(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Cовместный проект Евразийская муза

Восточной флейты зной

ПОЭЗИЯ  УЗБЕКИСТАНА

Пёстрые краски Бухары; ИТАР–ТАССТашкентский открытый фестиваль поэзии проводился в этом году в шестой раз.  За несколько лет в рамках этого проекта на литературных площадках столицы Узбекистана выступили десятки поэтов республики и её гостей – литераторов из семи стран: России, Украины, Польши, США, Израиля, Казахстана, Азербайджана. С самого первого фестиваля в задачи проекта входило восстановление и налаживание творческих связей между поэтами из стран ближнего и дальнего зарубежья. В условиях культурной изоляции трудно ожидать творческого роста молодых талантов и их выхода на новую, более широкую аудиторию. И фестиваль поэзии вносит свою лепту в изменение этой ситуации, с каждым годом всё шире открывая Ташкент для литераторов разных стран, а литературный мир – Ташкенту. Гости и ташкентцы относятся к фестивалям поэзии как к свиданьям – ответственным, долгожданным.

Шестой фестиваль превзошёл своих предшественников и по размаху, и по именам. Обширна была делегация из России. Казахстан представлял Ербол Жумагулов, Азербайджан – Ниджат Мамедов. Особо значимым для ташкентской публики стало участие в фестивальных вечерах ведущих поэтов Узбекистана – Александра Файнберга, Сабита Мадалиева, Сухбата Афлатуни, Мирпулата Мирзо, Рифата Гумерова, Вики Осадченко, Людмилы Бакировой…

Программа фестиваля год от года меняется до неузнаваемости. На третьем Ташкентском открытом фестивале впервые прошёл круглый стол по актуальным вопросам современной литературы. На пятом – встреча гостей со студентами-филологами и вручение приза зрительских симпатий «Глиняная книга». На последнем, шестом, – турнир поэтов-импровизаторов «Мушоира» (его победителем стал казахский гость Ербол Жумагулов), видеоарт с использованием поэтических текстов и театрализованное представление с участием поэтов и актёров ташкентского театра «Ильхом».

По признанию участников, отличительная черта ташкентских фестивалей – живое общение, тёплая и доброжелательная атмосфера и в зале, и на сцене, и в кулуарах.

Ташкентский открытый фестиваль поэзии – детище Литературного музея С. Есенина в Ташкенте (директор – Ольга Чеботарёва) и творческого объединения «Ташкентская поэтическая школа». Но по ходу проекта помощь ему оказывали многие организации как внутри Узбекистана, так и за его пределами. Нынешний фестиваль едва ли мог состояться без деятельного участия Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств – участников СНГ.

Сегодня вашему вниманию предлагаются стихи поэтов Узбекистана – участников шестого Ташкентского фестиваля.


Сабит МАДАЛИЕВ

***
мы два вулкана нет мы два безумия
мы два Везувия сошедшие с ума

когда бы мы на землю опустились
то как степной пожар до горизонта

испепелили бы её

молчанье штиль над гладью океана
но зреет шторм в глубинах двух сердец

***
Когда душа смятенная болит,
когда тебя несёт поток обид, –
встань на молитву в тишине полночной,
и свет молитвы небо озарит.

***
Я встречал мудрецов –
 были люди в печали,
говорили они, только больше молчали.
Я запомнил глаза их. Забыл дураков.
Только смех их звучит
до сих пор за плечами.


Сухбат АФЛАТУНИ

***
иду собирая урожай смертей
что за год – ни конца ни края
опадающих листьев несётся метель
со скорбящим прохожим играя

Господи уповаю на Тебя
видеть промысел Твой пытаюсь
но проносится стая листвы бытия
но проносится стая

***
ветру сырому руку пожать
вжаться в плечо воды
ибо предчувствую: благодать
Ты

кто-то пляшет пляшет – это огонь
кто-то мёрзнет – это вода
Ты стоишь за углом поднимаешь ладонь
задевая локтем провода

Ты стоишь образуя угол прямой
с догорающей в подворотнях зимой
на тебе капля влаги, след муравья
это я

Мирпулат МИРЗО

Сказание о весне

Весенний день.
Охотник удивлён.
Внезапно в нём проснулась человечность.
И вечером
Внезапно видит он:
В стволе ружья цветок раскрылся
в вечность.

