(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Дискуссия

Самостерилизация

ВЕХИ-2009

Молодёжь мало и плохо учится, и всякий, кто её искренне любит, обязан ей постоянно  говорить это в лицо, а не петь ей дифирамбы...

«Вехи», 1909 г.

Грустное впечатление оставили перечитанные заново «Вехи». Грустное – будто всё повторяется, и мы заходим на новый круг испытаний, и не было этих 100 лет, и непонятно, к чему эти бесконечные жертвы ХХ века со стороны России. Когда оглядываешься на нашу историю, охватывает чувство жалости и боли. Сколько героизма и сколько горя! И во имя чего? Неужели во имя этих безвкусных особняков в Подмосковье или нелепых попоек в Куршевеле?

ЖИВЫЕ И МЁРТВЫЕ
Съездила в Бразилию на Всемирный социальный форум. Впечатление – Латинская Америка находится на новом важном витке. Больше всего поражают люди. Не частная собственность, не капитализм, а люди. Они – другие. Какие? Живые.

Это интересный вопрос: что такое «живое общество» и «мёртвое общество»? И может ли продержаться государство в условиях «мёртвого общества»? Живое общество к чему-то стремится, на что-то надеется, у него есть свои общественные иллюзии. Оно активно. Формируются ассоциации. Люди объединяются на разных уровнях для совместного решения своих проблем. Много разных уровней, подуровней.

Это не обязательно общество высокообразованное, европейского типа. И латиноамериканское, и китайское общества – они живые. Поэтому всерьёз относятся к политике. Могут поддерживать или критиковать свою власть, и всё это всерьёз, чтобы что-то изменить. А чтобы понять, что такое «мёртвое общество», надо побывать в России. А лучше – пожить.

Первая и отличительная черта «мёртвого общества» – это стерильность его общественной среды. Это отличает нас от нынешних латиноамериканцев, китайцев, да и нас самих, вчерашних.

Пока общество было ещё живо, наказание исходило извне, сейчас – справляемся сами. Самостерилизация начинается с детства. В компании глупо петь, веселиться, что-нибудь придумывать. Надо сидеть отрешённо, с отсутствующим видом. Для «веселья» существует особое приспособление – это телевизор. Тут всё узнаваемо, включаешь и знаешь: вот этот, с подбритыми височками и странным загаром, будет «шокирующе непосредственным». А этот, в шапочке, в помещении будет веселиться не без затаённого ума. А этот – вообще-то неплохой, но какой-то «искусственно живой».

В цене «острые ощущения». Сексу отводится важное место. Проблема «мёртвого общества» в том, что его ничто не возбуждает. Но оно приучено к этому и с этим может жить, один квадратный метр жилья стоит запредельных денег. И при этом вопрос, что это за общество и в какой мере оно необходимо, постоянно стоит на повестке дня. Вопрос, нужно ли людям жить, и особенно нужно ли людям жить в таком количестве, в каком они случайно родились и до такого возраста, до которого они случайно дожили, является главным социальным вопросом «мёртвого общества». Принято считать, что с экономической точки зрения столько людей здесь не нужно вообще. С другой стороны, умирать тоже накладно. Но здесь мнения разнятся. Одни полагают, что рождаемость надо наращивать. Другие не видят в этом большой пользы для экономики.

Нельзя сказать, чтобы «мёртвое общество» было совсем уж закрытым. Конечно, были времена, когда покинуть его можно было только ценой национального предательства. Но сейчас ситуация изменилась. Возможен бизнес в глобальном масштабе. Вы вывозите свои (бывшие общественные) «мёртвые деньги» и вкладываете их в какое-нибудь живое дело. Всё зависит от юношеских увлечений. Кто-то любит спекулировать, кто-то увлекается футболом, у кого-то хорошо получаются выстрелы в затылок, а кто-то как-то случайно оказался у нефтяной или газовой трубы. Не важно как. Важно, что всё это как-то случайно, впопыхах, ни за что ни про что, без особой радости и ясных перспектив.

В «мёртвом обществе» вам быстро объяснят, что «благими намерениями вымощена дорога в ад», что равенство – это убожество и нищета, а вот неравенство – это свобода. Что люди неравны от природы и потому полезно сытно кушать, когда другие голодают, и надо стремиться к тому, чтобы закреплять и наращивать это неравенство.

НЕРАВЕНСТВО
Есть аргументы в пользу того, что равенство экономически неэффективно, поскольку подавляет инициативу. Поэтому если ты имеешь политическую возможность обобрать как можно больше своих сограждан с помощью, например, искусственного ослабления национальной валюты, то ты молодец. Преимущества «мёртвого общества» состоят в том, что ворующие на мелком уровне не имеют никаких моральных оснований, во-первых, доверять друг другу, во-вторых – предъявлять претензии к тем, кто ворует по-крупному. Впрочем, ворующих по-мелкому можно ловить. А вот чтобы объяснить, что такое справедливость, потребуется диплом Гарварда. Вам объяснят, что «справедливость» – это если «всё взять и поделить». И это, разумеется, очень плохо. Поскольку с экономической точки зрения гораздо выгоднее просто «всё взять» и куда-нибудь сбежать, пока не спохватились. Внизу можно взять очень мало, зато вверху очень много. Но ведь на то оно и неравенство.

С доверием возникают проблемы. Но и тут нет ничего нового. Мы давно привыкли не доверять друг другу. Раньше, когда мы ещё жили большим дружным лагерем, каждый мог запросто быть стукачом. Теперь каждый может тебя предать. А как иначе? Каждый за себя. Конечно, войной это пока назвать нельзя, но вялотекущая «возня всех против всех» идёт успешно. Многое тут, правда, зависит от темперамента. Скажем, в метро тебе просто отдавит ногу более сильная и крепкая особь. А вот там, где потеплее, могут и подстрелить. Правда, без энтузиазма, вяло и всё больше за деньги, без высоких идей.

