(499) 788-02-10Главный редактор
Ю. М. Поляков

Сайт Юрия Михайловича Полякова: www.polyakov.ast.ru

Контактная информация:
109028, Москва,
Хохловский пер., д. 10, стр. 6
(499) 788-00-52 (для справок)
(499) 788-02-10
Email: litgazeta@lgz.ru
Забыли пароль?
Регистрация
Поиск по сайту


Форум "ЛГ"
|||||||||

Первая полоса

Анкета «ЛГ»

Накануне 80-летия возобновления выпуска «Литературной газеты» мы обратились с двумя вопросами к нашим авторам, которые давно публикуются на страницах «ЛГ», и друзьям газеты.

1. Какие воспоминания сохранились у вас как читателя и автора о «Литературной газете» советского времени?

2. Что из опыта «ЛГ» того периода стоило бы, на ваш взгляд, использовать сегодня?

Сергей МИРОНОВ, председатель Совета Федерации ФС РФ

1. В те годы именно «Литературная газета» была главной газетой всех мыслящих людей. В каждом номере газеты были материалы, над которыми хотелось думать. Газета раздвигала границы официальной идеологии, учила смотреть по-новому на многие привычные вещи, учила мыслить, вводила в культурный и духовный обиход новые темы, новые сюжеты. Публиковаться в «Литературке» была честь и привилегия, доступная немногим. Когда я работал геологом в Монголии, «ЛГ» была одним из тех изданий, которые я читал с особым интересом. Думаю, что именно «ЛГ» была настоящим лицом советского интеллигента, без неё интеллигенция была бы иной.

2. Хотя сегодня, как сказал поэт, совсем другие времена и взошли иные имена, пожелал бы газете не изменять своему курсу на особое внимание к проблемам нравственным, моральным. Ибо сенсациями нас кормят сегодня много, а вот дать нравственную, духовную оценку происходящему дано немногим.

Николай ПЕТРАКОВ, академик РАН, печатается в «ЛГ» с 1985 года

1. «Литературная газета» в советские времена могла позволить себе то, что никто другой себе не позволял. У неё был такой статус. На её страницах обсуждали даже такие вопросы, как реформирование государства и общества. Регулярно появлялись ярко написанные, правдивые бытовые истории. Всё это было чрезвычайно важно тогда не только для мыслящих людей, но и для всего общества.

2. После долгих метаний перестроечного периода «ЛГ» удалось найти своё достойное место среди других российских изданий. Но 16-я страница в советское время была смешнее и острее.

Константин ВАНШЕНКИН, поэт, печатается в «ЛГ» с 1952 года, лауреат премии имени А. Дельвига

1. Первый раз случайно «напал» на «Литературную газету», которая тогда размещалась на улице 25-го Октября, ныне Никольская улица. Это была первая редакция, в которой я оказался после войны в начале 1947 года ещё в военной форме. Тогда я был немного изумлён и одновременно разочарован. Меня так радушно встретили, что я решил: меня сразу и напечатают, а в редакции удивились, что я так подумал. Печатать меня в «ЛГ» стали позже.

2. В те годы была замечательная атмосфера – по человечности, заинтересованности друг в друге. В редакцию приходили незнакомые авторы, общались, читали  друг другу стихи. Сегодня такое трудно представить.

