(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Портфель ЛГ

Ночной перекрёсток

ЛИТЕРАТУРНЫЙ РЕЗЕРВ

Карина СЕЙДАМЕТОВА, живёт в Новокуйбышевске Самарской области. Участница всероссийских семинаров-совещаний молодых писателей в г. Каменск-Уральский Свердловской области (2007 г.) и г. Выкса Нижегородской области (2008 г.). Студентка заочного отделения Литературного института.

***
Ночь купальская льнёт полынно
И мерещится бузиной.
Приоконной грустит калиной,
Нараспев говорит со мной.
Горько-горестный ропот ивный
Полон чувства былой вины…
Морок бродит тропой крапивной
И ворует с каштанов сны.
Мне в купальской ночи зловещей
Всё труднее вперёд идти.
Только ведала сон я вещий
И уже не собьюсь с пути.
Вот он – папоротник в цветеньи…
Я, подобно цветку в лесу,
Ненаглядное вдохновенье,
Не оглядываясь, несу.
А в ладонях щебечет лето,
Льётся с пальцев нездешний свет,
Озаряющий путь поэта,
На котором покоя нет.
В звёздном отблеске под ногами
В эту ночь каждый камень – синь!..
Разойдусь по воде кругами
И, как в вечность, нырну в полынь.

***
Сидела одна за пряденьем кудели.
Народные песни протяжно певала.
Дитя в древнерусской резной колыбели
Лебяжьей рукой величаво качала.
Отколе ж ненастное время настало
Гостить непогодицей во поле мглистом?
Родная, очнись! Как издревле, бывало,
Разлей-расплещи звонкий смех
серебристый.
В пшеничные косы неспешно вплетая
Просторы славянские, дали родные,
Преданья заветные отчего края,
Копи свою ратную силу, Россия!

***
Любимой не меня зовёшь.
Глаза в глаза – не я.
Ты мимо, миленький, пройдёшь.
Я чья-то – не твоя!
Любви прошедшей не жалей…
Смотри на небо – там
Несётся стая журавлей
К несбыточным мечтам.
Различна наша высота.
Ранимость душ – одна.
Недостижимая мечта,
Как воздух, нам нужна.

***
Предрассветная чуткая алость…
Волга павой плывёт в тишине.
То, о чём так надменно мечталось,
Навсегда отоснилось во сне.
Видно, душу подводным теченьем
Напитала мне Волга-река,
Чтоб молчаньем-речением-пеньем
Прославляла её на века.
Переливчатой волжскою песней
Я спою про нездешний уют…
И не может быть песни чудесней,
Что в родимой сторонке поют!

***
В октябре мне уже всё равно,
Что за окнами – дождь или снег…
Вечно грустною суждено
В этот месяц родиться мне.
Повидаться раз в год хотя б
Нам с тобой наконец привелось,
Горький батюшка мой – октябрь,
Дорогой мой позимник-гость!
Рдяной терпкой рябины гроздью
Не кровавь ладони моей.
Но вечернею непогодью
Дождь искристый в бокал мой налей.

***
Ночной перекрёсток
похож на распятье.
Дороги не видно вблизи и вдали.
Здесь линии счастья,
как в древнем заклятье,
Вновь с линией жизни
сойтись не смогли.
Распутица схлынет.
Распустится вишня,
Зажжётся от неба пасхальной свечой.
И сладостный ладан
лампады всевышней
Окутает вновь перекрёсток ночной.
Российские вехи – кресты да овраги.
Но в каждой былинке –
державная стать,
В ветрах – отголоски
имперской отваги,
Эпичность в дожде,
что античной под стать.
Так нам ли тужить
окаянною грустью,
Веками смирять
огнепальный свой пыл?
Здесь реки стремятся
к желанному устью,
Какой бы разор на Руси ни царил.

***
Во ближних разуверяясь,
веришь в Бога.
Пусть множество дорог,
но путь – один.
Тот путь ведёт от отчего порога.
И он тебе – Господь и господин.
Земная жизнь расхристана
всечасно…
Винить судьбу –
что призрака винить.
Лишь в юности так дерзко,
так напрасно
Мы тщимся мир подлунный
изменить.
Укрыта зябким инеем потери,
Прискорбная планида суждена –
Стучаться в заколоченные двери
И вглядываться в пустоту окна.


***
Такой неземной покой
Царит среди бурь и гроз!..
Где высь говорит с горой –
Цветок эдельвейса рос.
Корнями вплетался он
В расщелины твёрдых скал –
Мечтой своей окрылён,
Тропу в небеса искал.