Когда у людей возникает голод по справедливости, состраданию, совести, они могут получить всё это в тщательно протёртом и рафинированном виде. Вот и литература русская как-то уж слишком связана с совестью. Все эти «не убий», «не укради», «возлюби» – так наивно! А вот в истории можно найти много достойного похвальбы. За жизнь свою нынешнюю нам друг друга уважать не приходится, но ведь была же Великая Отечественная война!

У Высоцкого есть песня про человека, который лежит в гробу «среди квартиры». Он не умер, а как-то странно спит. Странно, потому что в гроб его «вогнали кое-как» и он всё видит и слышит. Видит и почётный караул, выстроившийся у изголовья и «всплакнувший для приличия», видит и «взглядов серию на сонную свою артерию». Слышит речи, произносимые «за долголетие» и «полнокровие». А он лежит, с изумлением задавая себе вопрос: «А что это я тут, собственно, лежу как дурак? Почему бы мне не пошевелиться? Ведь я же знаю, что на самом деле я живой!»

И правда, почему? Вот он, главный вопрос! Этот «полупокойник», лежащий кое-как на столе истории, не просто метафора. Это мы с вами, дорогие соотечественники. И никто, кроме нас самих, не поможет нам разобраться в этой «истории болезни». Потому что опыт наш уникален. Это наша историческая миссия, наш долг перед предшествующими и последующими поколениями – понять, как мы попали в этот «социальный гроб» и как нам выбраться из него.

К ВОПРОСУ «О ВЛАСТИ»
«Вопрос о власти» всегда рассматривался в России как действенное и единственно эффективное лекарство от всех проблем. Все остальные (просвещение, защита прав) если и рассматривались, то лишь как средство на пути вожделенного «взятия». Мол, что там рассуждать, когда надо проявить бесстрашие и… взять власть. Или по крайней мере её поколебать, покачать, потрясти, попугать. А если она «гнилая», то ткнуть – и она развалится…

С другой стороны, и власть привыкла держаться до последнего, пугается всякого шороха, ведь на вилы, как известно, никого не тянет. Как-то даже неприлично не взять власть, если ты порядочный человек. А если пробрался во власть, взял её, сердешную-вожделенную, то уж держись до последнего патрона, никого не подпускай на пушечный выстрел!

Иллюзия эта разделяется повсеместно и, я бы сказала, всесословно. Так думают и тётки в метро, и маститые политологи.

Почему плохо живём? А у элиты проблемы с нравственностью. Вместо того чтобы денно и нощно печься о нас, любимых, она заботится исключительно о себе! Поэтому… надо срочно заменить её другой элитой, хотя кто докажет, что новая будет заботиться лучше? С какой стати?

Ответы могут быть разными. Одни скажут, потому, что она происходит из рабочих и крестьян, из трудовой интеллигенции, т.е. из нас с вами, да и программа у неё будет особая – не антинародная. Ну и что, скажете вы. Про «программу» – это уже было. Была у нас тут Программа КПСС, кстати, не одна. Мало подлости среди «нас с вами»? Вы соседу своему доверяете? Так чем же он во власти будет лучше тех, что там сидят?

Другие скажут: вот в этом-то всё и дело, пустили всякую рвань от станка и сохи во власть, а у них ни благородства, ни манер, ни высокого чувства долга. Шариковы, одним словом! Власть должна быть потомственная, благородная, а лучше, чтобы от Бога… Да, но и такую мы уже тоже имели. За 300 лет господства эта власть «от Бога» довела страну до такого озверения и одичания, что только клочки понеслись по закоулочкам после Великой Октябрьской революции.

Говорят, есть какая-то новая элита, которая обучалась где-то не в России, она ценит экономические знания и будет соблюдать законы. Эта элита вообще жертвенная, поскольку она понимает, что, кроме неё, законы больше никто соблюдать не будет. Поэтому у неё большие проблемы с отсталым электоратом, который как-то подозрительно относится сразу к двум вещам – к идее жертвенности элиты и к тому, что она будет соблюдать законы. Отметим в скобках, при всём моем личном уважении к сторонникам этого направления, электорат в России стреляный (в прямом и переносном смыслах) и недоверчивость его дорогого стоит.

Поэтому, уважаемый читатель, сразу говорю: власть у нас с вами для организации нашей лучшей жизни брать пока некому. Если и научила меня чему-нибудь Великая Октябрьская революция, так это тому, чтобы интересоваться теми, кто не у власти. Вот они меня интересуют.

«ЗА ФЛАЖКИ!»
С чего бы я начала, так это с преодоления страха. И для начала – понять, чего надо бояться, а чего не надо. Страх – полезная штука, когда направлен на правильные вещи. И вредная, когда на неправильные. Надо бояться совершить зло, причинить боль и страдания другому человеку или другим людям. Надо бояться лишить человека жизни. Предавать других и тем более себя. Надо бояться лгать. Бояться потерять уважение других людей. Надо бояться чёрствости и безразличия, когда ты видишь страдания других людей и не помогаешь им, не стремишься им помочь. Надо бояться чувства стыда и неблагодарности по отношению к тем людям, которые отдали свою жизнь или просто что-то сделали для того, чтобы ты жил.

Мне кажется, надо бояться унизить другого человека, а тем более растоптать его человеческое достоинство. И надо бояться снисходительности к себе, когда легко прощаешь себе то, что не прощаешь другим.