Зорий БАЛАЯН, публицист, печатается в «ЛГ» с 1968 года

1. Впервые я взял в руки худенькую четырёхполосную «Литературную газету» в 1954 году на борту линейного корабля «Октябрьская революция» на Кронштадтском рейде. Дал её мне замполит линкора. До этого я регулярно читал лишь газеты «Советский спорт» и «Комсомольская правда». Впечатление от новой для меня газеты было необычным и непривычным. В этом номере было всё. И рассказы, и стихи, и статьи, и рецензии на книги, и юмор. С тех пор вот уже 55 лет я не расстаюсь с «Литературкой». Она удивляла и поражала не только меня, но и всё моё поколение. Помнится, как в пору культурной революции в Китае «ЛГ» лукаво перепечатывала без всяких комментариев ту или иную публикацию из китайской официальной печати, эффект был невероятным: никакие аналитические комментарии не смогли бы так ярко раскрыть всю суть и весь смысл несусветного абсурда. В 1967 году, в дни празднования 50-летия Октябрьской революции, газета вышла абсолютно непохожей на устоявшиеся стандарты советской периодической печати не только «своим» оформлением, иллюстрацией, подачей, объёмом. В ней была целая тетрадь со своей ставшей вскоре легендарной 16-й страницей. К этому времени я, камчатский врач, активно печатался во многих, как тогда говорили, центральных газетах, но заоблачной мечтой оставалась для меня «Литературная газета». И вот через год, 9 октября 1968 года, в ней опубликован пространный мой материал «Это – Камчатка...». И с тех пор она стала для меня родным домом и наряду с Рязанским медицинским институтом – альма-матер. Так что я недавно в кругу друзей отмечал 40-летний юбилей литгазетовца. В качестве собкора газеты по Армении опубликовал великое множество очерков, эссе, репортажей, статей и позволю себе сказать сегодня, может быть, о самом важном: бесспорно, самое цитируемое советское издание в мире активно влияло и воздействовало на общественное мнение, впоследствии невольно став своеобразным предвестником перестройки. Над этой непростой темой я работаю давно и готовлю обстоятельный материал. А пока, забегая вперёд, хочу лишь сказать о том, что мы в «Литгазете» вовсе не о такой перестройке мечтали, по крайней мере ни одна из наших статей, даже из самых острых, вызывающих бурную реакцию в стране, не могла стать предтечей к Беловежью, которое состоялось вопреки сущности и духу художественной публицистики «ЛГ» и многих других советских изданий. Увы, это правда.
 
2. Дело в том, что «Литературная газета» и сегодня продолжает многие традиции именно того периода. Речь о том, что и сейчас большинство материалов несут в себе заряд действенности. Как и прежде, газета пытается раскрывать актуальные темы, печатает отклики, чтобы реализовать ту или иную идею, чтобы поднимать ту или иную проблему, требующую разрешения. Однако огромная разница заключается в том, что тогда не было такого, чтобы ни один острый материал не оставался не только без внимания широкой общественности, но и властей. Достаточно привести хотя бы один пример из моей практики. В июне 1987 года в «ЛГ» был опубликован острый мой материал «Ереван в беде. До каких пор?». Буквально на следующий день председатель Совета министров СССР Николай Иванович Рыжков своим официальным решением отправил в столицу Армении правительственную комиссию, которую возглавил его заместитель. Примеров таких было тьма. И ещё мы, авторы, сами следили за действенностью публикаций и развитием тем, которые разрабатывали, как правило, всей редакцией. С великим сожалением хочу заметить, что с развалом СССР произошло кроме всего прочего самое бессмысленное и самое, кажется, страшное: вместе с водой мы выплеснули ребёнка.
ЕРЕВАН

Захар ПРИЛЕПИН, прозаик, поэт, публицист, печатается в «ЛГ» с 2004 года

1. «Литературную газету» выписывал мой отец, я до сих пор помню, как возвращаюсь домой из школы (мы жили в общежитии) – а там лежит пухлая «Литературка». Я читал, естественно, последнюю страницу, смешную, и все стихи. Но всерьёз советскую «Литературку» я открыл совсем недавно: когда писал биографию Леонида Леонова для серии «ЖЗЛ» и перечитал, перелистал добрую тонну подшивок газеты лет за пятьдесят. Это, конечно, был отличный, мощный корабль, который кого-то сбрасывал с борта, кого-то поднимал на борт. Вне моральных оценок перечитывать это дико интересно.

2. В сегодняшней «ЛГ» мне не хватает шаржей на писателей – тогда они публиковались постоянно. И через эти шаржи, не поверите, устанавливались литературные иерархии. Помню такой шарж года 1935-го: на верхней палубе – Шолохов, Толстой, Тихонов, ниже – Всеволод Иванов, Павленко, Безыменский, Сельвинский… а Пастернак плывёт за пароходом на утлой лодочке. Кто-то тонет, Афиногенов, кажется.

