умирающий совхоз. И потому, мучительно разрываясь между долгом и чувством, они, терзаемые ощущением профессиональной вины, то и дело выбирают второе и отдают предпочтение многочисленным внеконкурсным программам (в рамках которых в этом году помимо «Меланхолии», что называется, было что посмотреть) перед фильмами основного конкурса.

Но ещё более, нежели «профессиональным зрителям», Московский фестиваль нужен, можно даже сказать, жизненно необходим сравнительно небольшому племени истинных столичных киноманов. Эти в хорошем смысле слова безумцы ежегодно отдают себя ММКФ до остатка – разжившись каким-то только им одним ведомым способом вожделенными карточками аккредитации либо же используя иные ноу-хау-методы проникновения на фестивальные просмотры, они целыми днями курсируют по Новому Арбату от «Октября» до «Художественного», где проходят пресс-показы, пугая прочих добропорядочных граждан своим всклокоченным после трёх-четырёх сеансов подряд видом и оглашая воздух выкриками «Херцог!», «Пекинпа!» или «Бела Тарр – тоже голова!» (мы упомянули фамилии тех уникальных мастеров кинорежиссуры, чьи ретроспективы прошли в рамках 33-го ММКФ и пользовались, естественно, повышенным зрительским вниманием).

Вот если ради кого и проводить, несмотря ни на что, невзирая на все тяготы и абсолютную, как это теперь уже совершенно ясно, недостижимость в обозримом будущем чаемого «европейского уровня», традиционный московский смотр, то именно ради этой категории фестивальной публики (мы никоим образом не иронизируем!). Именно они в первую очередь – наряду с двумя другими вышеозначенными «фокус-группами» – придают Московскому международному в современном его состоянии смысл, содержание. Именно они формируют его атмосферу, всё ж таки пока в значительной степени кинематографическую, не переродившуюся окончательно в пряный «высокосветский» аромат. Наконец, именно эти люди являют собой живую связь между ММКФ нынешнего «розлива» и теми событиями громадного масштаба, в кои он неизменно выливался в пору своего расцвета, в советскую эпоху. Сетования на то, что прежде у потенциальной аудитории не было-де сперва видео, а теперь уже компьютеров и торрентов, мы решительно отвергаем в качестве несостоятельных и даже не дадим себе труда разъяснять, почему. Другая причина не слишком бойкой заполняемости фестивальных залов, а именно финансовая, представляется куда более серьёзной. Всё же 400 рублей (именно столько в среднем стоил билет на один фильм) за «кота в мешке», какими являлись для зрителей бóльшая часть картин, и в особенности ленты конкурса, – это многовато даже для «одного из самых дорогих городов мира». Впрочем, можно уповать на то, что уже на 34-м смотре ситуация для рядового кинопотребителя изменится в лучшую сторону. На закрытии Никита Михалков, кроме всего прочего, торжественно пообещал, что в следующий раз ММКФ уже точно пройдёт в специально отстроенном для этого Дворце фестиваля. Объект этот стал для президента своего рода idee fixe, год от года мы только и слышим о будущем прекрасном московском дворце, который, можно подумать, своим возникновением раз и навсегда решит все системные проблемы, в том числе художественно-творческого порядка. Об этом загадывать не берёмся, но надеемся, что собственное пространство фестиваля позволит уменьшить стоимость билетов – сегодня-то он вынужден выступать в качестве арендатора, то бишь родственника, может быть, не слишком бедного, но и небогатого уж точно.

Бóльшая часть имевшихся у фестиваля средств (для того, чтобы с большой долей уверенности предположить это, не нужно обладать какими-то тайными знаниями либо инсайдерской информацией) ушла на «представительские расходы», а также на то, чтобы заполучить в качестве «фильма открытия» последний голливудский блокбастер – картину «Трансформеры-3». И это явление новейших достижений заокеанских компьютерщиков народу стóит по достоинству назвать главным и громогласным «ляпом» 33-го Московского международного кинофестиваля, торжественным приседанием в лужу какой-то уж совсем беззастенчивой коммерциализации и цинизма. Ссылки на то, что те же Канны в последнее время продукцией Made in USA отнюдь не брезгуют, опять-таки не срабатывают: показанные там в последний раз очередные «Пираты Карибского моря», как к ним ни относись, – это явление принципиально иного порядка, нежели продолжение грандиозной битвы между Автоботами и Десептиконами, которым попотчевали гостей и участников кинофорума в Москве. И в нашем наишироченном на сей раз прокате, что характерно, это произведение появилось чуть ли не на следующий день.