А вот чего не надо бояться – так это прежде всего быть самим собой. Это совсем не просто. Быть самим собой – это обо всём думать самостоятельно, иметь своё собственное мнение. А для этого нужно много знать, много читать, много общаться с людьми, интересоваться их мнением, соглашаться или не соглашаться. Учиться слушать, принимать или, наоборот, объяснять своё. Но ведь это невозможно, если ты не уважаешь их, а они не уважают тебя.
Поэтому, чтобы расти и становиться собой в общении с людьми, нужно быть открытым для них и доброжелательным..

Не надо бояться жить иначе. Не надо бояться сказать: нет, я другой, я не хочу вас «понимать». Не принимаю вашу «постсовременную» мудрость, которой на самом деле тысячи и тысячи лет. Не надо бояться уважать людей без корысти, просто за то, что они люди. Ценить и беречь их в каждый момент своей жизни, как бы «сложна» она ни была. И помножьте это на 140 миллионов или сколько там нас ещё есть?

Мир так хитро устроен, что мы на первый взгляд все «отдельные» и каждый сам за себя, один красавец, другой урод, один талантлив, другой так себе, один олигарх, другой бомж, один давит, другого давят. Но когда ты не уважаешь и унижаешь других, ты унижаешь что-то человеческое в самом себе. Там, где люди не уважают и не ценят друг друга, они не ценят и себя. Умножьте-ка на 140 миллионов человек, которые не уважают себя… Получится ад для всех.

Вы спросите: а разве не бросились мы все «уважать» и «ценить» себя по окончании «социализма»? Разве не провозгласили мы лозунг: хватит уравниловки – каждый бери от жизни всё, что может! Долой серость будней военного коммунизма и реального социализма! Да здравствуют острые ощущения и право более сильного, смелого и талантливого подавлять и игнорировать более слабого, трусливого и бездарного! Ну и что?

Я обращаюсь сейчас не к тем, кто там, «внизу», не к этим «подавленным», «слабым» и «неталантливым». Тут всё ясно, им снова плохо и грустно, может, даже хуже, чем при социализме. Обращаюсь к «удачливым» и «сильным» – как вам сейчас здесь, ребята, весело? Что же тогда вы норовите сбежать куда-нибудь от себя? Почему стесняетесь места, где родились?

А всё потому, что нельзя «ценить себя», презирая и подавляя других. Так устроен мир, что мы все люди. И значит, то плохое, что происходит с каждым из нас, отдаётся болью и стыдом во всех. Или гордостью и самоуважением, если кто-то из нас совершает что-то хорошее. Да, течение сейчас, может, и мутное, но не надо бояться идти против течения. Вы скажете, этого мало? Умножьте-ка это на 140 миллионов!..

Алла ГЛИНЧИКОВА, кандидат философских наук. Автор книги «Раскол или срыв «русской Реформации»

Обсудить на форуме

Статья опубликована :

№15 (6219) (2009-04-08)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
4.6
Проголосовало: 10 чел.
12345
Комментарии:
11.04.2009 21:08:04 - полкан полканыч полкан пишет:

самостерилизация

автор права.если страна может быть еще и жива то вымирает она точно- это научный факт. и это необходимо всем понять.иначе ее не спасем. об этом хорошо написано в книге а.зиновьева - фактор понимания.

11.04.2009 12:07:25 - Владимир Павлович Козырьков пишет:

ЧЕМ КОРОВА ХУЖЕ ГЛУХАРЯ?