Я повторяю: если не вспоминать, чем кончилась судьба многих литераторов (Михаил Кольцов на том же рисунке пролетает мимо на самолёте), – но воспринимать это как пособие к истории литературы, то читать газету – просто упоительно интересно.

А шаржи я бы возобновил в газете. Вот эту традицию – устанавливать иерархии (но делать это с юмором!) – я бы вернул. В остальном нынешнее состояние «ЛГ» кажется мне вполне уверенным. На мой вкус, она консервативна порой чуть сверх меры… но и это при нашей жизни чаще плюс, чем минус.

НИЖНИЙ НОВГОРОД

Андрей ДЕМЕНТЬЕВ, поэт, печатается в «ЛГ» с 1971 года

1. В прошлом мне нравился тираж «Литературной газеты» – шесть миллионов экземпляров. Значит, шесть миллионов читателей (не только в Москве и в России, но и во всех 15 республиках СССР) могли и хотели читать обо всём, что рассматривали на её страницах писатели, публицисты и сотрудники редакции. А если учесть, что «ЛГ» была в какой-то мере семейной газетой, то тираж её увеличивался раза в три.

2. Я бы, наоборот, из нынешней практики «ЛГ» в творческие будни прошлого перенёс широкий охват тем и терпимость к инакомыслию. А из прошлого, по-моему, надо взять умение шире и чаще обсуждать экономические и политические проблемы, которые сегодня всех волнуют.

Александр ПРОХАНОВ, прозаик, публицист, печатается в  «ЛГ» с 1968 года

1. Двойственное у меня чувство к «Литературной газете» советского времени. Во-первых, она пригласила меня, никому не известного молодого человека, у которого не было книг, практически с улицы взяла и поручила серьёзное задание – поехать на остров Даманский во время советско-китайского конфликта в 1969 году. «ЛГ» резко расширила мои горизонты и возможности, ввела в круг уникальных людей и идей. Именно она посылала меня во все горячие точки локальных советских войн. И я служил газете, как служит солдат своей армии. Во время горбачёвской перестройки газета резко поменяла ориентацию, став радикально-либеральным изданием. И она же первой из всех нанесла удар мне в спину. Стала осуждать за военные поездки, в частности, афганские, за мои очерки и рассказы об армии и советской военной техносфере. За те материалы, которые я публиковал на страницах «ЛГ», за материалы, добывая которые, я рисковал жизнью. Это был уникальный опыт предательства и вероломства. Каждый человек должен ощутить на себе предательство близкого человека или близкой идеи. «ЛГ» подарила мне этот опыт. Спасибо ей.

2. Думаю, что опыт сегодняшней «Литературной газеты» во многом повторяет опыт советского прошлого. Ю. Поляков создал газету, в которой присутствует как либеральная, так и патриотическая энергии, вернул изданию полифонию. Есть актуальная политика и актуальная литература. Беда лишь в том, что сегодня СМИ не влияют на политику так, как влияли в советские время. И те же литературные произведения абсолютно  не влияют на текущие дела в стране и Кремле. Поэтому, воспроизводя прежнюю «ЛГ», сегодняшнему руководству газеты не удаётся достичь тех миллионных тиражей и того гипнотического воздействия на интеллигенцию, которые были в советское время. Это объясняется тем, что изменилась среда, в которой действуют как «ЛГ», так и любое другое издание.

Олжас СУЛЕЙМЕНОВ, писатель, Чрезвычайный и Полномочный Посол, постоянный представитель Казахстана в ЮНЕСКО, печатается в «ЛГ» с 1959 года

1. Её называли по-домашнему просто – «Литературка». Потому что любили. Она в отличие от всех других московских газет имела характер и собственное мнение. Для нас, её тогдашних читателей и авторов, именно способность выражать и отстаивать собственное мнение определяло суть понятия «свобода слова».

2. Теперь её чаще называют сокращённо – «Литгазета». И сама литература на всём культурном пространстве бывшей державы сократилась, ужалась, скукожилась. Но есть надежда, потому что и во времена ничем не стеснённых словесных вольностей читатель испытывает тоску по истинно свободному писательскому слову. На этой тоске и нужде, как на чернозёме, может снова взойти «Литературка».