Роза и звезда

Когда похоронит надежды судьба
И ветер холодный задует,
Утешит меня голубая звезда,
И роза в глаза поцелует.

Жизнь

Поскольку жизнь твоя ещё течёт –
Ты стал уже богат, благополучен,
Обрёл возможности, достаток и почёт.
Лишь круг друзей всё уже, уже, уже…

Перевод В. СОКОЛОВСКОГО

Чувство вечности

С весенним ветром шальным, беспечным
Весна нагрянет…
Дуть будут ветры упорно, вечно,
А нас не станет.

Не дремлют волны – и бесконечно
Гранит таранят…
И воды будут струиться вечно,
А нас не станет.

Поэт, сложивший мотив сердечный,
Пусть не устанет!
Быть может,
песня прорвётся в вечность,
А нас не станет.

Перевод Н. БОНДАРЕНКО

Александр ФАЙНБЕРГ

Саратан

Восточной флейты зной и заунывность.
Под солнцем бесконечный солончак.
Тень ящерицы в трещину забилась,
стоит верблюд с дремотою в очах.

А за дувалом стон перепелиный,
там всё, как было создано творцом.
На свой очаг, что вылеплен из глины,
глядит старуха с глиняным лицом.

Дом самодельный слеп и скособочен.
Жара недвижна с четырёх сторон.
И замер на стене до самой ночи
мой звёздный знак – зелёный скорпион.

Родина

Меж знойными квадратами полей
она легла до самого отрога –
гудроновая старая дорога
в тени пирамидальных тополей.

Я в юности не раз ходил по ней
с теодолитом и кривой треногой.
Я пил айран в той мазанке убогой,
где и теперь ни окон, ни дверей.

Печальный край. Но именно отсюда
я родом был, я родом есть и буду.
Ау, Европа! Я не знаю Вас.

Вдали орла безмолвное круженье.
В зубах травинка. Соль у самых глаз.
И горестно, и счастливо мгновенье.

Рифат ГУМЕРОВ

Из окна вагона

Оттуда – где был Моисей пастухом,
 пастухом,
И библейские луны катились,
 как дыни, как дыни,
Из той ветхости ветхой,
далёкой – оттуда, оттуда
Александрийским стихом
По безводной и жаркой пустыне
Караванами пыльными плыли
и плыли верблюды…

Сквозь сыпучесть времён,
сквозь зыбучесть барханов, барханов,
Из той ветхости ветхой,
далёкой – оттуда, оттуда
Сквозь бездушное небо пустыни, ни разу не бывшей в слезах,
Величаво плюя на царей,
фараонов и ханов,
Караванами пыльными плыли
 и плыли верблюды –
Грусть усталых веков – в их глазах,
в их глазах, в их глазах…

Две стальные черты зачеркнут вдруг
дорогу в пустыне, –
По которой вела караваны
верблюжья звезда –
Непустым исключеньем пустынных,
старинных законов…
И в глазах у верблюдов замелькают
отныне, отныне –
Поезда, поезда, поезда…
Караваны вагонов…

***
– Спокойной ночи,
всем спокойной ночи…

Душа моя в бреду бредёт
В крутую заспанную полночь
По узким улочкам кишлачным,
Среди глухих дувалов и калиток,
Закрытых на ночь…
А мой взгляд –
Минуя брызги звёзд, луну –
Как летний мотылёк на пламя –
Стремится к твоему окну…
И молчаливый твой покой
В ночи таится, как капкан…
Пирамидальный тополь-истукан
Застыл в земле единственной ногой…
Твой верный пёс, твой пёс цепной,
Клыки оскалив, лаем захлебнулся…
Мои шаги исчезли
И остались
В земле перед твоим окном,
В прошедшей ночи…

– С добрым утром!..