***
В волжских зарницах
Годы уносятся вдаль, но всё так же
Эту тропу у легенды на страже
Стрелами звёздного чертополоха
От суеты охраняет эпоха.
Здесь, где разбойные волжские дали,
Две атаманши пригожих гуляли.
В Девьих горах понемногу шалили –
Ножичком вострым купчишкам
грозили.
Нравилось дюже (гласило преданье)
Справных попов им обкладывать
данью.
И на пути в чужедальние страны
Грабить по Волге судов караваны.
Ежели кто не желал чернобровым
Дань отдавать подобру-поздорову,
То озорницы в приливе веселья
Веники жгли на купеческом теле.
В сердцем народном сохранны
те были,
Как разудало сестрицы шалили.
Взяв у богатого, с бедным делились –
Этим народу в веках пригодились!
Что отражается в волжских
зарницах?
Отсвет закатных пощёчин
на лицах…
Не по причине ль тех жгучих гуляний
Девичьи горы зовут Жигулями?..

***
Я тебе подарю
Нежные небеса,
И закат, и зарю,
Разные полюса.
Брошу Млечный Мост
Нам под ноги…
Зажгу луну.
И монистом звёзд
Тишину вселенной спугну.
Опьянясь луной,
Что стекает с усталых век,
Незабвенный мой,
Обо мне позабудь навек.

Статья опубликована :

№16 (6220) (2009-04-15)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
4,5
Проголосовало: 2 чел.
12345
Комментарии:
28.09.2010 18:42:35 - Максим Сергеевич Ершов пишет:

Поэзия равна фантазии?

Это легкое недоумение посещало меня за чтением подборки не раз. Мне нравится зрелый подход к теме и мировоззренческое спокойствие Карины. Но вот метафоры... Да, "метафора - мотор формы", как утверждал Андрей Вознесенский. Только вот часто получается у нашего брата, что метафора не только мотор (в смысле - позволяющая двинуть стихотворение дальше, порой направляя поэта по неожиданному для него самоого пути, вмешиваясь в его замысел), а и фиговый листок, позволяющий прикрывать поэтские пустоты весьма поэтичными словесами. Относительно Карины, это лучше всего видно на примере последнего стихотворения подборки. Героиня рушит половину земного и небесного мира, "бросает Млечный мост под ноги", сжигает луну и т.д... Казалось бы - апогей раскрытия всепоглощающего чувства к герою, после всех этих слов обычное "Я тебя люблю" - просто бледная поганка... Но, оказывается, Вселенная перевернута не для выражения любви, а для ее отрицания. Когда потеки расплавленной горением луны, протекая по векам, достигнут горла героя и начнут его пьянить, он должен забыть о героине навек - ни больше и не меньше. Такой вот прощальный жест. Немотивированный (ну кто в реальности будет танцевать на звездах ради того, что ему не нужно?) ничем, кроме... желания поэффектней оставить о себе память. Противоречиво как-то, не правда ли, если помнить - "забудь обо мне". Впрочем, если тут мы имеем дело с женской логикой ("если женщина сказала "нет", это значит, сказала "да"), то... Поищем логику (не метафорическую красивость - поэтичную и словесно оснащенную до потери всякого смыла) в зачине предыдущего произведения: "В волжских зарницах, где годы уносятся вдаль, но все также эту тропу у легенды на страже стрелами звездного чертополоха от суеты охраняет эпоха..." Ну, вот совершенно не очевидно для меня, то в волжских зарницах годы уносятся вдаль, что тропы охраняемы легендой, нет, оказывается не легендой, от суеты - эпохой (это нашейц-то эпохой и от суеты?), вооруженной не больше не меньше, чем стрелами звездного чертополоха... Неочевидно, хоть и красивый вышел у поэтессы набросок очень сложного, полумистического/полукосмического образа. Злой человек, может, сказал бы - "нагромождение небывалого". Я не скажу, ибо понимаю, все же, что - поэзия. Так, значит, поэзия равна буйной фантазии? Красивости небывалого? "Взяв у богатого, с бедным делились, эти народу в веках пригодились". Век бандитский короток, так как же быть с "веками"? Память о них согревала сердца? Не знаю. Скорее, рефлекс: раз "народ", то и "в веках" - на одной линии пафоса... Однако, не удивительно это. Что развилась у Карины привычка к взрослым словам... с чужого огорода


Карина СЕЙДАМЕТОВА


Выпуски:
(за этот год)