Камал АБДУЛЛА, прозаик, печатается в «ЛГ» с 2006 года

1. Автором «ЛГ» в те годы я не был. Но как читатель с нетерпением ждал среды – дня выпуска свежего номера газеты. «Литературка» тогда была, без преувеличения, глотком свежего воздуха в затхлой атмосфере застойного периода. Проблемы, поднимаемые в ней, были не только литературные, они затрагивали многие стороны политической и социальной жизни, будили мысль, понуждали критично осмыслять действительность. Нравилось и то, что газета не была просто фиксатором тех или иных событий и явлений, но активно и успешно вмешивалась в решение серьёзнейших государственных и общественных проблем. Вспомним хотя бы чёткую позицию «ЛГ» в дискуссии по поводу идеи переброса на юг северных рек, что могло бы привести к глобальной экологической катастрофе.

2. «ЛГ» в 60–80-е годы не только широко освещала литературную жизнь страны, но и старалась высветить основные тенденции и направления развития многонациональной литературы страны.

Были и отдельные рубрики, которые следовало бы воссоздать. К примеру, «Два мнения об одном произведении» всегда вызывали исключительный интерес читателей. В истории газеты были разные периоды, к примеру, мы помним 90-е годы, когда она не могла конкурировать с другими популярными изданиями. Сегодняшняя «Литературка» снова стала главной литературной и духовной трибуной России. И не только России. Отрадно, что сегодня газета осваивает новые литературные пространства. Важно, чтобы эти публикации не носили случайный характер, а были своеобразным трамплином для воссоздания целостной картины современного литературного процесса. А это, конечно же, один из тех шагов, которые приводят к продуктивному диалогу цивилизаций.
БАКУ
 

Геннадий ЖИВОТОВ, заслуженный художник России

1. В советские времена «ЛГ» была для меня главной газетой. У каждой цивилизации должна быть «крыша». Она создаётся историей, литературой, сказками, мифами и потом поддерживается книгами, газетами, журналами. Как только она начинает протекать, дом рушится. Дом у нас был большой, стены его всё время передвигались, комнаты то и дело перепланировывались, но крыша была незыблемой. По моему глубокому убеждению, дом-страну держит не экономика, а вот эта «крыша». И «ЛГ» составляла весьма значительную её часть.

2. «ЛГ» советской эпохи не была, что называется, корпоративным изданием, она была газетой интеллектуального багажа для самых разных людей. Нынешнюю «Литературку» можно сравнить с мостом, переброшенным через пропасть 90-х, которая соединяет ту, прежнюю газету, с новыми временами. Хочется, чтобы она как можно скорее из моста снова превратилась в «крышу».

Владимир МЕНЬШОВ, народный артист России, кинорежиссёр

1. С ходу вспоминаешь даже не саму газету, а день её выхода. Как ты ждал, когда принесут почту, или, если не успевал подписаться, бежал в ближайший киоск, чтобы успеть купить свежий номер, потому как раскупали его моментально. В каждом номере был острый, сенсационный материал. А сколько было интересных рубрик! Мне очень нравилась «Если бы директором был я», которая очень будоражила читателей. Любил аналитические статьи. С газетой сотрудничали Примаков, Бовин – люди очень компетентные, обладающие весьма редким по тем временам качеством – они не впадали в славословие. Каждая статья – буквально по лезвию бритвы. Газету начинал читать с 16-й полосы. Это был такой взрыв юмора. Лучшее из этой рубрики потом было напечатано отдельными изданиями. До сих пор многое перечитываю с удовольствием. Сейчас эту страницу читать грустно. Возникает даже мысль, а может, от неё совсем отказаться? Хотя это, разумеется, не вина газеты. Просто время сейчас не то для острого, злого юмора, который моментально уходил в народ.

2. Что-то конкретное из прежнего опыта переносить в нынешнюю газету, наверное, сложно. Но вот чего бы очень хотелось, так это чтобы, как тогда, в любой интеллигентной компании можно было услышать: «А вы вчера в «Литературке» читали?!»