Уважаемый Валентин Иванович! ТО, ЧТО ВЫ ПИШИТЕ, ПРЕВОСХОДНО. И все правильно. И с Грецией остроумно, и авторов называете хороших. Но все это уже равносильно тому, как грозить кулаком быстро уходящему поезду только потому, что все самое ценное, особенно для Вас, забыли на перроне. Очень обидно, но время не пятится назад. Надо все же быть вместе со всеми в поезде и смотреть вперед, чтобы поезд не врезался во что-то или не сорвался в пропасть при большой скорости. А сейчас все это очень даже возможно, так как наши вагоновожатые далеки до адекватности. Иногда складывается ощущение, что они вообще не понимают, что руководят локомотивом и от их решений зависит жизнь людей. Они готовы даже перескочить пропасть на поезде, зная, что поезда не летают. А вдруг полетит, если хорошо разогнаться. А вдруг и пропасти нет никакой. А вдруг… а вдруг…вдруг. Но скорость все усиливается, так как машинистам и вагоновожатым хочется как можно дальше отъехать от перрона, где Вы остались. Но они не вернутся и не возьмут ничего, что осталось. Такие поезда не возвращаются. Не надо тешить себя красивой иллюзией. ВОТ ТАК И ЖИВЕМ. А Вы говорите дискуссия. Да кому она сейчас нужна? Особенно «Литературке», которая давно перестала быть газетой интеллигенции, являясь частной собственностью и обслуживая ее интересы. Чья собственность? Это как раз легко узнать по инету. Там все хорошо расписано, даже указано, как газеты переходят из рук в руки. А для чего тогда все эти виртуальные бдения? Так для пиара, для рекламы, – для того, чтобы выглядеть современными. Ведь сейчас все блоггеры. Для поднятия рейтинга можно пойти и на допущение какой-то критики, даже резкой, но это для рейтинга, повторяю, а не для выяснения истины. Сейчас все газеты так делают, иначе они умрут своей смертью. Таков закон медиа-бизнеса. Ведь если бы бы интерес в истине, то была дискуссия с участием тех, кто не согласен с идеологией «Вех». Между тем газета печатного вида выходят со статьями веховского тона. Другие для затравки были пущены раньше. Теперь идет эшелон снарядов с веховским тавром. Мне бывает интересно почитать их как эмпирический материал для экспертизы, но что-то я выплескиваю на виртуальные страницы комментариев. Видимо, Вы это заметили. Но я дискуссии и не жду. Видимо, Вас это удивляет. Но для меня это не удивительно. Почему? Об этом ниже. ПОЧЕМУ НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ ДИСКУССИЯ? Дискуссия в режиме Интернета вообще не может получиться. В этом я уже убеждался не раз и приводил в подтверждение этого вывода определенные аргументы. Что-то даже опубликовал: 1. Козырьков В. П. Тройное дно" интернетзнания. Доклад на Интернет-конференции «Социология и Интернет: перспективные направления исследования», с 15.11.04 по 18.02.05. URL: http://www.ecsocman.edu.ru/db/msg/202074.html Или: URL: http://club.fom.ru/entry.html?entry=1883 2. Козырьков В. П. Новые социально-онтологические аспекты коммуникации в развитии образовательной субкультуры //Вестн. ННГУ «Инновации в образовании». Вып. 1 (6). Н. Новгород: Изд-во ННГУ, 2005. URL: http://www.unn.ru/?file=vestniki_journals&anum=1182 3. Козырьков В. П. Аспекты и этапы развития онлайновой российской социологии // Культура. Технология. Цивилизация: Н. Новгород: Изд-во НГТУ им. Р. Е. Алексеева, 2007. С. 150-155. Больше всего материалов о возможности и особенностях диалога в Интернете можете найти на сайте указанной конференции, где я принял активное участие. В 2005 г. журнал «Социальная реальность» фонда «Общественное мнение» подводил итоги этой конференции в двух номерах. См.: 1. Воронин П. Социология и Интернет: дискуссия состоялась // URL: http://bd.fom.ru/report/cat/journ_socrea/number_05_01/gur050105 URL: http://bd.fom.ru/report/cat/smi/smi_int/gur050105 2. Воронин П. Некоторые итоги круглого стола "Социология и интернет: перспективные направления исследования" URL: // http://bd.fom.ru/report/cat/smi/smi_int/gur050206 К сожалению идеи этой конференции не получили необходимого развития, хотя планов было очень много. Причины этого явления я попытался описать в третьей статье указанного выше списка. Если надо, то могу выслать, так как в Интернете ее нет. Если кратко, то итог моих размышлений таков: Интернет создает лишь красивую иллюзию легкой возможности вступать в диалог с любым человеком, поэтому каждый, кто впервые входит в виртуальное пространство, стремится реализовать эту возможность. Я не раз пытался это делать на разных уровнях с 2003 года, но на определенном этапе дискуссия обрывалась по непонятным причинам. Я тщательно продумал причины такой ситуации и пришел к общему выводу, который я уже Вам доложил. В чем же тут дело? Вот некоторые соображения навскидку, так как более подробно я уже писал. 1. ПОЧЕМУ, КАК ВЫ СПРАВЕДЛИВО ПИШИТЕ, УЧАСТНИКИ ДИАЛОГА НАПОМИНАЮТ ГЛУХАРЕЙ НА ВЕСЕННЕМ ТОКУ? Достаточно почитать даже форум данной газеты, чтобы убедиться в этом. Я бы мог оценить эту ситуацию даже более грубо и не столь красиво, как Вы, но тоже в словах, которые описывают то, что делают уже не глухари, а мужчины на своем мужском поприще. Так что одна из причин виртуального диалога – виртуальная, обостряющаяся в определенные сезоны года. Ощущение от этого виртуального зрелища самое печальное, и я поэтому не ввязываюсь надолго в различные чаты взрослых мужчин. Только иногда, и только в исследовательских целях. Уж простите, если использую виртуальную «Литературку» как клетку с кроликами. Но ведь это никем не запрещено и кролики тут не реальные, не живые. 2. ЛЮБОЕ СМИ ЕСТЬ РОД ИСКУССТВА и как искусство создает не реальные продукты, а художественные, имеющие эстетические цели, выраженные в игровой форме. Каждый красуется, как тетерев, распушив хвост. Так что проводимые диалоги есть игра в диалог, а не живой спор, от которого болит голова и в ходе которого могут кое-что начистить. И было бы странно эти разговоры называть дискуссией, если они не имеют продолжения, так как каждый, прокукарекав, может не отвечать дальше, а только наблюдать за тем, что ему ответят на его выкрик в виртуальную пустоту. Ведь гораздо более полезнее кричать в глухом лесу: там хоть эхо может ответить то, с чем ты легко согласишься, так как это твои слова, или поспоришь, если склонен к самокритике. 3. ВИРТУАЛЬНЫЕ ДИАЛОГИ ЛЕГКО ЗАКРЫТЬ и так было уже не раз сделано с очень известными порталами и форумами. Ведь все это информационное хозяйство находится под строгим контролем спецслужб, как известно, и, как в своеобразном Гайдпарке, каждый может выкрикивать в виртуальный рупор, что вздумается, лишь до определенных пределов. Можно что-то сразу или прикрыть, или смодерировать, – или просто замолчать: это самое мощное средство дискредитации или уничтожения своего идейного противника. Все это давно уже поняли и поняли так же, почему вся виртуальная активность общественного сознания не представляет никакой угрозы ни для кого. Сами подумайте: какая угроза и для кого, если вы сидите перед ПК и что-то стучите по клавишам? Самое невинное занятие. Но иллюзия могущества тут присутствует. Каждый ощущает себя чуть не богом или пророком. 4. СТРОГО ГОВОРЯ, ИНТЕРНЕТ - ЭТО НЕ СМИ. Это нашему государству и спецслужбам очень бы хотелось, чтобы Интернет было видом СМИ, так как при этом можно любое высказывание подвести под соответствующую статью по СМИ, по экстремизму и терроризму. Там много таких расплывчатых, но грозных статей, что любого можно привлечь, если он что-то там «расжигает», кого-то «возбуждает», чему-то «препятствует» и т. д. Так что это Вам только кажется, что Вы сидите в своей квартире и Вас никто не видит. На самом деле, как только Вы включили модем, так стали видны как на ладони. Как корова с колокольчиком на лугу. Простите, если шутка слишком груба. Но она правдива. ЧЕМ КОРОВА ХУЖЕ ГЛУХАРЯ?

