(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Совместный проект ЛАД

Два века белорусской поэзии

Старый Влас (1865–1939)

Этот человек, пожилой лесничий, служащий графа Тышкевича, с нажитыми придворно-местечковыми манерами шляхтича и с натруженными руками крестьянина-хлебороба стал одним из авторов «Нашай нiвы». Для редакции он был не только «автором из народа», но и «сам народ». 

Это о его творчестве напишет в 1920 году в своей «Истории белорусской литературы» Максим Горецкий: «Его произведения ценны для нас и оригинальны тем, что показывают, как творит сам народ. Ничего интеллигентского в них нет, они не очень порой и складны, но в них чувствуется сила самой земли, непосредственное веяние жизни самой белорусской деревни. Это естественный отросток народной поэзии, сказок, быличек, легенд, шуток…»
Разговор идёт о Старом Власе. 

Родился Старый Влас (Владислав Петрович Сивый-Сивицкий) в Воложине, небольшом городке бывшей Виленской губернии, в 1865 году. Родители были из крестьян, имели надел земли и свой дом в Воложине, где глава семьи был поваром в имении графа Тышкевича. В 1874 году, в один год, умерли родители, и их осиротевшего единственного сына берёт в свою немалую семью его тётка по матери Юзефа. Но вскоре племянник выходит из-под её опеки – нанимается помощником повара туда, где работал когда-то его отец. С этого времени начинается его более чем полувековая служба у графа. Сперва помощником повара, а потом длительное время и поваром. После женитьбы в 1892 году, когда Владиславу Сивому-Сивицкому было уже около тридцати, он получил от графа Тышкевича должность объездчика. Несколько лет спустя дорос до должности лесничего. На этой должности он проработал до самой старости, лишь по служебной необходимости переезжая с места на место. Воложин, Вильно, Ошмяны, Сужаны прочно и навсегда вошли в его биографию за эти годы. И всё это время он не порывал связи с землёй, оставался хлеборобом… 

Грамоту начал постигать сам, ещё живя у тётки, когда в Воложине не было даже начальной школы. Самоучкой научился читать и писать по-польски и по-русски. Стремясь к знаниям, пристрастился к чтению, и эта страсть осталась у него на всю жизнь. Тяга к «изящной словесности» проявилась в молодости, когда начал встречаться с девушкой, которую полюбил. Встречи в 1892 году закончились свадьбой, а привычка доверять свои чувства и мысли бумаге осталась на всю жизнь. Общая тетрадь и карандаш были всегда с ним – и дома, и в поле, и в длительных конных объездах леса. Одна из дочерей Старого Власа вспоминала, как однажды принесла отцу в поле обед и увидела такую картину: кони стоят в борозде, а отец, опершись на плуг, записывает что-то в тетрадь. Писал он по-польски, на том обиходном языке придворно-местечковой среды, к которой принадлежал сам. Но с крестьянами разговаривал только по-белорусски. 

Появление в 1906 году легальной белорусской периодики – газет «Наша доля» и «Наша нiва», первое знакомство с печатным белорусским словом открыло Сивому-Сивицкому глаза на то, что и этим «мужицким языком» можно так же хорошо и красиво выражать свои мысли и чувства, как и на прочих языках, разбудило дремавшую в душе «белорусскость». С этого времени он всё писал только по-белорусски. Это и способствовало его творческому сближению с «Нашай нiвай», где с 1907 года стали появляться его небольшие «допiсы» – бытовые заметки о жизни деревни. Как поэт Сивый-Сивицкий дебютировал в 1909 году, опубликовал на страницах «Нашай нiвы» стихотворение «Солнышко пригрело» за подписью Старый Влас. Под этим именем он и остался в белорусской литературе. 

Всё лучшее, что было им написано за время существования «Нашай нiвы», было опубликовано на её страницах. Печатался он и в белорусских дооктябрьских календарях, а также в других изданиях, но чаще всего это была перепечатка написанного ранее. В своём творчестве Старый Влас следовал фольклорным традициям, отталкивался от легенд, преданий, быличек, активно использовал народные поговорки, пословицы, шутки. По воспоминаниям той же дочери Гелены, писал он до конца своих дней. Более тысячи стихотворений, которые он называл «абразкi», аккуратно переписанных каллиграфическим почерком в тетради и тщательно пронумерованных, не дождались своего издателя. Все они сгорели в пожаре последней мировой войны. Но это уже после смерти поэта. 

