(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Кавказский литературный круг

Дом

МОЛОДЫЕ ГОЛОСА

Рассказ

Елизавета ДЕМЧЕНКО,
студентка четвёртого курса
Пятигорского государственного лингвистического университета, член литературного объединения «Доска Ковчега»


Не рухнув, ни один мост,
 коль скоро уж он воздвигнут,
 не перестаёт быть мостом.

Франц Кафка

Как бы мне начать не банально, не тривиально, не вычурно и не глупо, а свежо и легко, по-взрослому, чтобы увлекло тебя, благосклонный читатель, чтобы тронуло и захватило? Как бы мне толково развить свою мысль, укротить её, бешеную и строптивую. А потом и тебя заставить задуматься, мой читатель, если ты вдруг возникнешь. И если у тебя тоже есть мысли. Как тебя развеселить? Как расстроить? Как понять? И если я тебя называю читателем, то кто я? Не подсказывайте, не шепчите, не сбивайте с толку, какой ещё «писатель»? Я что, писателей не знаю? Вот Толстой – писатель, Дали – художник, а Армстронг – музыкант… или космонавт. Ведь всё это призвания. Которого у меня пока нет. Я просто вслух проговорю свои мысли, я – рассказчик.
На размышления меня навёл один дом, который я вижу почти каждый день. Он постепенно строится, неспешно принимает свои очертания, воплощая собой чей-то замысел, перенося чертежи и графики в трёхмерное пространство. Я вижу его через окно. Между нами стена моей комнаты, деревья и воздух, поэтому я не слышу скрипа рессор и не чувствую пыли. Я рассматриваю строителей – бессловесных актёров на сцене этого немого театра. Они движутся бесшумно и неторопливо и, скорее всего, никогда не думают о зрительном зале. Кажется, они до крайности сосредоточены и до безумства верны своему делу, ведь с рабочего места их даже ураганный ветер не сдует.
Когда я впервые увидела Его, он ещё не был домом. То был каркас, скелет или набросок – что угодно, только не дом. И не самолёт, и не человек. Но нашу с ним частичную похожесть и мистическую связь я заметила сразу. То ли цвет глаз нас объединяет, то ли железные арматуры костей.
Я за ним наблюдаю подолгу, я смотрю на него так часто глазами сонными, иногда взором застывшим и зорким, то ледяным, то лихорадочным, пламенным и острым, бессмысленным и беспощадным. С одного и того же ракурса, с одного привычного места. Порой сажусь к НЕМУ спиной и понимаю, что теперь Он пристально глядит мне в затылок. Не моргает и не щурится, не думает обо мне, как не думает и о валютном кризисе, сдвиге тектонических плит или философии Канта. Ему лень о чём-то поразмыслить, как и любому другому спесиво самоуверенному строению современности. Он теперь целый дом в пять этажей, гладко выкрашен и отшлифован, у него крыша поката и закрыты окна. Это предмет архитектурного искусства, идеальное совмещение пола и потолка, новая ступень человеческого бытия, важный шаг в культуре, науке и технике. Наделён высоким знанием о том, что ломать – не строить, что на создание шедевра уходят месяцы и годы, а ещё – что без предоплаты никто работать не будет. Об этом Ему шепчет Его внутренний голос, наделённый характерной для всех громогласных прорабов хрипотцой. За это Его усердно бранят загорелые экзотичные строители – мурашки на Его железобетонном теле.
А в это время на каком-то невыразимо далёком восточном краю света, в каком-то перенаселённом Китае за 15 суток возводится Его собрат – тридцатиэтажный небоскрёб. Но не в нашей культурной традиции подобная акселерация…
Наш герой расправил крылья лишь через три полноценных года строительства. И вот Он передо мною, такой чистый и новый, как подарок, ещё завёрнутый в бумажную глянцевую тайну. А может даже – как подарок, скрипучая обёртка которого уже потревожена рукой любопытного получателя (взгляните на обрывки строительной плёнки). Может, и я такая, как Он, – новая. Едва ли изучила мир, едва ли изучена миром. И так же, как у Него, мои стены пока шероховатые и пустые: ни узора, ни мозаики, ни захудалой фрески. Во мне только воздух, да бабочки в животе. А я бы хотела быть барочным дворцом, причудливым замком, «жемчужиной неправильной формы», необыкновенной, единственной в своём роде. Во мне потенциал Версаля и Тадж-Махала. О, где же мои эмали и самоцветы, колоннады и своды, сады ароматных ветров и кипящие струи фонтанов? Верю, что однажды я богато украшу своё внутреннее пространство. И пусть не витражами и парчой, а уверенными победами, открытиями и постижением истин.
За три года, что я любуюсь постепенно растущей вверх от уровня моря постройкой, я стала физически старше и морально устойчивее, познакомилась с сотней человек, разбила пару чашек и ввязалась в незнакомую авантюру – взросление. Я узнаю новое, изобретаю, прячу и нахожу, читаю, считаю, пересчитываю цыплят и распутываю жизненные повседневные хитросплетения. Дом, что за моим окном, минуя взором воздух и деревья, может видеть, как строюсь и я. И, конечно, ни на минуту не задумываться о нашей похожести.
И вот мы с Ним стоим посреди дикой пустоши, два одиноких стройных колоска… Ах нет, две элементарные постройки, замыкаемся на ключ, скрываем за шторками драматические сцены. Хорошо видны с близкого расстояния, а сквозь туман почти не различимы. Участвуем в ходе истории, незначительно влияем на её виражи. Зависимы от людских прихотей и подчинены нормам. Подвластны времени и подвергаемы ремонту. Мелкие части своей самобытной архитектуры (конфигурации) намертво скрепили цементом.
Я лицезрю его через обрамлённое белым пластиком тонкое стекло. Он стоит непоколебим и крепок, как средневековая твердыня, он почти готов к тому, чтобы Его заполнили голоса и жесты. Так же, как я готова к свершениям. Мой терпеливый читатель, может, в эту самую секунду по Его полу шагают первые посетители, а я, может, впервые получаю негласное признание от того, чей взгляд устремлён на мои строки. Пожалуй, мне хотелось бы верить в это.
Возможно, настоящий писатель сейчас уронил бы чернильную кляксу с кончика пера, задумчивый и исполненный трепетной гордости за едва завершённую рукопись, пока истинный музыкант зачехляет инструмент, а верный долгу космонавт делает шаг на поверхность покорённой Луны. А я закончу рассказ маленькой печатной точкой, поставив которую всё же продолжу думать о том, как мне всё-таки завершить историю красиво и витиевато, чтобы ты, милый читатель, был, как и прежде, благосклонен.

Статья опубликована :

№10-11 (6407) (2013-03-13)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
3,0
Проголосовало: 4 чел.
12345
Комментарии:

Елизавета ДЕМЧЕНКО


Выпуски:
(за этот год)