09.04.2009 15:44:16 - Владимир Павлович Козырьков пишет:

ПУТЕШЕСТВИЕ ИЗ БРАЗИЛИИ В РОССИЮ

В качестве эпиграфов я привожу строчки из стихов А. Блока, отразившего эпоху мертвого общества наиболее глубоко, живо и красиво. 1. СТАТЬЯ ПРЕВОСХОДНАЯ. Написана ясным и ярким языком. Может быть, даже чересчур ясным, так как о некоторых вещах сейчас принято политкорректно умалчивать. Но поскольку в предыдущих статьях «Литературки», посвященных «Вехам», много было подпущено туману, то в среднем смысловая ясность в пределах нормы. Что касается содержания, то статья тоже не выходит за рамки норматива: 70% всем известной информации и остальное из области предположений, провокаций, субъективных ощущений и т.п., что вряд ли можно отнести к научным открытиям, но зато принадлежит авторскому творчеству. В своем комментарии обращу внимание на обе эти стороны статьи, так как они одинаково значимы: анализ общеизвестного позволяет оценить характер и уровень современного обыденного сознания; анализ креативных элементов дает возможность понять, каким образом изменяется современное общественное самосознание. Разумеется, мой анализ носит во многом субъективный характер, поэтому я оставляю за собой право пересмотра его результатов. И начну с процедуры, описанной у А. Блока: Живые спят. Мертвец встает из гроба, / И в банк идет, и в суд идет, в сенат.../ Чем ночь белее, тем чернее злоба,/ И перья торжествующе скрипят./ Посмотрим, что же «перья торжествующе скрипят»

2. Начну с того, что мне хорошо знакомо ощущение автора статьи, которым он делится с читателями. Впечатление человека, побывавшего за границей, бывает действительно очень тяжелое, когда он пересекает российскую границу. И чем дольше пребывание за границей, тем впечатление бывает более резкое и неприятное. И нужно сказать, что в русской истории делиться таким ощущением стало своеобразной традицией. Когда-то оно вызывало настроение А. Радищева, вылившегося в сочинение «Путешествие из Петербурга в Москву». Восстание декабристов тоже было им навеяно. Да можно сказать проще: вся западническая литература питалась этим чувством человека, приехавшего из-за границы. Да у нас даже Н.В. Гоголь «Мертвые души» писал не как иначе, как пересекая границу на «птице-тройке». Правда, есть и позитивные тексты, в которых нет ни жалости, ни боли. Например, Н. Карамзин, будучи молодым, объездил всю Европу и написал «Письма русского путешественника», которые послужили ему, по словам Ю. Лотмана, основой «сотворения себя» (см. книгу Ю. Лотмана «Сотворение Карамзина»). Сразу скажу, что ощущение автора мне понятно и на личном опыте, хотя мне не приходилось долго жить за границей. И все же такое ощущение быстро проходит. Тяжесть возникает от того, что западная культура – это пространство людей-туристов, поэтому там все сделано, чтобы гражданину-туристу было комфортно и удобно. Вернувшись в Россию, турист сразу лишается этого западного блага. Но если бы пришлось жить более долго, то ощущение начало бы изменяться и в стране зарубежного пребывания. Оно бывает настолько тяжелым, что люди любыми путями стремятся вернуться назад, в Россию. И тогда оценка того, каким обществом является Россия, живым или мертвым, сразу изменится. Россия сразу станет не просто живым, а самым родным обществом. Совет А. Блока таков: Как тяжко мертвецу среди людей / Живым и страстным притворяться! / Но надо, надо в общество втираться, / Скрывая для карьеры лязг костей...

3. Теперь, казалось бы, исторические условия другие и при всеобщей глобализации «чувство жалости и боли», возникающее на границе, должно было бы исчезнуть. Да оно и исчезло. Ведь вот что пишет автор: чувство жалости и боли возникает, когда «оглядываешься на нашу историю». Не на другую страну, в которой побывал, а на историю собственной страны, которая не позволила русской путешественнице чувствовать себя в собственной стране так, как в Бразилии. Чувство автора настолько тяжело, что он приходит к выводу о смерти российского общества, разрабатывая целую теорию о «мертвом обществе» и «живом обществе». Сразу скажу, что такая теория больше сказочная, чем научная, больше психологическая, чем социологическая. И все же я воспроизведу фразу, которая заслуживает внимание, в полном виде. Вот она: «Грустное впечатление оставили перечитанные заново «Вехи». Грустное – будто всё повторяется, и мы заходим на новый круг испытаний, и не было этих 100 лет, и непонятно, к чему эти бесконечные жертвы ХХ века со стороны России. Когда оглядываешься на нашу историю, охватывает чувство жалости и боли. Сколько героизма и сколько горя! И во имя чего? Неужели во имя этих безвкусных особняков в Подмосковье или нелепых попоек в Куршевеле?». Действительно, как замечено русским поэтом: Ставим троны иным временам - / Кто воссядет на темные троны? / Каждый душу разбил пополам / И поставил двойные законы. / Никому не известен конец. / И смятенье сменяет веселье. / Нам открылось в гаданьи: мертвец / Впереди рассекает ущелье./