Баходыр АХМЕДОВ

***
Остановка. Голодная площадь.
Полукруглое око луны.
Сквозь безмолвие, как бы на ощупь,
Ты идёшь вдоль холодной стены.

Понимаешь, что надо проснуться…
Понимаешь, но дальше идёшь.
И не можешь назад оглянуться
И унять непонятную дрожь.

Что за жуть?.. Для чего и откуда?..
Словно кто-то идёт за тобой.
Словно рвутся от боли сосуды,
И не можешь добраться домой.

А в стене никакого просвета.
Рельсы тянутся к самой луне.
Только слышно, как в городе где-то
Тихо плачет ребёнок во сне.

Людмила БАКИРОВА

***
Шумны и роскошны дворы.
Там – свадеб весёлое время,
там – яблок тугие шары
и листьев тяжёлое бремя.
Над пыльной решёткой оград,
под сводами клёна и ивы
снимают тугой виноград
и синюю оттепель сливы.
И персики с веток летят.
И вдруг, замечая потери,
однажды встревоженный сад
стучит в мои окна и двери…


***
Печаль во мне.
 Начать стихотворенье –
быть может, так:
  Пришла на юг зима,
как в стенку лбом – молчат –
сопротивление –
дворы, ограды, улицы, дома.
А в сад взгляни,
  там побелели травы.
и у дерев, теснящихся гурьбой,
трещат под снегом хрупкие суставы,
они – деревья – заняты собой.
Быть может,
 там – за пеленой отвесной –
дай пищу зренью – замки, терема…
Но за окошком, изменяя местность,
свой белый кокон вьёт и вьёт зима.
И лишь с рассветом,
 ветром разутюжив
и близь и даль,
  уляжется сама
в простой рефрен – пришла на юг зима.

Седое небо в застеклённых лужах.

Вика ОСАДЧЕНКО

***
Старого города каменная рука.
Речка, по ней бегущая, как строка
наспех о самом главном, когда к доске.
Пишет на коже – камне – воде – песке.

Шёпот воды, стирающий шум шагов…
Это река выходит из берегов.
Мокрая мышь в лихорадке,
в бреду, в поту
заблаговременно держит пятак во рту.


***
…Но всюду мрак и нищета,
поодиночке гаснут окна,
чтоб не осталось ни черта,
когда струна моя умолкнет,

и провисают провода,
и спотыкается строка…
Щель сквозь года и города –
и нас знобит на сквозняках.

Но в этот ад, распад, разлад
шагнув, в него бросаешь вдруг
живое слово – наугад –
как будто голубя из рук…

Яхъё ТОГА

Участь

Ты сидишь,
Спрятавшись дома.
Там – за окном –
Тебя ищет снег.
И за себя, и за тебя –
Бедный твой сапог у порога –
Ожидает весну…

Сельская ночь

В потрескавшейся пятке спят боль
и сострадание.
Рассыпавшиеся волосы
обнимают подушку.
Спят, прислонившись к дувалу, –
восклицательные знаки,
Будущие столбы – деревянные балки.
Спят вилы и серп,
Вонзённые в стог сена.
Возле ниши спят недошитые лоскуты –
Нескончаемые раздумья моей мамы.
А внутри того полога тихо,
Красиво и устало спит дочь дехканина,
Укравшая мой сон, –
На ладонях её спит след кетменя…

Перевод Р. ГУМЕРОВА

Статья опубликована :

№50 (6202)(2008-12-10)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
0.0
Проголосовало: 0 чел.
12345
Комментарии:

__________________


Выпуски:
(за этот год)


©"Литературная газета", 2007 - 2013;
при полном или частичном использовании материалов "ЛГ"
ссылка на
www.lgz.ru обязательна. 

По вопросам работы сайта -
lit.gazeta.web@yandex.ru

Яндекс.Метрика Анализ веб сайтов