Игорь БЕЛЯЕВ, кинодокументалист, профессор, лауреат Государственных премий СССР и России

1. Впервые я переступил порог «Литературки» как раз посреди прошлого века, когда кончилась сталинская зима, а «оттепель» хрущёвская ещё не наступила. Студентом МГУ пришёл на стажировку на Цветной бульвар, чтобы стать «ближе к жизни». Но никакой жизни в ту пору в газете не было. Было тихое учреждение, которое выпускало четырёхполосную газету без острых проблем, впрочем, как и другие издания в ту пору.

По-настоящему заинтересовался газетой во времена Рюрикова и потом Чаковского. Когда руководит крупный человек, то и газета становится крупной. Во всяком случае, вплоть до горбачёвского лихолетья, мне кажется, «Литературка» была главной газетой для думающей интеллигенции. Особенно когда в ней печатались крупные писатели. Тогда приходилось читать с карандашом.

2. Вообще в самом названии газеты, мне кажется, заложено некое противоречие. С одной стороны, как газета, она должна разговаривать с народом на «суконном», газетном языке, с другой стороны, как литературная – писаться «живым словом». Это противоречие успешно разрешается, когда авторами «ЛГ» являются настоящие писатели.

Нынешняя «Литературка» –  серьёзное и умное издание. Жаль, что не все полосы равноценны и занимают единую позицию. А ведь не нами придумано: «В одну телегу впрячь не можно коня и трепетную лань». Не можно соединить под одной крышей католиков и протестантов, славянофилов и западников, маргиналов и патриотов. Головы и так набекрень поехали от «свободной» информации. Хочется более твёрдой и ясной позиции газеты. Только тогда у неё будут настоящие сторонники и настоящие противники. А о «ЛГ» заговорят на каждом перекрёстке, даже и на телевидении. Хотя и сейчас страницу ТелевЕдения очень даже читают, и особенно, как я знаю, на ТВ.

А ещё хочется больше слышать в газете «глубинку». Ведь Россия и литература не кончаются за Садовым кольцом. За Садовым Россия только начинается.

Виталий ВУЛЬФ, телеведущий, художественный руководитель радио «Культура»

1. Я всегда выписывал вашу газету. В советские времена «ЛГ» была одной из самых интересных газет. И в 60-е, и в 70-е, вплоть до конца горбачёвского периода. Её любили не только за информативность, но и за высокий класс письма.

2. Из прошлого опыта газеты можно взять всё. То есть «повторить» ту «Литературную газету», которая была прежде. Это вполне реально. Достаточно поднять подшивки и посмотреть, как она была сделана. Это касается и стиля газеты, и самой её структуры. Даже в брежневские времена политика не занимала в ней столько места, сколько она занимает теперь.  Для освещения политических событий существуют другие издания. Театральные рецензии пишутся одним-двумя авторами, а хочется видеть на её страницах более широкий диапазон мнений. Но главное – «Литературная газета» должна в первую очередь писать о проблемах литературы, коих, к сожалению, немало. Её читателям интересно, что происходит в литературном мире. Почему сегодня нет больших поэтов? Почему никто не ищет молодые дарования? И сами материалы должны быть лаконичнее. Сегодня в них слишком много отвлечённых рассуждений. А газета – это прежде всего источник информации, значит, стиль статей должен быть более лапидарным.

Алексей ПУШКОВ, руководитель и ведущий программы «Постскриптум» канала ТВ Центр

1. «Литгазета» была среди тех изданий, которые читали, так как на её страницах было мало официоза и много мыслей. Она была обязательной для всех тех, кто хотел быть «включённым» в своё время, кто читал и думал, кто искал ответы и ставил перед собой и другими вопросы. Поразительно, но несвобода в выражении мыслей способствовала свободе мысли. Этот феномен отмечал ещё Пушкин. Действительно, когда мысль пытаются заточить в клетку, у неё отрастают крылья. У многих мыслей тогда были крылья, и «ЛГ» фиксировала их полёт и помогала ему. Сейчас же, когда, казалось бы, свободы стало больше, создаётся ощущение, что мыслям подрезали крылья или даже совсем лишили их. Или же крылатые мысли просто стали многим не нужны. Теперь вместо мыслей люди нуждаются в доходах. Сфера интеллектуального вдохновения сильно сократилась. И это печально.
 