Лишь в 1990 году, к 125-летию со дня рождения Старого Власа, белорусское издательство «Мастацкая лiтаратура» выпустило сборник его произведений «Год беларуса». 

Старый Влас умер 30 сентября 1939 года. И, видимо, вовремя. Умер он на собственной земле, на том наделе, который получил от графа Тышкевича при выходе на пенсию в 1934 году в качестве вознаграждения за долголетний труд. 

Иван БУРСОВ

Старый Влас

***

Доброе слово – одно, второе,
Коль оно сказано вовремя, в пору,
Дух поднимут, отринут злое
И словно с плеч снимут гору.

Солнышко пригрело

Солнышко пригрело,
Капает со стрех;
Поле почернело,
Быстро тает снег.
Ожили букашки,
Распустился сад,
И запели пташки
На весёлый лад.
И цветочки рады
Расцвести в тепле,
Вот уже и ратай
Вспомнил о земле.
Весело, с охотой
Пашет свой загон –
Не томит работа,
Рад и поту он.
Тут его землица,
Он хозяин тут.
И земля сторицей
Наградит за труд.
Всё, как из неволи,
Вышло из зимы.
Может, с лучшей долей
Встретимся и мы?

Кому что

Весна приятна для поэта,
Как говорят, – для песняра.
А вот для хлебороба это
Неблагодатная пора.

Бывает, в хате ни крупинки,
Ни отломать, ни в миску влить.
А тут ещё и для скотинки
Корм тоже надо прикупить.

Хоть первоцвет цветёт и густо
И не смолкает птичий хор,
Но… грустно, если в клети пусто,
Когда в гумне ветрам простор.

Ведь соловья не кормят песни,
Не зря же поговорка есть, –
Вот тут и думай сам, хоть тресни,
Но всем дать надобно поесть.

Не всякий, может быть, и знает, –
Что хорошо известно мне, –
Когда живот пустой бывает,
Тогда и песни в стороне.

Вся в этом кроется причина,
Которую не разрешить, –
Ведь ни сирени, ни жасмина
В пустой горшок не накрошить.
Ведь хлебороб когда довольный?
Когда полны амбар и клеть.
Когда вокруг порядок полный,
Тогда он может и запеть.

Тогда и праздник, когда осень
Ему воздаст за тяжкий труд,
Когда он всё сожнёт и скосит,
И сосчитает каждый пуд.

Лишь когда брат наш убедится,
Что приготовился к зиме,
Готов и он повеселиться,
Тогда и песни на уме.

Тогда он кабана подкормит,
Чтобы хватило всем еды,
Всех родичей помянет мёртвых,
Живых – покличет на Дзяды* .

Последнее желание

Весь век свой бился я, надрывался,
Должно быть, так уж судил мне Бог…
И только тогда я хвори поддался,
Когда меня немощь свалила с ног.

Один в постели лежу… До рассвета
Не сплю в палате, как хлев, пустой.
Все мои мысли блуждают где-то,
Лишь боль неотвязная здесь, со мной.

Ноет всё тело, в костях ломота,
Сердце давит – не продохнуть.
Всё кажется, шепчет мне на ухо кто-то,
Что время пришло собираться в путь.

А ночь всё тянется… Боже мой, Боже!
В моей хоромине мёртвая тишь.
Никто тишину эту не потревожит –
Ни звоном комар, ни шорохом мышь.

Лежу и ною – чужой, одинокий,
Близких нет рядом – четыре стены.
Видно, кончать пора труд свой нелёгкий,
Жаль только деток своих да жены.

Ещё вот о чём думалось мне, поверьте, –
Если мне уже больше не жить, –
Хотел бы я кости свои после смерти
Здесь, в белорусской земельке, сложить.

И чтоб схоронили меня на кургане,
Среди зелёных, живых дерев,
Где разливаться будет в тумане
Наш белорусский печальный напев.

А на могилу мою дубовый
Крест поставьте, прошу я вас,
И напишите четыре слова:
«Здесь покоится Старый Влас».

Перевод Ивана БУРСОВА

* Дзяды – поминальный обряд у белорусов в память усопших предков, отмечается второго ноября

Статья опубликована :

№22 (6174)(2008-05-28)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
0,0
Проголосовало: 0 чел.
12345
Комментарии:

Иван БУРСОВ


Выпуски:
(за этот год)