А вот большинство фильмов конкурсной программы, как уже было сказано, там с большой долей вероятности не обнаружится. И посему – чего уж о них говорить (это мы так отметаем возможные упрёки в полном отсутствии собственно фестивальной «фактуры» в настоящей статье). Те, кто видел, составили себе собственное мнение, всем прочим сие, кажется, как-то не особо нужно. При том, что конкурс в этом году стараниями программного директора ММКФ Кирилла Разлогова и его новой установки на своеобразный «спор», на эстетическую сшибку лент-участников между собой (отягощённую местами и внедрением некой этической провокационности) получился достаточно любопытным. И картина «Волны», снятая Альберто Мораисом – одним из дебютантов в большом кино, – стала вполне достойным обладателем «Золотого Георгия». В том, что она получила попутно и «Георгия» за лучшую мужскую роль, и приз ФИПРЕССИ, – налицо некоторый перебор, но, с другой стороны, этот итоговый расклад внятно демонстрирует городу и миру, что жюри работало честно, а не руководствовалось известными принципами «всем сестрам по серьгам» и «как бы кого не обидеть», зачастую слишком уж явно выдававшими себя в списках призёров Московского фестиваля.

Остаётся надеяться, что в грядущем фестивальном дворце количество дворцовых, закулисных и прочих околокинематографических «тайн» будет сведено к минимуму. И что безраздельно царствовать там будет Его Величество Кино, руководствуясь единственно законом искусства.

Александр А. ВИСЛОВ

Обсудить на форуме

 

 

Статья опубликована :

№27 (6329) (2011-07-06)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
4,3
Проголосовало: 6 чел.
12345
Комментарии:

Александр Александрович ВИСЛОВ



Окончил театроведческий факультет ГИТИСа. Работал в четырех редакциях, трех театрах и одном рекламном агентстве, а также содержал буфет и занимался продюсерской деятельностью.
Автор книги, выпущенной к 70-летнему юбилею Театра Российской Армии, и статей в ряде театральных сборников. Публиковался в журналах «Театральная жизнь», «Театр», «Петербургский театральный журнал», «Огонек», «Еженедельный журнал», в газетах «Коммерсантъ», «Сегодня» и др.

Упоминание об авторе в сети Интернет:

Сотрудник Cулер
№ 52 (6100) 2006 г.
Отсутствие воздуха
№ 51 (6099) 2006 г.
Будет шуметь вода…
№ 50 (6098) 2006 г.
Волшебная сила

№ 48 (6096) 2006 г.
Он мир ловил и поймал

№ 47 (6095) 2006 г. 
Маленькая большая «тихая радость»

№ 46 (6094) 2006 г.

Псевдотрофеус
№ 45 (6093) 2006 г.

Михаил Казаков: «Мне по душе большой стиль»

№ 44 (6092) 2006 г.
Но спал я мёртвым сном
№ 43 (6091) 2006 г.
Вижу мрак
№ 42 (6090) 2006 г.
Гусарская рулада
№ 41 (6089) 2006 г.
Назад, назад! К Островскому!
№ 39 - 40 (6088) 2006 г.

 «Сволочи» в «Полумгле» истории
№ 11-12(6063) 22 – 28 марта 2006 г.

Оскаровская премия Мира
№ 10 (6061) 15 – 21 марта 2006 г.
Сквозь слёзы «Короля смеха»

№ 9 (6060) 2006 г.
Тугое ухо Москвы
№ 5 ( 6057) 2006 г.
Омлет,принц «новодрамский»
№ 4 ( 6056) 2006 г.
«Кругом возможно Бог»
№ 2 - 3 ( 6055) 2006 г.

2005 г.

НЕ В БРОВЬ…
№ 1 (6004) 19 – 25 января 2005 г.
Невероятное фуэте в доме на Трубной
№ 5 ( 6008 ) 9 - 15 февраля 2005 г.
РУССКИЙ ЭНДШПИЛЬ
№ 9 (6012) 2 - 8 марта 2005 г.

 


Выпуски:
(за этот год)