это слышать. За 100 лет столько великого произошло, что не помнить этого нельзя, если человек учился в школе и читал не только статьи и книги либерального толка, в которых о советской истории пишут только с зубовным скрежетом и чтобы только доказать, что ее как бы и не было совсем. Был некий провал в истории, исторический обморок, историческое преступление и т. п. исторические огрызки, которые мало чем отличаются друг от друга, так как все они в совокупности являются «могильной плитой», которую возлагают на «могилу» советского общества. Отсюда еще более странное желание автора статьи: «Это наша историческая миссия, наш долг перед предшествующими и последующими поколениями – понять, как мы попали в этот «СОЦИАЛЬНЫЙ ГРОБ» и как нам выбраться из него». Не буду скрывать, что такие романтические ассоциации времен В. Жуковского, связанные с могилами и гробами, у меня тоже постоянно возникало, и я даже писал об этом недавно в одном из комментариев. Но я никогда не хоронил все российское общество, как это сделал автор статьи. В частности, я писал: «И все же я оптимист. Думаю, что в этом болезненном переживании интеллигенцией случившегося за ХХ век нет ничего страшного, так как сначала нужно глубоко пережить социальную трагедия, чтобы потом можно была ее интеллектуально переварить и осмыслить. История учит, что не бывает безвыходных ситуаций. Поэтому самое худшее, что сейчас можно сделать интеллигенции и что она пытается уже делать, – это корпоративными усилиями написать даже не «Вехи», а ДУХОВНЫЙ САРКОФАГ, под которым должна покоиться советская эпоха. С такой же целью, с какой строятся все саркофаги: чтобы выскочившая однажды внутренняя энергия не выскочила еще раз. Но мы только не должны забывать, что уравнивая социальную активность с радиоактивностью, мы рискуем потерять тех, кто будет готов спасти и спасет мир от более мощных радиоактивных и других смертоносных выбросов истории. Но вряд ли человечество пойдет на самоубийство. Как показал исторический опыт ХХ века, ни одно из государств старого мира не стало жертвенно бороться с нацистской чумой. Уверен в том, что и современный мировой кризис способны вытянуть лишь люди, которыми движет идея создания общества без кризисов. Легко догадаться, как называется такое общество: оно всегда стоит за спиной старого общества и ждет своего часа. Однако новая интеллигенция чурается, как нечистой силы, серьезных разговоров об этом обществе. Ее пока что вдохновляет идея построить духовный саркофаг, лишающий людей исторической надежды. Но это увлечение ненадолго, так как оно противоестественно». (См.: Мы были, есть и будем // http://www.lgz.ru/article/8194/ ). Как могут заметить читатели, автор рассматриваемой статьи подтвердила даже в большей мере, чем я предполагал, мое понимание цели, которую ставит перед собой современная веховская интеллигенция: она создает для России «социальный гроб». Сказано без всяких обиняков, напрямик. Та и надо, – чего там либеральничать и соблюдать ненужную тактичность в наше кризисное время? Как сказано поэтом: Всё равно не хватит силы / Дотащиться до конца / С трезвой, лживою улыбкой, / За которой - страх могилы, / Беспокойство мертвеца. \

 

5. Этой самоцитатой я бы мог ограничить свой комментарий. И все же хочется нечто добавить, чтобы не возникло ситуации недоговоренности. Действительно, как не отреагировать на такие слова автора статьи: «Когда оглядываешься на нашу историю, охватывает чувство жалости и боли. Сколько героизма и сколько горя! И во имя чего? Неужели во имя этих безвкусных особняков в Подмосковье или нелепых попоек в Куршевеле?» Вот, думаешь, гуманистическая реакция русского человека, посмотревшего окрест на манер А. Радищева. Но я все же решил проверить свои ощущения, так как тоже что-то стал уверять себя, что российское общество уже мертвое. Для этого я совершил путешествие из центра города на его окраину, где живу. Кончено, расстояния не те и госграницы нет, но что делать…Что имеем, то и испытываем. Итак, выхожу на улицу. В глаза ударило яркое весеннее солнце, а грудь наполнилась свежим и морозным еще воздухом. И это 9 апреля! По центральной улице города движутся люди в разные стороны. Улица широкая, пешеходная и места для всех хватает. Видно, что никто никуда особо не торопится. Постоянно видишь, как некоторые притормаживают, но не останавливаются, чтобы поговорить по мобильнику. Слышны разговоры и смех, особенно женский. Тут же шмыгают между людьми бродячие собачки и мальчишки на велосипедах и скейтбордах. Те и другие дождались времени, когда можно носиться сломя голову: собаки – в поисках корма и по своим другим собачьим делам; мальчишки носятся просто так, лишь потому, что они мальчишки. Впрочем, девчонки им тоже не уступают. Но вот автобусная остановка. Вижу те же живые лица: кто-то ждет молча, кто-то болтает без умолку, кто-то курит, кто-то объясняет по телефону как варить гуляш и т. п. живые разговоры. Но вот и автобус. Тут степень живости возрастает: нужно очень тактично, но очень быстро занять наиболее удобное место в салоне, чтобы тебе не оттоптали ботинки и не прижали к грязной двери. Толпа людей в автобусе, плотно стоящих друг к другу, совсем не похожа на мертвецов. Если кто-то и задремал, то лишь потому, что слушать плеер. Живость всему автобусу придает кондуктор и водитель, тормозя так резко перед лежачими мертвыми полицейскими, что впору приглашать живого. Я бы мог продолжать описание живой нити российского общества, которая у каждого своя, но ни в коем роде не является нить политической или идеологической. Как только за основу описания общества вы принимаете идеологию, так получаете в любом случае мертвое общество. Если даже за основу анализа общества берется социолог. Редко кому из современных социологов удалось представить современное общество живым. Короче, как сказано у поэта: / Пои, пои свои творенья / Незримым ядом мертвеца, / Чтоб гневной зрелостью презренья / Людские отравлять сердца. /