2. Опыт того времени был хорош для того времени. Каждое время порождает собственный опыт. Дискуссии, поиск истины, разоблачения и схватка с историей были в основном уделом времён перестройки. И всё же: в той степени, в которой дебаты ещё не до конца выродились, превратившись в телешоу или телеклоунаду, «ЛГ» могла бы стать газетой дебатов. Ведь крупные вопросы не исчезли из нашей жизни. И законченных истин нет. Об этом напоминает хотя бы нынешний глобальный кризис, который стал кризисом и неолиберальной экономической модели, и целого образа мышления, порождённого этой моделью. И вот здесь «ЛГ» могла бы взглянуть в собственное прошлое и вновь стать газетой интеллектуального конфликта. Такова суть моего предложения. А найти форму такого конфликта – это уже задача журналистов, работающих в газете.

Александр ШИРВИНДТ, народный артист России, художественный руководитель Московского театра Сатиры

1. Самые яркие воспоминания связаны, конечно же, с 16-й полосой. Там работали замечательные ребята, умные, талантливые, обладавшие редким даром лёгкости бытия. Я много лет был внештатным другом «Клуба 12 стульев». Здесь состоялся мой литературный дебют, за что я «Литературке» очень благодарен.

2. Можно ли что-то перенять из прошлого газеты, пригодное для её настоящего? Скорее нет, чем да. Времена изменились. Главное, чтобы, несмотря на рыночность времён, «ЛГ» сохраняла в своих стенах дух творчества и, как и прежде, во главу угла ставила профессионализм. Да ещё 16-й полосе скипидарчику бы поддать.

Владимир ЧУРОВ, председатель Центральной избирательной комиссии Российской Федерации

1. У меня два воспоминания. Первое. Поскольку хорошие книги были дефицитным товаром, о выходе многих из них мы могли узнать только из «Литературной газеты» (потом из «Книжного обозрения»), но полистать и купить в магазине не могли. Второе воспоминание – это, конечно, участие «Литературной газеты» в дискуссии между «западниками» и «почвенниками», за которой все следили с напряжённым интересом.

2. Считаю, что «Литературная газета» во многом и сейчас сохраняет лучшие традиции советского времени, и прежде всего – хорошую редакторскую подготовку материалов, плотную, аккуратную, но выразительную вёрстку, бережное отношение к русскому языку и уважение к различным мнениям в ходе самых острых дискуссий.

Мария ЭСТРИНА, ветеран Великой Отечественной войны, подписчик «ЛГ» с 60-х годов, Великий Новгород

1. 1964 год, апрель, день здоровья. После соревнований появляется вдруг чиновник из облздравотдела, собирает руководителей и сообщает ужасную новость – якобы я (тогда главврач городского противотуберкулёзного диспансера) дала путёвку в санаторий взяточнику. Вскоре в «Новгородской правде» появилась разгромная статья о врачах – пособниках преступников. И инвалидность-де тому больному дали незаконно, и в санаторий отправили совсем не лечиться. Надо было спасаться.

Собрав все медицинские документы  – копии рентгеновских снимков, выписки из истории болезни, результаты анализов, – отправилась в Ленинград, в Институт костного туберкулёза. Коллеги правильность диагноза подтвердили. Но… Прокуратура нашла каких-то своих экспертов, и они, подтасовав документы, вынесли свой вердикт: у больного не туберкулёзное поражение суставов, а банальный радикулит. Тут же с моего бывшего пациента, а теперь уже заключённого, сняли инвалидность и отправили на разгрузку кирпичей.

Знакомые посоветовали обратиться за помощью в «Литературную газету». Я так и сделала, и вскоре из Москвы приехал корреспондент.

Статья о моих злоключениях тогда так и не вышла. Для того чтобы справедливость восторжествовала, оказалось достаточно вмешательства представителя газеты. Все обвинения с меня были сняты, и мне через год даже дали грамоту за хорошую работу. Но самое главное, того больного освободили от тяжёлой работы (иначе у него могли быть патологические переломы) и отправили в тюремную больницу. По сути дела, газета спасла ему жизнь.