6. Совсем недавно в статье С. Хоружего мы читали о том, что российской интеллигенции, а вместе с ней российскому обществу пришел конец. Правда, утешало только то, что автор для общества оставил возможность выбора, а не предложил ложиться сразу в гроб. В этой статье все экивоки и все символы отброшены и мы читаем с удивлением, что смерть общества нужно понимать в буквальном смысле. Для раскрытия всей процедуры приведены стихи В. Высоцкого. Создана теория, по которой есть «живое общество» и есть «мертвое общество». В Бразилии – живое, в России – мертвое. Казалось бы, нам всем нужно быстрее спасаться из скончавшегося «социального организма», но автора больше беспокоит другой вопрос: «И может ли продержаться государство в условиях «мёртвого общества»?». Хотя был бы более справедлив другой вопрос: «Не умирает ли общество от того, что этому не препятствует, а даже способствует государство?». Например, государство, не способное справится с коррупцией. И все же в этих теориях нет ничего страшного, так как еще Блок утверждал: Был он только литератор модный, / Только слов кощунственных творец... / Но мертвец - родной душе народной: / Всякий свято чтит она конец. \

7. «Стерильность его общественной среды» -- называется главным признаком «мертвого общества». Как же может быть иначе, если в социальном морге должно быть все стерильно, как и в любом морге: запах формалина, белые простыни, приглушенные голоса редких посетителей и т. д. Российское общество рисуется именно в таком свете. Как говорится, «назвался груздем, ложись в кузов». Понятно, что на основании этой теории любовь к Родине может быть названа некрофилией. Это будет покруче, чем операция И. Сандомирской, которая разобрала идеологему «Родина» на смешные кусочки и выбросила их в мусорную корзину. После прочтения ее произведения «Книга о Родине. Опыт анализа дискурсивных практик» (1997 г.) любить родину должно уже было смешно или стыдно. Теперь же чувство любви к Родине должно быть уже омерзительным. Тем более что, по словам автора, такое общество «ничто не возбуждает». Но все же возникает вопрос: а кто стерилизовал российское общество? С чего это оно вдруг в весеннюю пору потеряло энергию мартовского кота и стало тихой и сонной кошечкой? Еще раз процитируем поэта, знатока мертвого общества: Сердце - крашеный мертвец. / И, когда настал конец, / Он нашел весьма банальной / Смерть души своей печальной. /

8. Автор пишет: «Власть у нас с вами для организации нашей лучшей жизни брать пока некому». Если это оговорка, то фрейдовского типа. Действительно, у нас не то, что негде взять людей для создания органов власти, а некому это сделать. У нас нет институтов формирования власти. В советское время была КПСС. Которая и формировала органы власти. После развала СССР и отмены КПСС этот механизм исчез, а новые не созданы. Но, забегая вперед, процитирую автора: «ми так хитро устроен». Существующая власть долго не мудрствовала и решила поступить хитро: она создала декорации демократического государства, но в действительности сама себя назначает, ничего не сделав для создания местного самоуправления, с которой и начинается формирование таких людей, которые могут управлять обществом. Вначале на местном уровне, а потому в более широких масштабах. Теперь нами правят одни варяги, так как на местном уровне власть захватил криминал. Но вместо того, чтобы создавать органы самоуправления, центральная власть решили воспользоваться замшелыми институтами «преемников», «административного ресурса», формированием карманной партийной системы. Так что проблема отсутствия того, кто мог бы править в России, надуманная, не выдерживает никакой критики. У нас много честных и талантливых людей, но их просто не допускают к власти или они сами не хотят, так как не каждый хочет и может работать в атмосфере коррупции. Что касается резервов и новых «петровских птенцов», воспитывающихся в гарвардах, то тут чисто политический прицел: нужны люди, которые настолько оторвались от российских проблем, что им будет все равно, что будет с Россией. Их уже не будет охватывать «чувство жалости и боли», которое охватило автора статьи, вернувшегося из Бразилии в Россию. Их будет охватывать чувство, похожее на то, которое описал в стихах А. Блока: Упоена красивыми мечтами, / Ты укоризны будешь слать судьбе. / Украсишь ты нежнейшими цветами / Могильный холм, приснившийся тебе. \

9. «С чего бы я начала, так это с преодоления страха. И для начала – понять, чего надо бояться, а чего не надо». Хорошее предложение. У меня есть свой список страхов российских граждан. Он не такой возвышенный, как у автора статьи, но зато реальный. Надо бояться диких собак, так как они кусаются. И число укушенных постоянно растет. Да что собаки! У нас даже вороны стали источником страха, так как нередки случаи вороньей агрессии. Надо бояться преступников, включая маньяков, особенно ночью, поэтому лучше вообще не показываться на улице без телохранителей. Но, похоже, я опоздал с этим советом, так как новые русские давно уже это поняли и число телохранителей у нас сейчас больше, чем в РА. Надо бояться обещаний и решений правительства, так как после каждого решения жизненный уровень населения снижается. Если даже на какой-то момент он повышается, но всегда есть страх, что при следующем решении он резко снизится. Так что я не совсем согласен с автором: страх - полезная штука, когда направлен на НЕ правильные вещи. Если же у человека сознание такого, как это описано в следующих стихах Блока, то случай безнадежный: общество всегда будет казаться мертвым. А виноградные пустыни, / Дома и люди - всё гроба. /

 

10. «Не надо бояться жить иначе». Как помнит читатель, по версии автора «быть самим собой» нас научил отказ от социализма. Призыв «не надо бояться жить иначе» я недавно слышал по ТВ из уст бомжа, который доказывал, что у нас каждый имеет право «на свой выбор». Он выбрал путь бомжа. И я его должен уважать за этот выбор, так как «не надо бояться уважать людей без корысти», а корысти в бомжацкой жизни у него никакой. Но журналист почему-то забыл спросить, как к этому выбору относится мать этого молодого бомжа. Забыл посмотреть, как действительно живет этот бомж, а не разглагольствует об этом перед телекамерой из-за мелкого честолюбия быть показанным по ТВ. И замечу еще: нет такой компании, где бы больше и чаще произносили слова об уважении друг друга, чем это делают в компании собутыльников. Видимо, побывав в Бразилии, автор забыла этот золотой обычай родной стороны. Очень странное возникает ощущение: в прошлый раз С. Хоружий призывал нас реабилитировать русское народное сознание, очищая его от революционной порчи. В этом номере «Литературки» нас призывают уважать друг драгу и самих себя. Неужели это и есть рецепт избавления от злосчастной порчи? Но как же уважать друг друга в мертвом обществе? Примерно так, как у Блока? Дохнула жизнь в лицо могилой - / Мне страстной бурей не вздохнуть. / Одна мечта с упрямой силой / Последний открывает путь: / Пои, пои свои творенья / Незримым ядом мертвеца, / Чтоб гневной зрелостью презренья / Людские отравлять сердца. \

так хитро устроен». Это уж точно. О хитрости мира сего писали многие авторы. Немало страниц этому посвятил Гегель, создав даже целую теорию об «иронии истории». Эту теорию перенесли Маркс и Энгельс, поэтому у них понятие иронии истории не сходило с языка и позволило обратить внимание на многие «хитрости» устройства мира. Хитрому устройству мира когда-то удивлялся Н. В. Гоголь, мучаясь чувством, что не может подать руку нищему на улице в силу своей эстетической брезгливости. Этому удивлялся А.И. Герцен, поддержав в полемике с Д. Миллем о проблеме свободы вывод том, что современное общество «китаизируется» (как и сейчас!) и становится похожим на «паюсную икру в банке». Этой же хитрости удивлялся К. Леонтьев, но, одновременно, восхищаясь «цветущей сложностью» общества. Таким образом, предела хитростям мира нет конца и не предела удивлениям этой хитрости! Мир хитро устроен, но автор все же решил удивить нас еще одной хитростью, утверждая: «разве не бросились мы все «уважать» и «ценить» себя по окончании «социализма»?» Я что-то не помню этого всеобщего братания. По телевизору не показывали, шествий, типа кришнаитских, не происходило. Где же и когда оно произошло? В 1993 году, когда разбомбили здание Верховного Совета, где заседали народные депутаты? В ГД, где заседает более двухсот миллионеров? В ФС, где не только миллионеры, но и миллиардеры не редкость? В шествиях «наших»? Или все же в кругу братков, для которых началась золотая полоса их многотрудной жизни? Или все же сейчас, когда обострился мировой экономический кризис и государство спасает финансовую систему социалистическими методами, раздавая частным банкам национальное богатство? Вот мы, какие крутые русские, что нам ничего не жалко … для спасения самих себя. Ну, очень хитро устроен этот мир, господа россияне! Тем более что это устройство мертвого общества. Как у А. Блока: Так век, умчавшись беспощадно, / Встречая новый строй веков, / Бросает им загадкой хладной / Живых, безумных мертвецов... /

идти против течения». Против какого течения нужно идти автор не уточняет. Это тем более непонятно, что автор обращается к социальной элите, к тем, кто удачлив и силен. Против какого течения им идти? Против самих себя что ли? Возможно, что кто-то так и сделает, что не раз было в истории, когда отдельные представители класса сытых шли «в народ». Но где автор набрала таких людей на 140 млн. Самой социальной элиты-то несколько миллионов, а тех, кто идет против самого себя, их и того меньше. Да и не так это просто 0 идти против себя. Даже по содержанию данной статьи можно судить, как это трудно сделать. Автор старается угодить «и нашим, и вашим». И социальной элите, за их возможность быть белыми и пушистыми, и социальному дну, призывая его не шалить и не колебать властные треножники. Короче говоря, «ребята, давайте жить дружно!». Но послушаем еще поэта. На этот раз о сытом обществе, к которому взывает автор статьи: Довольных сытое обличье, / Сокройся в темные гроба! / Так нам велит времен величье / И розоперстая судьба! / Гроба, наполненные гнилью, / Свободный, сбрось с могучих плеч! / Всё, всё - да станет легкой пылью / Под солнцем, не уставшим жечь! / СУДЬБА МЕРТВОГО ОБЩЕСТВА, ОЦЕНКУ КОТОРОГО ДАЕТ А. БЛОК, МНЕ БОЛЬШЕ НРАВИТСЯ.



09.04.2009 13:13:25 - Сергей Станиславович Костин пишет:

"Любовь" и правда.

В старину говорили: чтобы полюбить, надо ослепнуть. У г-жы Глинчиковой мнение особое: «искренней любви» без правды нет. Так как древние «искренней» по всей видимости не знали, оставим сие нововведение в её полное распоряжение, мы уж по-стариковски. Это нашим философам без «стерилизации» никакая философия не в радость. Иначе как с берегов латинских им бы берега китайские разглядеть? А окажись наш брат даже одним глазом на пляже в Бразилии, где была бы хоть одна, кто этих проклятых «Вех» не читала, и гори тогда синим пламенем общество любое, и «мертвое», и «живое». Милые дамы, не читайте вы ту чёртову книжицу, и на ночь особенно. А лучше порадуйте своего мужичка стопочкой, пройдитесь перед ним туда-сюда, как вы это умеете, да шепните ему, что только на самое ушко сказать можно. И никаких вам после этого снов со всякой разной «самостерилизацией».


Алла ГЛИНЧИКОВА


Выпуски:
(за этот год)


©"Литературная газета", 2007 - 2013;
при полном или частичном использовании материалов "ЛГ"
ссылка на
www.lgz.ru обязательна. 

По вопросам работы сайта -
lit.gazeta.web@yandex.ru

Яндекс.Метрика Анализ веб сайтов