2. Как ни парадоксально, но при демократии добиться справедливости стало ещё сложнее. Хотелось бы, чтобы и сегодня газета не только анализировала события, но и вмешивалась в их ход. Чтобы её корреспонденты выезжали на места и помогали тем, кто, как когда-то и я, попал в беду.

Игорь БЕСТУЖЕВ-ЛАДА, футуролог, заведующий сектором Института социологии РАН, академик РАО и РАЕН

1. Храню подшивки газеты с пятидесятых по девяностые годы. «Литературка» советского периода – это превосходный документ, по которому наши потомки могут создать своё мнение о той эпохе.

Уже тогда, в пятидесятые, я начал сотрудничать с «ЛГ» как автор. Моё первое выступление было посвящено типичной для того времени проблеме: я написал о пионерской организации, которая существовала лишь для галочки. В то время такие скандалы возникали постоянно. Все хрущёвские выверты, вся трагедия косыгинских реформ отражались затем и в газете.

2. Сейчас в Москве есть несколько тысяч поэтов, может быть, новых Пушкиных. Если дать им возможность печататься в «Литературке» или просто больше рассказывать о них, это был бы прорыв!

Есть множество тем, раскрыв которые, можно было бы вызвать скандал – в хорошем смысле слова – и поднять интерес к газете. К примеру, вопрос о третьей и четвёртой мировых войнах. Сейчас многие считают, что так называемая третья мировая закончилась в 1991 году, но я доказываю обратное – она продолжается и сейчас, только в иных формах! Дискуссия могла бы выйти потрясающая!

Юрий ВЯЗЕМСКИЙ, писатель, заведующий кафедрой мировой литературы и культуры МГИМО, ведущий телепрограммы «Умники и умницы»

1. «Литературная газета» в советские годы была самой яркой, самой интеллектуальной, но – парадоксальным образом! – и самой народной газетой. В великолепном эстрадном монологе того времени муж звонит жене из вытрезвителя и заплетающимся голосом спрашивает: «Алло? Люлёк? А «Лтртурку» принесли?» Узнав, что принесли, сразу же задаёт другой вопрос: «Ну и как там в Греции?» Получается, человек узнавал о событиях в мире не из официозных «Правды» или «Известий», а из органа Союза писателей! Ведь тогда с газетой сотрудничали много блестящих авторов, из которых отдельно выделю нынешнего главного редактора Юрия Полякова – до сих пор восхищаюсь его книгами.

Я тоже оказался косвенно причастен к жизни газеты. В 1984 году «ЛГ» опубликовала большую, на целый разворот, рецензию Евгения Богата на мою повесть «Шут». Это была даже не рецензия, а нечто большее! Евгений Михайлович позволил себе целый очерк о таком явлении нашей жизни, как «шутэны» – приёмы шутовского искусства. Эта публикация мне запомнилась особенно, хотя я и так храню дома множество номеров вашей газеты.

2. Я считаю, что Юрию Полякову удалось сохранить «Литературку» со всем её своеобразием. Но в советское время люди были не такими, как сейчас, у них было больше тяги к подобным изданиям. Поэтому менять в газете, я считаю, ничего не надо. Жаль лишь, что сейчас в «ЛГ» уже не появляются рецензии на мои книги – всё-таки хотелось бы видеть с вашей стороны побольше внимания к моей скромной персоне!

Статья опубликована :

№17 (6221) (2009-04-22)

Twitter Livejournal facebook liru mail vkontakte buzz yru

Прокомментировать>>>
Общая оценка: Оценить:
0.0
Проголосовало: 0 чел.
12345
Комментарии:
22.04.2009 11:12:11 - Валентин Лимарев пишет:

К юбилею

Миронов, Чуров, Бестужев-Лада и некорые другие... Не те что-то люди. В смысле, неискренние.


__________________


Выпуски:
(за этот год)


©"Литературная газета", 2007 - 2013;
при полном или частичном использовании материалов "ЛГ"
ссылка на
www.lgz.ru обязательна. 

По вопросам работы сайта -
lit.gazeta.web@yandex.ru

Яндекс.Метрика Анализ веб сайтов